Третье Правило Волшебника, или Защитники Паствы - Терри Гудкайнд

Это последний, как я и обещала. Верна посмотрела в глаза женщине, которую знала сто пятьдесят лет. У нее щемило сердце. Оказывается, знать-то знала, только недостаточно хорошо. Многих она знала недостаточно хорошо.

— Что нужно Джеганю во Дворце Пророков?

— У него нет иной магии, кроме магии сноходца. В остальном он — обычный человек. — Голос Леомы дрогнул, но она справилась с собой. — И для того, чтобы добиться своего, он использует других, особенно тех, кто наделен даром. Он собирается воспользоваться нашими знаниями, чтобы разобраться в ветвлениях пророчеств и найти те, которые приведут его к победе. А затем предпринять необходимое действие, чтобы направить пророчество в нужное русло. Он — очень терпеливый человек. Ему понадобилось пятнадцать лет, чтобы завоевать Древний мир, и при этом он постоянно совершенствовал свои способности, проникая в чужие разумы и собирая необходимые сведения. Он не только собирается воспользоваться библиотекой Дворца, но и сделать Дворец Пророков своей резиденцией. Он знает о чарах времени и специально прислал сюда своих людей, чтобы убедиться, что эти чары действуют на простых смертных без побочных эффектов. Он намерен жить здесь и с помощью пророчеств управлять отсюда завоеванием всего мира. Никогда ни один из правителей не был так близко к власти над миром и, по существу, к бессмертию.

— Что еще ты можешь мне рассказать?

Леома заломила руки.

— Ничего. Я рассказала все. Отпусти меня, Верна!

— Поцелуй перстень и попроси у Создателя прощения!

— Что?!

— Отрекись от Владетеля. Это твоя единственная надежда, Леома.

— Я не могу этого сделать, Верна, — покачала головой Леома.

У Верны не было времени на сожаления. Не говоря больше ни слова, она коснулась своего Хань. Глаза Леомы полыхнули огнем, и она мертвой рухнула на пол.

Верна тихо проскользнула по коридору к комнате, где держали сестру Симону. Счастливая, что снова может владеть своим Хань, она сняла щит. Чтобы не напугать узницу, Верна тихонько постучала в дверь, а войдя внутрь, услышала, как Симона забилась в дальний угол.

— Симона, это я, Верна. Не бойся, дорогая!

— Он идет! Он идет! — взвизгнула Симона. Верна зажгла на ладони маленький огонек.

— Я знаю. Ты не сумасшедшая, сестра Симона. Он действительно идет.

— Мы должны бежать! — закричала Симона. — О, пожалуйста! Мы должны скрыться до того, как он явится! Он приходит в мои сны и дразнит меня. Я очень боюсь!

Она поцеловала кольцо на пальце. Верна обняла ее.

— Симона, слушай меня внимательно! Есть способ спасти тебя от сноходца. Я могу сделать так, что ты будешь в безопасности. И мы сможем отсюда уйти.

Симона замерла.

— Ты мне веришь?

— Да. Я знаю, что ты говоришь правду.

— Но и ты должна поверить, что я знаю магию, которая защитит тебя от сноходца.

Симона вытерла слезы с грязных щек.

— Это действительно возможно? Но как?

— Ты помнишь Ричарда? Юношу, которого я привезла?

Симона, улыбнувшись, кивнула и устроилась поудобнее в объятиях Верны.

— Кто способен забыть Ричарда? Чудо и сущее наказание в одной упаковке!

— Тогда слушай. Кроме волшебного дара, Ричард владеет магией, унаследованной им от предков, которые сражались с первыми сноходцами. Эта магия защищает не только его, но и тех, кто поклянется ему в верности, кто полностью ему предан. Именно для того, чтобы сражаться со сноходцами, были созданы эти чары.

— Этого не может быть! — Глаза Симоны округлились. — Чтобы обычная преданность была способна противостоять магии!

— Леома держала меня взаперти здесь же, в соседней палате. Она надела на меня Рада-Хань и прибегла к испытанию болью, чтобы сломить мою волю и заставить отречься от Ричарда. Она сказала, что сноходец желает прийти ко мне в моих снах, но моя верность Ричарду не позволяет ему это сделать. Это действует, Симона. Не знаю, каким образом, но действует! Я защищена от сноходца. И ты тоже можешь защититься от него.

Сестра Симона отбросила со лба седые пряди.

— Верна, я не спятила! Я хочу отделаться от ошейника! Я хочу убежать от сноходца. Что я должна сделать?