Зимняя ведьма - Пола Брекстон

Я замечаю у его ног корги. Брэйкен открывает один глаз, узнает меня, безусловно, больше по запаху, чем зрительно, слегка виляет хвостом и продолжает дремать.

Тише, малыш. Не буди своего хозяина.

Кай крепко спит. Я так близко, что могу протянуть руку и прикоснуться к нему. Он выглядит моложе. В состоянии покоя он не кажется таким суровым, как обычно, когда я его вижу. Или, по крайней мере, когда ловлю его взгляд. Неужели он думает, что от меня одни проблемы? На Кае красивая рубашка без воротника, поверх которой надет шерстяной жилет. На нем брелок и золотые часы с цепью. Кай любит выглядеть… респектабельно. Даже у себя дома, присматривая за скотом, он следит за собой. Не то что другие погонщики, с их длинными пальто и отсутствием манер. Когда мы познакомились на рынке в Крикхоуэлле, он поступил как джентльмен, хотя был не обязан. Мы с мамой продавали на рынке сыр, когда могли, и покупали по дешевке молоко с молочной фермы Спенсера Блэнкума, где работали. Торговля всегда шла хорошо, когда погонщики ехали через рынок. И вот там-то Кай впервые меня увидел. Вряд ли он подумал, что я что-то из себя представляю. Девушка, продающая сыр на самом мелком рынке во всем графстве. Кай пришел посмотреть мой товар вечером, когда только приехал, а потом вернулся утром, до того как ему пора было уезжать. Потом заехал на обратном пути, когда уже выполнил большую часть своих поручений. Год-полтора прошло в этих разъездах. За эти встречи Кай смог убедить себя, что нашел подходящую невесту. А потом уговорил маму, что с ним я буду как за каменной стеной. Ох, сколько же сыра ему пришлось купить! Возможно, только этот сыр и заставил его поверить, будто я способна готовить. Помнится мне, Кай сделал все возможное, чтобы выглядеть человеком благовоспитанным и надежным.

Только посмотрите на него. Слишком длинные ресницы для мужчины. Кожа загорела от жизни на открытом воздухе, но не покрылась морщинами. Волосы выгорели на летнем солнце. Разница в возрасте между нами несколько лет, но я все равно вижу перед собою юношу. Неуверенного в себе. Уязвимого. Ой! Он шевелится. У меня нет ни малейшего желания, чтобы меня обнаружили. Он что-то бормочет, не открывая глаз. Собачки поднимают голову. Я спешу обратно в свою комнату.

Кай с трудом просыпается. Его рука свесилась через подлокотник и онемела от неудобной позы. Брэйкен лижет ему ладонь. Кай делает отчаянную попытку сесть. В шее раздается жуткий хруст. Прежде чем он открывает глаза, в комнате появляется нечто объяснимое. На него опускается тень от стоящей рядом фигуры. Это Моргана? Она снилась ему, теперь он точно вспомнил. Во сне жена была привидением. Наклонилась вперед и коснулась его лица, молча посмотрела на него, улыбаясь. Когда он пытается произнести свое имя, собственный голос, кажется, его не слушается.

– Мистер Дженкинс! – миссис Джонс не то чтобы рада, что Кай провел ночь на кухне. Очередную ночь… – Ох, что же мне с вами делать?

– Ах, миссис Джонс…

Значит, просто сон. Показалось. А реальность предстала перед ним в решительном обличье кухарки.

– Так, значит, вы снова не потрудились добраться до постели. Лишили себя сна без причины.

Миссис Джонс кладет руки на бедра и громко вздыхает, качая головой.

– А что миссис Дженкинс? Вы вообще подумали, каково ей-то было, а?

Кай открывает рот, чтобы ответить, но внезапно стесняется. Он хотел было напомнить, что они с Морганой не спали в одной комнате, так что та, скорее всего, не знает, где он провел ночь. Но так или иначе у Кая нет ни малейшего желания вступать в дискуссию о супружеском долге. Это слишком чувствительная тема, и он еще не придумал, как ему с этим быть. Кай встает на ноги, отпихнув от себя корги.

– Вас подвез Молдуин, да? – спрашивает Кай.

– Как он это делает обычно по утрам.

Миссис Джонс бросает на него взгляд, который говорит: разговор так просто отложить не получится.

– Он трудолюбивый парень, миссис Джонс. Вы его хорошо воспитали.

Кай хватает кочергу и начинает ковыряться в почти потухшем камине.

– Не сомневаюсь, у вас скоро свои сыновья будут. И даже скорее, чем вы думаете, если, конечно, вы знаете, что делать с новой женой, – произносит ледяным тоном миссис Джонс.

Каю не нравится думать, что именно она подразумевает под «знаете, что делать».

– Вот именно, миссис Джонс, – с новой женой. И ей нужно дать время освоиться в доме, прежде чем… Прежде чем…

Миссис Джонс ждет, вскинув брови.

Кай хватает ведро.

– Я принесу угля, – говорит он.

– Уголь может подождать.

Миссис Джонс отходит в угол кухни, так что Каю пришлось бы обойти вокруг стол, чтобы выйти из комнаты.

– Я, конечно, не семи пядей во лбу, мистер Дженкинс, но уж кое о чем знаю. Не слишком-то много сыновей были зачаты, пока хозяева спали в кухне, а их жены ворочались одни в постелях.

– Миссис Джонс, помилуйте. Мы женаты пять минут…

– Пять минут, пять лет – велика ли разница?

– Как я уже сказал, Моргане нужно немного времени.

– Вы, наверное, правы, – медленно кивает женщина. – Или, может быть, вам нужно немного времени.

– Мне?

Лицо кухарки смягчается. Она опускает руки, теребя фартук.

– Вы уже потеряли одну жену и ребенка, милый мой, и редкий мужчина на вашем месте не боялся бы повторения случившегося. По крайней мере, вначале.

Эти слова ставят Кая в тупик. Раньше он даже не подумал бы ни о чем в этом духе, но теперь, услышав подобное из уст миссис Джонс, он задался вопросом, нет ли в этом рационального зерна. Радость от того, что Кэтрин беременна, и счастливое ожидание малыша, так быстро сменились ужасом после тяжелых родов, в результате которых скончались и Кэтрин, и дитя. Наверное, где-то в глубине души он побаивается, что подобная участь может постигнуть и Моргану. Но пока они спят в разных постелях, пока он дает ей время освоиться в доме, пока они не стали мужем и женой в полном смысле этого слова…

Чувствуя растущую в душе волну отчаяния, Кай хватается за спасительную соломинку – тему, которая могла бы отвлечь миссис Джонс от тяжелого разговора.

– Вчера утром к нам приезжали гости, – говорит он, уверенный, что женщину заинтересует эта информация.

– Неужели? – миссис Джонс собиралась идти в кладовую, но остановилась на полпути.

– Да, рано утром. Мы только встали.

Кай выжидает с мгновение, чтобы миссис Джонс успела переварить сказанное, надеясь, что это «мы» ее успокоит, даст основание надеяться, будто все хорошо. Затем он продолжает:

– Гостья застала нас врасплох, мы едва успели позавтракать.

Кай не видит никакого вреда в том, чтобы слегка дезинформировать миссис Джонс и дать ей понять, что завтрак приготовила Моргана.