Пансион искусных фавориток. Борьба за власть - Екатерина Богданова

— Глупая эгоистка! — выкрикнула сбивая её с ног.

Мы упали вместе. В груди стало холодно и тесно, словно там разрасталась грозящая поглотить меня темнота. Леля отпрянула в сторону и завизжала, как обезумевшее животное, поспешно отползая подальше.

Я попыталась встать, но почему‑то не смогла. Ком в груди начал шевелиться и неприятно клокотать. Попробовала сказать хоть что‑нибудь, но изо рта вырывались только странные булькающие звуки и хрип. Губы онемели и не желали меня слушаться. Приложив неимоверные усилия подняла руку и провела ей по горящей щеке. Взглянула на окровавленные пальцы и поняла, что Лелиан таки порезала мне лицо. Но возмутиться не успела, неожиданно навалившаяся сонливость заставила закрыть глаза и провалиться в сладкие объятия небытия.

* * *

Маленькая, едва заметная искра света в кромешной тьме медленно, но неотвратимо приближалась ко мне, гипнотизируя, приковывая взгляд и заставляя пробудиться сонное сознание. Образы и мысли ворвались в него сметающей всё на своём пути волной. Лелиан, кинжал, распирающее ощущение в груди… Она меня убила! Неужели это конец? Такой глупый и бессмысленный… И сейчас я встречусь с богиней. Или уже встретилась? Далёкий, мелодичный, знакомый голос, нашёптывающий бессмысленные, бессвязные слова. «Вернёшься… не имеешь права… большие планы… должна…». Если я умерла, то теперь уже никому ничего не должна. Какое же это приятное ощущение — свобода от оков обязательств! Но насладиться им я не успела. Выжигающая все мысли боль пронзила всё тело, а потом медленно стеклась в область груди. Не в силах выносить больше эту пытку я собрала остатки воли, вырвала её руками и отбросила в сторону. Послышался металлический звон, а следом в голову ворвались сотни других звуков. Чей‑то плачь, топот множества ног, отдающийся ноющей болью в спине, голоса, отдающие короткие рваные приказы. Казалось, если я сейчас открою глаза, то увижу кровавую сцену какого‑нибудь сражения, но увидела я только залитый солнечным светом куполообразный стеклянный потолок. Боль в груди стала ноющей и совсем незначительной по сравнению с тем, какой она была до этого.

— Жива. — констатировал кто‑то.

— Жива. — повторила я эхом. Говорить мешала заполнившая рот тягучая сладковатая жидкость. Пришлось забыть о воспитании и сплюнуть её.

— Если выживешь, сам прибью, чтобы не лезла куда не следует. — зло прошептал советник Туманный, осторожно поднимая меня на руки и куда‑то шагая.

— Возвращайся быстрее, об императрице и без тебя есть кому позаботиться. Нам нужно решить вопрос с доминантом. — донеслось нам вслед. Кажется это был голос Анторина.

Карай молчал всю дорогу, пока нёс меня по опустевшим коридорам и лестницам. Мелькнула мысль, что порталом было бы быстрее, но советнику видней. Я то проваливалась в беспамятство, то опять приходила в себя. Боль в груди постепенно превратилась в холодное онемение. Озноб расползался по всему телу и мне казалось, что стужа захватывает не только меня, но весь Наминай.

— Ну зачем же ты полезла к Лелиан, глупая? И без тебя бы разобрались. — ворчал Карай, открывая пинком дверь, затем ещё одну — Ты как маятник, влипаешь в неприятности по нарастающей и боюсь, скоро даже мне будет не под силу уследить за амплитудой этих неприятностей.

— Замолчи. — только и смогла попросить в ответ. Укладывая меня на кровать, маг потревожил рану и от боли опять потемнело в глазах.

— Туман в твоей крови уже почти восстановил внутренние повреждения, но и тебе самой придётся постараться, чтобы восстановить силы. Лежи и не шевелись. За дверью будет мой человек, зови его, если что‑то понадобится. Я вернусь как только смогу. — быстро произнёс Карай и исчез, на этот раз воспользовавшись магией.

А у меня не было ни сил ни желания ослушаться его указаний. Смущало только то, что мужчина принёс меня в свою спальню и следовательно уложил в свою кровать. Но даже это не помешало провалиться в глубокий исцеляющий сон.

Проснулась я глубокой ночью. Рядом был верный Туманчик, прижавшийся к моему боку и преданно смотрящий на меня… и спящий сидя на кушетке Карай.

О ране в груди напоминало только навязчивое покалывание и неприятное ощущение от прилипшей к коже пропитанной кровью одежды. Попыталась встать, но Туман положил свою огромную лапу на живот и не позволил.

— Туманчик, пусти. — попросила шёпотом — Мне нужно идти.

Пёс тихо рыкнул и надавил лапой сильнее.

— Ну хотя бы в ванную отпусти. — взмолилась я, но зверь оставался непреклонным.

И меня разозлило такое собственническое поведение этого пусть и ставшего мне другом, но совершенно не имеющего права что‑либо запрещать существа. Раздражённо сбросила лапу и попыталась оттолкнуть зверя. Ответом мне было тихое рычание. Похоже, Туман считал иначе и открыто демонстрировал своё право командовать. Противопоставить ему мне было нечего. Я и раньше‑то была слабее его, а сейчас ещё и ослабла от ранения и потери крови. Но подчиняться всё же не собиралась. Мной и так манипулировали слишком многие, чтобы позволить это ещё и Туманчику. Отвернулась от пса и спустила ноги с кровати. Туман подскочил и зарычал громче, но я его проигнорировала и встала, чтобы в следующее мгновение упасть на пол как подкошенная. Зверь молнией метнулся к Караю и буквально врезался в него, свалив спящего мужчину с кушетки. После чего превратился в туманное облако и втянулся в грудь мага. Карай мгновенно проснулся и поспешил ко мне.

— И куда ты собралась? — поинтересовался он, возвращая меня на кровать — Ты хоть представляешь сколько крови потеряла? Да ты весь холл залила, даже после магической чистки запах не выветрился!

— Мне нужно в свои покои. — возразила я, отталкивая на этот раз Карая и опять пытаясь встать — Если не смогу идти — поползу, но здесь не останусь.

— И чем же тебе не угодила моя кровать? — ехидно спросил мужчина.

— Своим владельцем. — честно ответила я.

— Уж извини, другого предложить не могу. Меня ты в своей спальне принимаешь, а сама в моей остаться не хочешь. — усмехнулся советник.

— Что‑то не припомню, чтобы привечала вас в своей спальне. — возмутилась я.

— Да я практически каждую ночь провожу в твоей кровати. По крайней мере часть меня. — откровенно рассмеялся маг.

— Туманчик это другое. — попыталась оправдаться, понимая всю абсурдность ситуации и этого разговора.

— Может быть мне превратиться в зверя, чтобы ты была ко мне благосклонней? — неожиданно разозлился Карай — Моё терпение не безгранично, девочка. Хватит со мной играть!

— По крайней мере зверь не пытается использовать меня в политических целях и не шантажирует семьёй. Не вижу смысла в этом разговоре. Я устала и хочу принять ванну, отпустите меня. — проговорила снова пытаясь встать.

— Кстати о семье, сестра и племянница будут просто счастливы видеть тебя в таком состоянии. — ухмыльнулся маг — Моя ванная в вашем распоряжении, императрица. Проводить?