Князь оборотней - Илона Волынская

— Как? — в один голос настороженно спросили парни.

— Очень просто — я возглавлю Храм, и ни у кого не останется никаких сомнений, — небрежно, словно сообщая, что собирается приготовить рыбу на обед, бросила Аякчан. Остановилась на мгновение… — Нет, сперва, конечно, ни у кого не останется сомнений, а уж потом я возглавлю Храм. В общем, неважно… Результат все равно один. Храм нуждается в переменах — ну хотя бы по жрицам предвзрывного возраста вроде Гамули. Королева с верховными пенсию платить жадничают, вот и держат жриц под Огнем до последнего. А что потом городка-другого не досчитаются — так Сивир большой! — она возмущенно фыркнула. — При мне все станет по-другому! — И она снова начала трудиться над Хакмаровыми плечами.

Хадамаха чуть не рухнул на спину:

— Аякчан, у тебя что, и правда, как про жриц говорят — мозги закипели? За нами Храмовая погоня по всему Сивиру идет, а ты собираешься Храм возглавить?

— Предлагаешь всю жизнь по берлогам прятаться? — недобро прищурилась Аякчан. — Вот потому, что за нами гонятся, я и должна как можно скорее вернуть свое место в Храме. А всех остальных жриц поставить на место! Кроме жрицы Кыыс — ее я просто убью! — покрывая мазью очередной Хакмаров ожог, постановила Аякчан так холодно и твердо, что Хадамаха подумал — а не доброе ли дело он сделал для Кыыс, когда запер ее на поляне Золотой Бабы.

— У меня даже сторонницы уже есть! — гордо объявила Аякчан.

— Целая одна, — серьезно согласился Хакмар. — Если, конечно, ее не прикончат за то, что нам помогала.

— Моих сторонниц не так-то просто прикончить!

— Тогда тебе к верховным, — пропыхтел Хакмар — то ли больно было, то ли разговор не нравился. — Мне Кыыс рассказывала, пока уговаривала на вашу Снежную Бабу работать! Верховные только и мечтают, чтобы тебя найти и против Королевы использовать. Заберут тебя в Столицу…

— В Столицу я, безусловно, попаду — только сама, без всяких верховных! Я собираюсь править Храмом, а не работать Огнеметом для двух наглых тысячедневных теток! — выпалила Аякчан. — Сам-то зачем позволил Кыыс довести себя до такого состояния? — Аякчан снова обползла вокруг Хакмара, плюхнула новый комок мази ему на грудь и принялась растирать с такой яростью, что Хадамаха невольно посочувствовал парню. Не иначе как в их южных мастерских специально учат терпеть — сам бы Хадамаха уже орал от боли, хоть и Брат Медведя! — Договорился бы с ней — сейчас ехал бы на перекладных собаках в Новосивирский Мастергородок, Рыжий огонь свой исследовать. А не плыл неизвестно куда! На листике… — продолжала разоряться Аякчан.

— В Мастергородок попасть неплохо — говорят, там отличные специалисты. По крайней мере те, кого вы из наших мастерских забрали. И Рыжий огонь надо исследовать, — в тон ей отозвался Хакмар. — Только твой Храм его не получит! Рыжий огонь принадлежит кланам гор Сумэру!

— Зачем? — съездив Хакмара по носу голубыми волосами, Аякчан резко вскинула голову и подозрительно уставилась парню в лицо. — Вы что задумали?

— Ничего особенного — надоело, какую цену вы за свой Голубой огонь ломите, — равнодушно ответил Хакмар. — А с Рыжим вы нам больше не понадобитесь.

— Отделяться задумал? — страшным шепотом выдохнула Аякчан. — Оторвать горы Сумэру от остального Сивира? Войну между мастерами и Храмом устроить?

— Разве что маленькую, — небрежно ответил Хакмар. — Чем быстрее вы, ведьмы, сдадитесь, тем добрее мы будем к побежденным!

— Это мы будем очень добры к побежденным! Я тебя просто спалю в кучку пепла по доброте душевной, ты, свободолюбивый горец! — И Аякчан со всей силы стукнула его кулаком в грудь.

Хакмар сдавленно охнул… от боли его сложило пополам.

— Хакмар! Тебе больно! — испуганно вскинулась Аякчан.

— А ты как думала? — ломким голосом откликнулся Хакмар. — Зато теперь я честно могу сказать, что вы, ведьмы, напали первыми!

— Замолчи немедленно, а то я тебя снова стукну! — всхлипнула Аякчан, поддерживая парня за плечи.

Хакмар шумно выдохнул и выпрямился. И посмотрел сверху вниз на зареванную мордашку Аякчан. Слезы оставили дорожки на покрытом серой маской пепла лице. Аякчан посмотрела на него…

Хадамаха понял, что снова надо отворачиваться! И уставился прямо перед собой — в наплывающую на них тьму бесконечного туннеля.

— Ой! — тихонько сказала за спиной Аякчан — и наступило долгое молчание. Даже дыхания этих двоих не слышно. Словно и нет их.

Счастливые люди! Каждый уже придумал, что делать. Аякчан — захватить власть в Храме. Хакмар — исследовать Рыжий огонь и добиться независимости Южных гор. И они готовы сойтись в честном бою и отвоевать… не исключено, что друг дружку.

«А у меня все проще — не надо мне ни власти Храма, ни свободы гор. Хочу домой. К маме. К отцу с братом. И еще одну девушку увидеть — обязательно. Нам надо поговорить».

— Нам надо поговорить, Хадамаха! — звонко сказал девический голос.