Свастика над Атлантидой. Черное Солнце - Константин Дроздов

Оставив Касту вместе с отрядом в арьергарде, я тоже двинулся к месту аварии, прячась за обломками скал и деревьями. Я бежал, одновременно слушая переговоры готовящихся к высадке разведчиков и ожидая самого главного — подтверждения, что искомая цитадель «Черного Солнца» здесь.

Наконец, я увидел Хенке. С ним было все в порядке. Лишь шлем-маска покрылся копотью. Знаком я дал ему понять, что надо переждать, и сосредоточился на экране прибора авиаразведки. В то время как один из геликоптеров предполагаемого врага продолжал барражировать над плато, другой наконец-то приземлился рядом с тлеющими останками нашей машины. Высадившаяся команда разделилась на две части. Четверо приступили к пожаротушению, а группа из пяти бойцов цепью двинулась сквозь заросли кустарника в нашу сторону. Не теряя времени даром, я привел в боевое положение миниатюрную ракетную установку. Когда отряд десантников-коммандос углубился в лес, оставалось лишь перевести поступающие от авиашпионов данные о передвижении противника в ее командную электронику и дать приказ о нанесении удара. Ракетный комплекс «Шелест» оправдывал данное название. Пять миниатюрных крылатых ракет почти беззвучно вырвались из направляющих стволов и несколько секунд спустя одновременно поразили свои цели за дальней линией гималайских сосен. Мы с Хенке продолжили осторожное движение вперед, к точке высадки.

Когда Вернер склонился над одним из убитых, я обернулся на звук позади и понял, что удача улыбнулась нам, намного облегчив задачу по поиску секретной базы. Часть скалы, что мы миновали пару минут назад, отъехала в сторону. Механизм сработал абсолютно бесшумно, но я услышал, как посыпались камешки в разверзшийся проем и затрещали стебли облюбовавших скалу растений. Прятавшиеся под землей, видимо, решили, что нас только двое и они сумеют быстро разобраться с вторгшимися на их территорию непрошеными гостями. Эта ошибка противника стала настоящим подарком. Выхватывая «молохи», я бегом направился к скале. Хенке — следом, прикрывая меня со спины.

На бегу, с обоих стволов, я расстрелял первую пару вражеских бойцов, появившихся из распахнутого черного зева. Хенке, поддерживая меня, открыл огонь по остальным солдатам, пытавшимся рассыпаться по сторонам и укрыться за скальными обломками и деревьями. Не прошло и минуты, как мы разделались с командой зачистки и оказались у входа в подземную крепость «Черного Солнца». В том, что это была она, я уже не сомневался. На шевронах трупов виднелась двенадцатиконечная свастика — оккультный символ тайного ордена Гиммлера.

— Луис, мы с Хенке входим на объект. Твоя задача никого не выпускать из него и не впускать. Вызывай поддержку с воздуха, и уничтожайте все вокруг! — заорал я в микрофон маски, одновременно расстреливая рельсы, по которым скользила входная плита, стремясь захлопнуться.

Дверь заблокировать мне удалось, но тут же пришлось отпрянуть от входа, оттолкнув в сторону и Вернера. Огненный шар, пущенный из чрева скалы, ударной волной разбил часть защитной плиты и превратил заросли напротив в огненную стену.

— Плазматор? — Хенке передал мне связку прыгающих гранат.

— Да, похоже на плазменную установку, — согласился я и метнул в темноту «прыгунов». Так назывались штурмовые шумерские гранаты, обладающие искусственным интеллектом, главной задачей которого являлся автоматический поиск живых целей во взламываемых цитаделях. Совершая длинные прыжки, каждый из этих боеприпасов с помощью устройства самонаведения находил жертву, оценивал уровень ее защиты, выискивая наиболее уязвимые места, и взрывался как можно ближе к ним. Действуя звеном, гранаты искали и распределяли между собой цели с учетом вооружения противника и плотности ведущегося им огня, рассчитывали количество взрывчатки, необходимое для его максимального поражения.

Когда отгремела серия взрывов, мы ворвались в зал охраны. «Прыгуны» расстарались — вокруг были только трупы. Я насчитал девять тел в камуфлированной униформе со знакомыми шевронами на плечах. Из динамиков почти полностью разбитого диспетчерского пульта доносились тревожные просьбы доложить обстановку.

— Мы взяли ситуацию под контроль. Дайте несколько минут для подготовки более точного и подробного доклада! — прокричал я в микрофон, а затем, выключив коммуникатор, сосредоточился на поиске карты базы.

— Два грузовых лифта и лестница. Ближайший, по-моему, начал подъем, — доложил с противоположной стороны зала Хенке.

— Минируй лифты. Пойдем по лестнице, — приказал я Вернеру, изучая обнаруженную схему.

Удача сегодня играла на моей стороне. Основная часть базы с ангарами для летательных аппаратов, складами, казармами и штабом находилась под плато и в толще горы в противоположной его части. Узкий туннель под лесом вел сюда, в меньший по размеру, но наиболее важный для меня сектор подземного города — медицинские лаборатории. Интуиция и слабая нить телепатической связи с Магдаленой подсказывали мне, что искать нужно именно здесь. Помещения на самом нижнем, пятом уровне были самыми обширными и имели дополнительные контрольно-пропускные пункты. Наш путь лежал туда.

Когда прогремел взрыв у дверей распахивающегося лифта, я и Хенке были уже на лестнице. Между вторым и третьим уровнями мы в очередной раз прибегли к услугам «прыгунов», чтобы пробиться сквозь команду охраны, поднимавшуюся на выручку своим. И вновь, не дожидаясь, когда отгрохочут взрывы, я рвался вперед. Уворачиваясь от осколков собственных гранат, сквозь взвесь из крошек облицовочного пластика и брызг чужой крови, мы вскоре достигли самого нижнего этажа. У нас, возможно, возникли бы проблемы со вскрытием бронированной двери, прикрывающей вход на этот уровень, но паника персонала, возникшая из-за внезапного штурма, продолжала ощутимо облегчать нам задачу. Взорванные лифты на поверхность заставили медиков распахнуть дверь на лестницу. Волна объятых ужасом и смятением людей в белых халатах чуть было не смяла нас, и только очередь из «молоха» над головами заставила толпу отхлынуть назад.

— Девушка где?! — заорал я, сорвав с лица шлем-маску.

— Отвечайте или умрете! — заорал вслед за мной Хенке и выстрелил в голову ближайшему к нему молодому медику Кровавый веер заставил истерично завизжать женщин. Толпа сжалась шагреневой кожей.

— Постой, Вернер. Не надо так, — опустил я руку Хенке и снова обратился к жмущимся по стенам людям: — Где девушка, которую привезли сегодня утром? Если вы расскажете, больше никто не умрет, и вы спокойно подниметесь вверх по лестнице к выходу.

Ответом была тишина. Но это не остановило меня. Растолкав с десяток человек, я вырвал из задних рядов молодую женщину, поймав в ее мыслях образ Магдалены.

— Вы знаете, где она! Отведите нас к ней! Скорее!

Женщина пыталась что-то сказать, но от страха слова комом застревали у нее в горле.

— Можете ничего не говорить. Просто ведите, — сжал ее руку я.

Женщина, всхлипнув, кивнула.

— Пусть идут. Пропусти их, Вернер! — крикнул я Хенке, спеша следом за медиком на площадку холла пятого уровня. Слыша за спиной глухую очередь «молоха», я надеялся, что она была выпущена в потолок.