Королева нагов - Анна Одувалова

Возвращаться в комнату не имело смысла, там меня не ждало ничего, кроме очередного унылого вечера в одиночестве. Вместо этого я поднялась на третий этаж к пожарной лестнице. Я соврала Владу, когда вчера сказала, что не скучаю по крыше. Она мне снилась. Каждый день до тех пор, пока я не сдалась и снова не поднялась наверх для того, чтобы, раскинув руки, замереть на перилах на несколько секунд и испытать ни с чем не сравнимые ощущения. С тех пор я приходила сюда достаточно часто, для того чтобы вновь поверить в себя и убедиться в том, что нет ничего невозможного. Влад был прав. Здесь очень хорошо думалось, с высоты птичьего полета проблемы казались маленькими и надуманными. Это место успокаивало и позволяло без посторонних свидетелей привести мысли в порядок. А еще я в глубине души надеялась, что рано или поздно застану здесь Влада. Но он не приходил, или мы просто не пересекались. Видимо, не судьба. Наверное, это только к лучшему.

Вот и сегодня мне хотелось побыть наедине с ветром и подумать. Никогда я еще не испытывала к какому-либо парню настолько противоречивые чувства. Обычно все было просто. Либо нравится, либо нет. Но не сейчас. Я одновременно хотела быть с ним рядом — и убежать на край земли, чтобы никогда больше не видеть. Влад принадлежал другой, и я не собиралась его отбивать, но замирала, едва он появлялся на горизонте. Я дала себе слово держаться от него подальше, но мгновенно согласилась на предложение помочь с тренировками. Меня тянуло к нему, несмотря на голос разума и обстоятельства, в силу которых мы не могли быть вместе. Как разобраться с собственными чувствами, я не представляла. Дорого бы отдала за то, чтобы выжечь каленым железом все чувства из груди раз и навсегда, но я не знала такого способа. Поэтому страдала и приходила грустить на крышу.

На чердаке знакомо пахло пылью. Сваленные здесь никому не нужные вещи уже стали для меня родными. Я несколько раз, когда было особенно грустно, перебрала старые коробки. В них хранился разный хлам. Он не имел никакой ценности, но сохранил дух давно минувшего времени. Все эти забытые безделушки когда-то принадлежали людям, жившим, может быть, столетие назад. Я любила придумывать свои истории, связанные с людьми, которым некогда принадлежали эти вещи. Рассказы получались иногда печальные, иногда веселые, иногда поучительные. Но не сегодня. Сегодня я не была настроена на лиричный лад. Мне хотелось отвлечься от проблем и прогуляться по парапету, чтобы вновь почувствовать себя сильной и свободной от Влада.

На крыше оказалось прохладно. Сентябрь давно закончился, и разгуливать ночью в одной водолазке казалось глупостью. Но мне было все равно. Леденящий осенний ветер пробрал до костей, и я поежилась. Минутный порыв, едва не заставивший повернуть назад, исчез, когда я увидела небо — чернильное, глубокое и непривычно ясное. Сегодня на нем можно было разглядеть несчетное множество звезд, которые складывались в незнакомые созвездия. Я быстро нашла два ковша Большой и Малой Медведиц. С трудом, но отыскала созвездия Ориона и Персея и поняла: на этом мои познания в астрономии заканчиваются. Звезд было столько, что они казались серебряной пылью. Не верится, что где-то там могут быть жизнь и разумные существа, пусть лишь отдаленно похожие на нас.

На парапет я запрыгнула легко, почти не придерживаясь рукой, я репетировала движение день за днем — надеялась, хоть и старалась не признаваться себе в этом, что однажды смогу продемонстрировать свою грациозность и бесстрашие Владу. Но все это глупые мечты. Я могу ходить хоть по канату, могу стать самой умной и даже разгадать его страшную тайну, только вот обнимать он все равно будет Веронику, так как я ему совсем не нужна. Стоило бы признаться себе в этом и сдаться, но какая-то часть меня не желала отступать. Она хотела докопаться до истины во что бы то ни стало и покорить Влада, кем бы он ни был на самом деле. Эта часть казалась непривычной и чуждой, ее устремления и желания шли словно извне и не принадлежали мне в полной мере, и этот внутренний конфликт утомил.

Здесь, на самой высокой точке этой крыши, холод чувствовался особенно остро, ветер заставлял стучать зубами, но я не собиралась сдаваться. Я начала испытывать дикое, пьянящее ощущение свободы, не хотелось его спугнуть лишь потому, что я замерзла. Я осторожно выпрямила ноги, стараясь стоять не с согнутыми коленями. Поймала равновесие, развела руки в стороны, ловя грудью воздух. Так было значительно лучше, и я закрыла глаза, впадая в подобие транса. Поначалу я могла простоять в подобной позе не больше минуты, но теперь забывала о времени, погружаясь в раздумья и мечты. Здесь, на лезвии бритвы, между жизнью и смертью, все казалось неважным, проблемы несущественными и мелкими. Кто мы на фоне сокрушающей силы природы и вечности? Вся наша жизнь — это всего лишь крохотная вспышка на небосводе, мы даже не маленькая звездочка. Разве что отливающая серебром в лунном свете пылинка. А какие могут быть неразрешенные проблемы у пылинки?

Неожиданно и резко хлопнула чердачная дверь. Я испуганно вздрогнула, крутанулась на месте и, обернувшись, увидела замершего у двери Влада. Неловко взмахнула руками и почувствовала, как теряю равновесие. Сердце замерло в груди, и я с ужасом осознала — уже не получится выровняться. Миг, секундное чувство беспомощности и осознание, что происходит непоправимое и я срываюсь вниз, не успев даже вскрикнуть.