Кто суккуба? Я суккуба?! - Антонина Клименкова

— А ты будешь, ну, для инициации чертить пентаграммы или, не знаю, вызывать духов?

— Самый главный дух Академии сидит у нас на кухне, кофе нюхает, — ухмыльнулся инкуб. — Позвать его сюда? Ты уверена?

— Да нет же! — возмутилась напускной непонятливостью Клава. — Я не о том! Я серьезно спрашиваю!

— Читать заклинания, прыгать вокруг тебя с бубном, бить по голове увесистым томом ветхой летописи, резать тебе и себе запястья, чтобы обагрить кровью жертвенный алтарь, — перечислил Флавиан все пришедшие на ум обряды, а сам, подлец, встал на коленях над потерявшей дар речи Клавой и снял с себя халат. Затем и на ней распахнул, тут же ухватив за дернувшиеся ноги, с силой разведя в стороны. Заключил обольстительным негромким голосом, нависнув над нею, как коршун над курочкой: — Я просто овладею тобой, как испокон веков мужчины овладевают женщинами ради продления рода. А дальше твой организм сделает всё необходимое сам. Ты всё еще не передумала? Если есть возражения, скажи сейчас, пока не поздно.

Клава приподнялась на локтях и внимательно поглядела на орудие лишения невинности, нацеленное и готовое, как таран перед запертыми вратами осажденного замка. И поняла: уже поздно. Если она сейчас струсит, Флавиан ей не простит. Да и «ворота» предательски себя вели — распалившись от предварительных ласк, готовы были распахнуться от первого удара, «смолой» облились пусть не горючей, но отчетливо горячей… Клава помотала головой, чтобы отогнать дурацкие поэтизмы, лезущие в мозг, и без того затуманенный.

Флавиан ошибочно посчитал ее движение жестом отрицания, Клава с изумлением заметила, как вытянулось его лицо, но вместе с тем в глазах блеснуло нечто, похожее на облегчение и вину.

— Нет! То есть да! Я не отказываюсь, продолжай! — В подтверждении своего пылкого заявления Клавдия обхватила соблазнителя ногами за пояс, крепко притиснула к себе, пока тот не успел отодвинуться.

Очень крепко! Тот аж невольно всхлипнул:

— Осторожнее! Помнешь же, погнешь! Чем я тогда работать стану по специальности?

— Ой, прости! — всполошилась Клава.

Торопливо села, проверила «таран» на погнутость. Вроде всё нормально, упруго… И не сразу поняла, отчего инкуб отвернулся и бессовестно ржет в кулак. Потом до нее дошло и то, что она вообще-то в первый раз в жизни держит в руках мужское достоинство.

— Ё-моё… А он в меня влезет?

— Ты же суккуба. Боюсь, тебе еще мало покажется. Ну как, достаточно рассмотрела?

— Да, спасибо.

— Пожалуйста, всегда к вашим услугам, мадам.

— Он у тебя на сосиску похож! Совсем не противный. Я думала, будет хуже.

Флавиан надул губы, демонстративно раздумывая, обидеться на съедобное сравнение или принять как комплимент.

— Продолжим?

Клава кивнула, зевнула. Рухнула на подушки и раскинула руки и ноги в стороны:

— Давай. А то не успеем выспаться. Мне надо что-то делать?

— Нет, можешь просто лежать и наслаждаться.

— Ладно, попробую… — И тут же вскинулась: — А презерватив не нужен разве?

— Нет. В этом мире все пользуются магией. К тому же мы, инкубы и суккубы, не восприимчивы к болезням вообще. Мы не можем заразиться и сами не принесем никому заразу.

— Удобно, — оценила Клава, снова откинувшись.

Поерзала попой, ощутив скользнувшие между складочек нижних губ пальцы. От последовавших хлюпающих звуков у нее снова загорелись щеки.

— Погоди пока ерзать, успеешь еще, — пробормотал он деловито.

— Что, промахнуться боишься? — хихикнула она.

Пока что ощущения были не особо впечатляющими: как будто надела слишком тесное белье, натирающее при ходьбе.