Бунтарка на мою голову - Властелина Богатова

Дэйрок

Голубое платье среди серости дождя мелькнуло, словно клочок просветлевшего от туч неба. Я тут же крикнул кучеру остановиться, узнав земляничку. Взявшись за трость, открыл дверцу и выглянул.

Да, это была она, стояла, держась за ограду моста.

— А вы, я смотрю, хватаетесь за любую возможность подработать в свободное время, — не смог я удержаться от колкости, но земляничка только повернула голову в мою сторону и ни слова не произнесла, и даже будто не узнала меня.

Это насторожило, поставив трость на мостовую, я вышел из кареты, не веря, что снова с ней столкнулся. Эмиана оторвалась от ограды и зашагала, прихрамывая, но даже не остановилась, когда поравнялась со мной.

— Постойте, — остановил её, видя, что с рен Фаборт что-то не так. У неё что-то случилось? — Вы совсем промокли, — и готов был оторвать себе язык, что проявляю участливость к этой взбалмошной особе. И почему она вообще не в таверне, не на рабочем месте? Но больше всего меня сбил с толку её отстраненный холодный взгляд и вид, будто она сейчас разрыдается. Внутри меня что-то толкнулось. — Идемте за мной, я довезу вас. Вам куда нужно, к таверне? — против собственного разума предложил я.

Земляничка нахмурилась и едва заметно кивнула. Я взял её под локоть, такая тонкая крошечная рука, она вся дрожит. Не хотел замечать этого, но, похоже, с ней что-то действительно стряслось.

Посадил её в карету.

— К таверне «Золотая утка», — сказал я и следом погрузился в салон экипажа, закрыв дверцу.

Экипаж тронулся. Дождь гулко стучал по крыше и не переставал, заглушая тягостное молчание. Я бросал взгляды на рен Фаборт, пытаясь понять, что с ней, но она была неподвижна и смотрела в окно. Красивое платье и прическа намокли под дождём, но госпожа явно прихорошилась. По белой коже шеи и груди скатывались прозрачные дождевые капли. Я сухо сглотнул.

Может быть, у неё есть ухажер, или несколько. Где она была?

Я сжал зубы, и отвернулся, стараясь не думать о том. С кем бы она ни встречалась среди белого дня, кто-то поступил с ней не совсем обходительно. Навязчивые мысли так и лезли в голову. Но в какой-то момент Эмиана пошевелилась.

— Куда мы едем? — растерянно спросила она.

Хотелось ответить, что ко мне домой, и лучше её показать лекарю, потому что мне совсем не нравилось то, в каком состоянии была эта сумасбродная бунтарка. Но вовремя остановил себя. С чего бы мне её привозить к себе домой? Как я полагаю, позаботиться о ней есть кому, у неё есть клиенты, которых она соблазнила на своей же работе, сколько туда ходят богатых лордов.

— К таверне, куда же ещё, — прошипел я, снова стиснув зубы, злясь на себя.

Эмиана отвернулась, никак не ответив на мой тон.

Оставшаяся дорога прошла молча.

Кучер остановил лошадей, и Эмиана, не дожидаясь моей помощи, принялась открывать дверь, но я и не собирался ей помогать. Открыть дверь у неё не получалось, пальцы дрожали, и в них не было силы.

— Дайте я, — не знаю, как так вышло, но передо мной оказалось бледное влажное лицо землянички.

Её голубые глаза блестели влагой в полумраке, губы чуть раскрыты, мой взгляд задержался на них. Эти губы явно предназначены для поцелуев — мягкие, чуть пухлые и сочно-алые, как спелые ягоды. В какой-то момент моё дыхание стало тяжёлым. Интересно на вкус они такие же сладкие, как выглядят? Я сглотнул, будто не пил несколько дней, и в самом деле предвкушал их вкус. Я поднял взгляд и ждал, ища в её взгляде ответ на собственное ожидание.

И я начал наклоняться… Медленно, сокращая расстояние, не зная, что делаю. Хотя знал — я хотел поцеловать земляничку. Очень соблазнительную сейчас, будоражащую, пусть и сумасбродную, чужую, но я захотел этого прямо сейчас, захотел согреть её холодные губы своими горячими. Какой может быть её поцелуй? На что может быть похожим? Какой у него вкус? Чем я могу быть хуже её клиентов, которым она дарит себя…