Многомужество: с Владыкой морей - Айлис Своя

Галдеж за стенами замка не прекращался, но мои мысли были полностью заняты приятными, остаточными воспоминаниями прикосновений Мартимуса. Для себя я решила - он друг. Хороший, верный, надёжный, но друг!

"Меня не привлекают парни младше меня, — прокручивала мысли, стремясь поскорее вернуться в замок, — Да он же совсем недавно совершеннолетним стал!" — оценочно покосилась на довольного парня, который с каждым шагом старался незаметно сократить расстояние между нами.

— Марти, — я резко остановилась. — Раз мы друзья, помоги мне.

— Всё что хочешь! — воодушевлено ответил оборотень, с чарующей улыбкой приблизившись ко мне.

— Передай Риаэлю, что бал с людьми должен состоятся, — серьёзно обратилась к восторженному юноше.

— Мари, — он как-то странно выдохнул, а его брови задумчиво сдвинулись к переносице. — Бал не состоится в этом году. Ритуал Правителей был сорван, — постарался аккуратно сказать, не обвинив меня в этом. — За пределами замка никто не знает, что произошло во время призыва. Весь мир считает, что каждый правитель получил истинную, каждая раса получила надежду на продолжение рода! — чувственно воскликнул, подавшись вперёд. — Если станет известно, что появилась всего одна призванная, которая... — Марти странно посмотрел на меня и продолжил: — Отвергает своих мужей. Не признает. То в мире может начаться хаус! Риаэль просто не может допустить разлома мирового порядка.

— Этот Риаэль, — жёстко обрубила его речь, — Сам накосячил.

— Всё что делает Риаэль, он делает во благо мира, — искренне сообщил оборотень, что я почти поверила, если бы лично не знала остроухого извращенца с манией величия.

— Наивный мальчик, — плавно покачала головой.

— Я мужчина! — резко возразил юный оборотень, выпячив вперед свою спортивную грудь под плотным кожаным жакетом.

"Ещё бы кулаком в грудь ударил", — мысленно посмеялась над заведенным парнем.

— Девственник, — не удержалась от лёгкой шпильки в его сторону, сдерживая рвущиеся смешинки в глазах.

— Твой! — серьёзно воскликнул, делая шаг на встречу.

— Раз мой, так помоги, — спокойно ответила. — Договорись с Риаэлем. Докажи, что ты мужчина, а не мальчик, — я усмехнулась и слегка хлопнула его по плечу.

На секунду во взгляде Мартимуса отразился импульс боли. Он плотно сжал губы, а затем снова вернул улыбку. Но в этот раз она выглядела натянутой.

— Ты такой слабый, — задумчиво поделилась мыслями.

"Вроде не сильно ударила... и веточкой в первый раз не сильно треснула..." — подумала, внимательно рассматривая оборотня.

— Мне не больно. Мне... приятно, когда ты до меня дотрагиваешься, — осторожно выдохнул оборотень, сделав улыбку естественнее.

На мазохиста Мартимус не был похож, а я не была садисткой, как Дон.

"Не хочет расстраивать меня?" — задумалась, продолжая рассматривать напряжённого парня.

— Если хочешь, можешь ещё раз дотронуться, — ласково предложил Марти с мягкой улыбкой и подставил другое плечо.

— Нет, я пойду. А ты договорись с Риаэлем, — развернувшись, я услышала его шаги следом за мной и, не оборачиваясь, попросила: — Не преследуй меня, а то больнее тресну.

Удивительно, но Мартимус послушался. Его шаги затихли. Уже возле замка я вспомнила, что совсем забыла расспросить его о тайной комнате в библиотеке.

"Ну зачем он меня отвлекал? — расстроенно думала, поднимаясь по лестнице на свой этаж, — Надо было его попросить достать мне ту книгу про призванную!"— пальчиками нервно перебирала выпуклую поверхность старых деревянных перил.

Погрузившись в мысли, я не смотрела куда иду. Интуитивно ноги сами несли меня к своей комнате. Стоило мне на секунду отвлечься и поднять голову, как я увидела перед своими дверьми Посейдона! Подними я голову на несколько шагов позже, я бы впечаталась в его мускулистую грудь и не смогла бы вырваться!

— Не приближайся! — рьяно воскликнула, образуя в руке огненный шар размером с мандарин, и сразу же запустила его вперед.

Этот накаченный и опасный несдвигаемый монумент подводного происхождения просто отклонился в сторону! И мой шар влетел в невинного и обескураженного стражника!

— А-А-А!!! — громко завопил бедный мужчина с покрасневшими доспехами возле шеи.

— Потуши! — громко потребовала у Дона, не в силах смотреть на страдание невинного. — Облей его водой! — взволнованно приказала.

Бесчувственный. Посейдон даже глазом не моргнул. Его лицо осталось беспристрастным. Его совершенно не волновала боль других. И это вызывало во мне злость и гнев!

— Не я решил его поджечь, — с усмешкой донесся до меня тягучий голос Дона, словно опасные водоросли, желающие утопить в водной пучине.

— Не его! А тебя! — грозно рыкнула и поспешила на помощь.

Я задергала накаленные доспехи, слегка обжигая подушечки пальцев. Стражник с силой сжав зубы, держался не закричать. Всё его лицо покраснело, стало пурпурный!

— Да помоги же ему! — со злостью выкрикнула, не в силах снять обжигающее железо.

— Раз ты просишь... — незаметно наклонившись к моей шее, прошептал бесчувственный мужчина, а следом грубо дернул меня на себя. — Ты снова забыла, что нельзя прикасаться к другим.

— Дон! — злостно выкрикнула, не в силах вырваться из его крепкого захвата.

Посейдон сделал лёгкий жест свободной рукой и выплеснул поток остужающей воды в лицо стражнику, не отрывая от меня цепкого взгляда. Бедный обожженный слуга захлебываясь водным ударом, стал громко извиняться и кланяться.

— Простите Ваше Превосходство! — он упал на колени и низко склонил голову. — Несокрушимый Повелитель вездесущего! Я непростительно потревожил Вашу тишину!

— Да все нормально... — перебила его, стараясь утешить шокированного мужчина, и потянулась свободной рукой к нему, но Дон резко перехватил запястье.

— Сколько раз говорить? Не смей прикасаться к другим, — процедил сквозь зубы повелитель, болезненно сжав мое запястье.

— Больно, — тихо пискнула, стараясь вывернуть руку из захвата, пока он её не сломал.

— Ты, — он опустил взгляд на стражника в низком поклоне. — Исчезни.

— Слушаюсь, Ваше Мудрейшиство, — пролепетал напуганный стражник и, не поднимая головы, поспешно удалился.

— Может отпустишь? — со злостью спросила, сжимая зубы и образуя новые огненные шарики в руках.

Я очень пожалела, что рано отпустила Мартимуса.

"Нужно было дать ему меня проводить", — с сожалением подумала, смотря в грозные синие глаза из-под опушенных густых бровей Посейдона.