Графиня берет выходной - Екатерина Павлова

Вечером, еще до доставки, я лично перекладываю все вещи Генриха из стола в переносной ящик, запоминая их точный порядок. И только после этого в кабинет под руководством Барберри вносят новую мебель и ставят на место прежней. Я вымеряю все до миллиметра, ориентируюсь на отпечатки, оставленные столом на мягком ковре.

— А что делать со старым секретером, Леди Истербрук? — кивает Томас в его сторону.

— Не знаю, — пожимаю плечами, — Сожгите на заднем дворе.

— Но, Леди Истербрук! Жалко же, — восклицает старик и недовольно поджимает губы.

— Ой, Барберри, делайте, что хотите, только уберите его с глаз моих прочь, — досадливо морщу нос. Мне не приятно видеть проявление собственной слабости. Радует одно — Генрих теперь о ней точно не узнает.

Мужчины подхватывают старый стол и выносят из кабинета, а я принимаюсь аккуратно раскладывать вещи мужа с маниакальной точностью по своим местам. Настольная лампа, канцелярские принадлежности, непрочитанная утренняя газета, ненавистная фоторамка и колье из розовых бриллиантов. Все еще в доме, все еще неизвестно для кого купленное.

Только задвигаю последний ящик, как в дверном проеме появляется миссис Кентберри:

— Леди Истербрук, разрешите накрывать ужин? — спрашивает женщина, а я отрицательно мотаю головой.

— Сегодня ужин отменяется. Генрих на работе, а мне, пожалуйста, подайте чай в спальню.

Наверняка слуги уже знают, что Генри ушел из дома с вещами еще вчера, но я, то ли из-за глупости, то ли из-за нехватки смелости, боюсь признать это вслух.

— Как пожелаете, ваше сиятельство. И позвольте уточнить обеденное меню на четверг. Вы говорили, что ожидаете гостей, графа и графиню Сомерсет, — замечаю в руках у кухарки блокнот и ручку.

Совершенно позабыла про предстоящий визит графской четы. Липкий страх пробегает по спине, я все еще не готова признаться в крахе собственного брака.

— Да-да, все в силе, давайте согласуем меню, — уверенно киваю я и приглашаю миссис Кентберри располагаться в кресле напротив.

Женщина вносит какие-то уточнения в меню, а не могу дождаться, когда она покинет кабинет, чтобы сразу же набрать сообщение Генриху: «В четверг на обед явятся граф и графиня Сомерсет. Как мне объснить твое отсутствие? Важные дела или болезнь?». Ответ приходит сразу же: «Не переживай. Я тебя не подведу. До встречи на обеде».

* * *

Следующим утром в машину к Барберри садится графиня Даор, а у дверей агентства выходит уже миловидная шатенка Донна Хендрикс. Внешность Донны похожа на мою истинную, только немного приукрашенную. Нос меньше, глаза и губы больше, скулы выше, в общем, все по общепринятому обществом шаблону.

* * *

Следующим утром в машину к Барберри садится графиня Даор, а у дверей агентства выходит уже миловидная шатенка Донна Хендрикс. Внешность Донны похожа на мою истинную, правда немного приукрашенную. Нос меньше, глаза и губы больше, скулы выше, в общем, все по общепринятому обществом шаблону.

Забираю документы в белом конверте на имя «Донны Хендрикс» и возвращаюсь домой под маской племянницы Барберри.

— Кто будет менять масло, а кто перебирать двигатель? — в игровой форме спрашивает Томас, будто перед ним по-прежнему стоит пятнадцатилетняя девчонка.

— Конечно, я все возьму на себя, дядюшка, отдыхайте, грейте ваши косточки на солнышке, — улыбаюсь и ловко открываю капот.

Мне необходимо встать на цыпочки, изо всех сил вытянуться вперед и едва ли не забираться с коленями на бампер, чтобы дотянуться до двигателя. Когда я была маленькой, Барберри заботливо подставлял мне крохотную табуретку, но сейчас, в мои годы, на маленьком стульчике стоять не солидно.

Вытаскиваю масляный щуп, осторожно открываю емкость для масла и пока делаю это, умудряюсь перепачкать все пальцы. Склоняюсь над капотом еще ниже и медленно опускаю щуп, стараясь держать его вертикально. Подхожу к вопросу смены масла ну очень ответственно!

— Добрый день, Барберри! — раздается голос мужа за моей спиной.

Я замираю с щупом в руках и не дышу.

— Здравствуйте, сэр, — вежливо откликается Томас.

— Какой живописный пейзаж открывается! — довольно присвистывает Генрих и добавляет, — Сколько здесь живу и ни разу не замечал!

Поднимаю взгляд наверх и в кривом отражении крышки капота замечаю, что голова Генриха повернута в мою сторону! Смесь злости и стыда окрашивает мои щеки в алый цвет.

— Вам виднее, сэр, — хмыкает Барберри, сдерживая улыбку.

Ему смешно, он-то знает, что мой бессовестный муж только что самым наглым образом облапал взглядом свою собственную жену. Но Генрих! Как он мог! Никогда бы не подумала, что он может вести себя столь распущено!

— Где достопочтенная Леди Истербрук? — наконец вспоминает о моем существовании драгоценный муженек.

— Леди Истербрук изъявила желание провести сегодня весь день в торговом центре. А пока она занимается шоппингом, пригласила мою племянницу, Донну Хендрикс, на техосмотр машины. — учтиво отвечает Томас.

— Да-а-а, Диана, как и всегда, предусмотрительна. — недовольно протягивает Генрих и бросает мне быстрое: — Добрый день, Донна!

Боковым зрением вижу, что он проходит в метре от меня. Шаг его замедляется, и внимательный взгляд Генриха скользит по моему профилю, а может, и не только профилю, а может, и вовсе не скользит. Мне плохо видно и только кажется.

— Здравствуйте, сэр! — отвечаю ему довольно грубым голосом, хотя наложенная иллюзия и без этого меняет его тональность.

Прячу лицо в капоте в надежде, что муж не узнает меня. Если он догадается, то я умру со стыда. «Графиня Даор проверяет уровень моторного масла», — будут пестреть заголовки газет, — «Успей записать свою машину на техосмотр к графине Даор. Маркизам скидки.». Интересно, в моей жизни может быть что-то более унизительное?

— А я забыл в машине несколько дней тому назад свои заметки, — позабыв о моем присутствии, поясняет Генрих, — Гениальные заметки, Барберри, хочу заметить!

Я успокаиваюсь, достаю щуп, проверяю уровень и медленно начинаю вливать моторное масло. А глубоко в душе, сама не знаю почему, остро ощущаю неправильность происходящего.

— Смотрите, что нашел! — задорно восклицает Генрих, — Письмо на имя Донны Хендрикс!

Я подскакиваю на месте, едва ли не ударяясь головой о крышку капота. Сохранность моей тайны вновь висит на волоске. Самое обидное, что я просто не могла отнести билеты в дом в образе племянницы Барберри! Поэтому предусмотрительно спрятала конверт в спинке кресла. Кто бы мог подумать, что Генрих вспомнит о своих гениальных заметках, оставленных в машине, именно сегодня!

Мое лицо белеет и руки начинают подрагивать мелкой дрожью. Спиной чувствую появление мужа. Он рядом. Стоит в шаге от меня. Знаю, что стоит ему заглянуть мне глаза, как он обязательно узнает меня. Не может не узнать!