Книга мечей - Фред Томас Саберхаген

И Марк с удивлением увидел, как ее лицо меняется от радостного узнавания, и она уже гораздо четче прошептала:

— Ростов… как же тебе удалось?..

И через мгновение потеряла сознание.

Марк едва успел ее подхватить и уложил на траву. Потом уселся и, подперев голову, попытался размышлять, несмотря на боль. Ростов — фамилия тасавалтская, и ее носит знаменитый генерал. А кроме него, пожалуй, немало и других людей. А у него на поясе все еще висит Ослепитель, поэтому девушка и увидела в нем человека, которого знает и которому доверяет.

Марк лег и попробовал отдохнуть, но рана делала любой отдых практически невозможным. Наконец он решил, что с тем же успехом они могут ехать дальше, если он сумеет усадить спутницу в седло. Она встала, когда Марк подергал ее за рукав, и с его помощью забралась в седло. Ехала она теперь с закрытыми глазами и казалась спящей, но в седле держалась крепко, закутавшись в черно-золотой плащ. Марку пришло в голову, что этот ненавистный плащ способен и помочь, если кто-то из врагов увидит ее издалека. Его-то защищал Ослепитель, но девушку меч защищать не станет.

Рана продолжала немилосердно болеть. Теперь Марк не сомневался, что прикосновение Мыслебоя имеет и какое-то отравляющее воздействие, но с этим он ничего не мог поделать — если не отыщет где-либо помощь. Трясясь в седле рядом с девушкой, Марк периодически заставлял себя мыслить более или менее ясно, и в один из таких периодов до него дошло, что каждый из них в сознании лишь наполовину. Тогда он угрюмо сосредоточился, насколько смог, на единственной задаче — выдерживать общее направление движения, то есть к холмам, которые постепенно становились все выше. Это, во всяком случае, не даст им описать круг и вернуться к Вилкате и его плененным богам.

В следующий раз они остановились, когда стало совсем темно, и Марк больше не видел, куда они едут. Еды не было. Марк где-то потерял лук, еще до этого утратив последние стрелы, да и охотиться он сейчас был не в состоянии. Тело охватила слабость, его бил озноб. Когда девушка спешилась и встала рядом с ним, он снял с нее плащ и переодел в свою длинную охотничью рубашку, потому что девушка тоже дрожала от ночного холода. Потом лег вместе с ней, обнял и закутал их обоих в плащ. От слабости и боли у него даже не возникло мысли пожелать от нее чего-то большего, чем просто тепла. Марк еще успел подумать, что надо бы встать и позаботиться о животных, но сил на это уже не хватило.

Из-за боли Марк скорее не спал, а балансировал на грани потери сознания. Посреди ночи, почти ничего не соображая, он проснулся. Чья-то рука трясла его за плечо.

Девушка, все еще в его рубашке, сидела рядом на корточках. Несмотря на слабый свет звезд, он сумел разглядеть на ее грязном лице новое выражение — настороженность.

— Ты не Ростов. Куда он ушел?

Ей пришлось повторить вопрос несколько раз, пока до Марка дошел его смысл. Ну конечно, она приняла его за кого-то другого, когда у него на поясе висел меч. А где он?..

Марк пошарил возле себя и понял, что девушка его разоружила. Превозмогая слабость, он приподнял голову. А вот и Ослепитель, лежит рядом, но до него не дотянуться. Марк увидел меч при свете костерка, который его спутница каким-то образом ухитрилась развести.

— Я взяла у тебя меч, потому что ты бредил и метался. Так где Ростов? И кто ты такой?

Марк обнаружил, что ему очень трудно говорить. У него мелькнула мысль, что он, наверное, умирает. У него лишь хватило сил показать на меч.

— Ты убил его?.. — удивилась она. — Нет, ты не это имел в виду.

— Нет. Нет. — Ему пришлось немного отдохнуть и набраться сил, прежде чем продолжить, и все равно его слова прозвучали невнятно: — … здесь не было.

Девушка уставилась на него. Ее лицо все еще было изможденным и грязным, но пробуждающаяся внутри энергия уже заметно оживила его. И теперь, словно осененная внезапной идеей, она повернулась к лежащему мечу, присела возле него и внимательно рассмотрела. Затем отработанным движением чародейки коснулась рукоятки.

И замерла в этой позе, касаясь пальцем черноты.

Чумазая девушка исчезла, а на ее месте Марк увидел свою мать Малу — постаревшую на десять лет с того дня, когда они виделись в последний раз. Ее темные блестящие волосы теперь щедро разбавила седина. Да, это Мала стояла на коленях возле костерка, касаясь пальцем рукоятки Ослепителя, и одета она была не в охотничью рубашку Марка, а в привычные крестьянские штаны и вышитую блузку.

Затем фигура матери замерцала, расплылась и превратилась в Мэрией, сестру Марка. Теперь Мэрией стала женщиной лет тридцати и тоже изменилась за годы, миновавшие с того дня, когда он видел ее в последний раз, убегая из деревни.

Мэрией повернула голову, взглянула прямо на Марка, и теперь вместо нее тот увидел девушку-толстушку из Красного храма — девушку, которую он всего лишь раз обнял, но никогда с тех пор не забывал. Девушка из Красного храма подалась к Марку, а ее палец соскользнул с рукоятки меча.

И он снова увидел молодую женщину, спасенную им из лагеря Вилкаты, — со спутанными волосами и худым телом, прикрытым его грязной и рваной охотничьей рубашкой. Она приблизилась к Марку и склонилась над ним. Над ее головой и над светом костра огромной дугой сияли плотные облака звезд.

Девушка глубоко вздохнула.

— Мне следовало бы понять, что это за меч. Хотя я никогда раньше ни один из них не видела… Но теперь я полностью пришла в себя… надеюсь. И начала понимать. Меня зовут Кристин. А ты кто?

— Марк.

— Что ж, Марк… — Она так нежно коснулась его раненой головы, что ее прикосновение почти не добавило боли. Когда Марк поморщился, она быстро отдернула руку. — Так это ты пришел в… то место… с Ослепителем и увез меня?

Марк сумел лишь кивнуть.

— И ты пришел один? Да, ты снова кивнул. Но почему? Впрочем, теперь это неважно. Я никогда не забуду того, что ты для меня сделал. Ты спас мне жизнь, и не только… У нас есть вода?

Она быстро ответила на собственный вопрос, поискав взглядом и обнаружив флягу Марка. Ему она дала напиться первому, потом глотнула сама.

— Ах… — выдохнула она и расслабилась. Но лишь на мгновение. — Ты ждешь кого-нибудь на помощь? Здесь или где-нибудь поблизости?.. Нет. — Она снова протянула нежную руку и погладила его лицо, совсем не причинив боли. — Кому ты служишь?

— Сиру Эндрю.

— А-а. Хороший человек, судя по тому, что я о нем слышала. Мы в Тасавалте его уважаем, хотя и не знаем… но неважно. Попробую что-нибудь сделать с раной у тебя на лбу.

Кристин закрыла глаза, пробормотала заклинание, и Марк ощутил, как края раны, подрагивая, стягиваются в попытке выдавить из нее болевое жало. Но затем боль вернулась, терзая рану еще больше прежнего, и он вскрикнул.

— По меньшей мере кровь остановилась, — буркнула Кристин с безжалостным спокойствием. — Но это хуже, чем я думала. Здесь я мало чем могу тебе помочь. — Она быстро взглянула на звезды, очевидно пытаясь определить их местонахождение и время. — У нас есть еда?