Зомби - Роберт Альберт Блох

Когда я оделся, то с удивлением обнаружил на крышке корзины для белья чистую белую рубашку. Мой гениальный хозяин или хозяйка предусмотрели решительно все.

К тому моменту, когда я вышел из ванной, она вернулась. Принесла четыре сэндвича, завернутых в целлофан, большой бумажный стакан кофе и треугольный кусок пирога. Она не проронила ни слова, пока я ел. У меня ушло всего шесть минут, чтобы расправиться с едой и выудить из кармана сигарету. Я предложил и ей.

— Нет, спасибо. Я не курю.

— Странно. Мне казалось, в наши дни все женщины курят.

— Я как-то пробовала. Много лет назад. Но, разумеется, это были не сигареты.

От подобной информации мне не было никакого проку.

— Насчет того друга, с которым я должен встретиться. Где же он?

— Ждет за дверью, — сказала она. — Позвать его?

— Ради бога. Не заставляйте джентльмена ждать.

Тон у меня был игривый, но особого веселья я не испытывал. Я не знал, чего мне ожидать. Годы чтения — и сочинения — "ужастиков" подготовили меня почти ко всему. Может, это будет Сумасшедший Доктор, который придет порекомендовать определенную марку сигарет. Сумасшедший Ученый с полной пробиркой обезьяньих гланд. Сумасшедший Профессор с правами на вождение летающей тарелки.

Последним, кого я ожидал увидеть, когда открылась дверь, — друга. Однако вошел именно друг. Это был Коно.

Коно Коллури. Человек, умерший на электрическом стуле.

Он стоял в свете сумерек и смотрел на меня. На нем был поношенный френч с поднятым воротником, шляпа, надвинутая на самые глаза, как у киношного гангстера, но я его узнал. Это был не двойник, не актер, не кто-то загримированный под него. Это был Коно. Коно во плоти. Мертвой плоти — реанимированной и оживленной!

Изменился ли он? Разумеется, он изменился. У него был кошмарный тик в том месте, где лицевые мускулы были растянуты и разорваны в болевой судороге. И еще он был бледен. Бледен как смерть. Однако он был живой. Он ходил. Он говорил…

— Привет, Боб. Я тебя ждал.

— Она… она мне сказала.

— Плохо, что ты не пошел сразу. Я должен был бы сообразить и позволить ей сказать, кто хочет тебя видеть. Но я и подумать не мог, что ты ей не поверишь.

— Да. Наверное, так было бы лучше. — Я путался в словах, а он стоял, стоял и смотрел на меня. — Как… как ты поживаешь?

Вопрос был тот еще. Однако он вроде бы не возражал.

На самом деле, он улыбался. Улыбка прерывалась с одной стороны лица и превращалась в тик, но он все равно улыбался.

— О, я буду жить, — сказал он. — Я буду жить вечно.

— Что?

— В этом-то и весь фокус, Боб. По этой причине я и хотел тебя видеть. Я буду жить вечно. Варек все устроил.

"Варек? Где же я прежде слышал это имя?"

— Это он забрал мое тело. Ну, ты помнишь.

Да, я вспомнил. Мистический кузен.

— Но откуда он узнал, что ты не умер, и как он сумел привести тебя в чувство?

— Я умер, Боб. Был мертвее мертвого. А он меня поднял. Он любого может поднять, Боб. Вернуть с того света. Сделать так, чтобы он больше не умирал. И вот для этого-то и нужен ты.

— Я?

— Я рассказывал ему о тебе. О том, какой ты умный, о том, что ты пишешь. Ему нужен такой человек, как ты, работающий на публике, для вывески. Кто-нибудь с мозгами. Молодой. И живой.

Живой. Я был жив-здоров, но задумался, не сплю ли я и все ли у меня в порядке с головой. Разговаривать с мертвецом…

— Подойди ко мне, Боб. Я вижу, ты мне не веришь.

Я пододвинулся поближе к Коно.

— Пощупай мою кожу. Давай.

Я тронул его запястье. Оно было холодным. Холодным и твердым. С такого расстояния была хорошо заметна восковая бледность Коно. Посмертная маска Коно. Судорога снова прошла по лицу, и он улыбнулся:

— Не пугайся. Я настоящий. Это взаправду. Он может такое. Он умеет возвращать мертвецов обратно. Неужели ты не понимаешь, что это значит? Какое это великое достижение, если правильно им воспользоваться!

— Понимаю. Но я все еще не понимаю, при чем здесь я.

— Варек сам все тебе расскажет. Идем, я хочу, чтобы ты с ним поговорил.

Я вышел вслед за Коно Коллури из комнаты. Вера улыбнулась и кивнула, когда мы выходили, но не пошла с нами, когда мы двинулись по длинному коридору к лестнице. Спускаясь по ступенькам в залитый мягким, приглушенным светом зал внизу, я начал ощущать странный запах. Пахло затхлым воздухом, горячим паром и еще ароматами увядающих цветов.

— Слушай, а где мы вообще? — спросил я.

— В похоронном бюро, — ответил Коно. — Разве ты еще не понял?

Я не понял. Но мог бы и догадаться. Жилые помещения наверху, а здесь, внизу, ритуальные залы. Залы, мягкий свет и аромат цветов.

Мы прошли по застеленному ковром коридору, и я огляделся по сторонам. Все было так, как говорил Коно: это погребальное бюро, и довольно занюханное. Варек использовал его для прикрытия, и я подозревал, что если попытаюсь сбежать и кинусь к двери, окажется, что она заперта.

Но я не стал кидаться к двери. Я последовал за Коно в темную залу слева, чтобы встретиться с мистером Вареком.

Я вошел, и Коно неуклюже проковылял в угол. Он двигался неловко, окоченело. Мускулы его тела были сведены судорогой. Но для ходячего покойника он выглядел очень даже неплохо.

Он включил в углу лампу и закрыл за нами дверь. Я не обратил на это внимания. Я смотрел на гроб на помосте. Во все глаза смотрел на тело в гробу. Тело человека со стеклянным глазом.

Там лежал бармен, которого я убил.

Он лежал в гробу, на дешевом атласе, облаченный в поношенный черный костюм. Кто-то запихнул на место стеклянный глаз, и этот глаз сардонически таращился на меня. Другой глаз был закрыт, и в общем складывалось впечатление, будто бармен подмигивает.

Мы были вместе — я и человек, которого я убил. Я смотрел на него, а он смотрел на меня.

Он на меня смотрел!

Да. Так оно и было. Веко закатилось наверх. Глаз открылся. Сосредоточился на мне. И рот, поджатый рот расслабился в ухмылке. Губы разжались.

И из тела послышался голос:

— Привет, Боб. Я Николо Варек.

— Вы…

— О, я не бармен, которого вы убили. Он вполне мертв, как вы и сами видите. Его тело не дышит.

Да, так и было. Труп оставался трупом, но что-то жило, что-то жило внутри его. Жило, смотрело и разговаривало.

— Я использую его в качестве временного пристанища. Так я могу говорить с вами, не перемещаясь на далекое расстояние. Вы должны оценить подобное удобство.