Наследие Дракона - Дебора А. Вольф

Хафса Азейна спускалась все глубже и глубже в нутро земли – или ей так казалось, – в затерянное место утешения, лишенное времени и сознания. Стены становились теплее и сжимались вокруг нее, и она скользила свободной рукой по камню, наслаждаясь этим прикосновением, и не могла не чувствовать ответной любви.

Наконец стены расступились и она оказалась у входа в широкую пещеру. Стены пещеры были гладкими и круглыми, как яичная скорлупа изнутри или как пузырь воздуха, заключенный в стекло до скончания времен. Бо`льшую часть пещеры занимало озеро, и оно светилось миллионами огней, точно под гладью воды плавало перевернутое вверх тормашками далекое небо. Ступеньки шириной со столешницу вели к маленькому острову.

Там Хафсу поджидала фигура, или, может быть, несколько фигур, но кем или чем они были, она сказать не могла.

И эту историю я знаю, – подумалось ей. – Это – последнее испытание перед концом.

Хафса решила, что было бы неплохо со всем этим покончить и наконец отдохнуть, поэтому подняла свой посох, подобрала полы платья и пошла по широким серым камням. Ступени оказались добротными. Они не скользили у нее под ногами и не тонули в освещенных звездным светом водах, не оказывались спинами детенышей каких-нибудь морских тварей или рядом черепов. Это были самые обычные камни, которые крепко стояли на месте.

Когда Хафса Азейна ступила на остров, поджидавшая ее фигура повернулась и предстала перед ней, и повелительница снов поняла, кто это. В конце концов она вернулась к началу всех начал.

– Я тебя знаю, – прошептала она. – Ты – Человек из Кошмаров.

– Неужели? – завыл ей в ответ голос, похожий на кусок гниющего папируса. – Вправду? Ничего ты не знаешь, Принцесса Семи Островов. – Темный свет начал литься из его одежд, вылетел из его маски безумием черной молнии и наполнил его рот смертью. – А теперь никогда и не узнаешь. – Он обеими руками поднял свой боевой молот, и когда он это сделал, его одежды упали на землю и все открылось.

Тусклый черный камень острова раскололся, раскрывая широкое пространство из гладкой чешуи цвета стекла, радуг, водопадов и крыльев колибри. Синие и зеленые под поверхностью, вихри и зигзаги подсвечивались ракушечно-розовым, и эту разрывающую сердце драконью красоту ни с чем нельзя было сравнить.

Хафса Азейна прыгнула вперед и ударила его от бедра, когда его темный молот опустился и ее сердце раскололось. Когда орудие попало в цель, на его лице загорелось торжество, напоминающее отблеск кровавых углей.

Оно встретилось с взмахом посоха ее новой души.

И все исчезло в ослепительном свете.