Встретимся в другой жизни - Аяна Осокина

— Нет конечно! — возмутилась Кейрана. — Ещё Вам поступило тринадцать предложений о помолвке, восемь из которых повторно, и шестнадцать предложений о замужестве, два из которых повторно.

Видать, совсем без меня в Хоурнэле скучно… А я так надеялась, что с глаз долой — из сердца вон!

— Также пришла эпиграмма от Антуана Рэви. Лорд вновь сетовал, что Вы к нему холодны, и потому он разочаровался в вашей любви и нашёл новую музу. Просит вернуть цветы, что он Вам подарил на седьмую годовщину отношений, — фрейлина вопросительно посмотрела на меня.

Когда же Ант уже окончательно разочаруется? Какой это уже «разрыв» за восемь лет? Десятый? Двенадцатый?

Вот и почему нельзя просто дружить?

— Хм, и что он дарил? — задумчиво протянула я.

— Букет из сто одной чёрно-фиолетовой лилии редчайшего магического сорта «Вечная страсть».

— Это те неубиваемые вредители со светящимися сердцевинами и сладковатым ароматом-афродизиаком, что мы с Илайном опрометчиво посадили в дальнем углу новой оранжереи? Которые заполонили её всю, как сорняки, и чуть не загубили десятки по-настоящему редких и ценных сортов?

Леди кивнула.

— Так вот, кто дар-р-ритель… Разумеется, верните ему цветы, леди Кейрана! Пусть Лан все эти растения до единого у нас выкорчует, отправит порталом и лично посадит вокруг особняка Рэви! Рядом с его гордостью — стеной ползучего пурпурного винограда — и под каждым окном!

Чтобы все местные перевозбуждённые животинки ночи напролёт устраивали скульптору «концерты»! И днём Анту было чем заняться, вместо написания мне бесконечных посланий! Спасение пурпурного любимца — отличное занятие! А ещё благородное и творческое. Учитывая неубиваемость «Вечной страсти».

— Будет исполнено в лучшем виде, миледи, — хихикнула эльфийка и продолжила: — Тридцать шесть поступивших на Ваше имя букетов и цветочных композиций от поклонников как обычно были переданы лорду Илайну для разведения. Среди «повторок» обнаружено два новых сорта роз — присланных в корзине с корнями и запиской, с просьбой «посадить их вместе», — «Прекрасная Эльза» с радужными сверкающими распустившимися многочисленными соцветиями и «Душа Эльдара» с одиночными нюдово-бежевыми крупными тугими бутонами… нестандартной формы, — у фрейлины мило покраснели остренькие ушки. Хе-хе, мне уже интересно, как выглядит «Душа» Его Светлости. Кто же ещё кроме старшего советника Айлана II решится преподнести мне столь провокационный подарок? — Их прислал герцог Шайми, выразив надежду, что Вы передумаете и составите его счастье, как только «одним глазком взглянете на бутон «Эльдара»», — подтвердила мои догадки до крайности смущённая эльфийка.

Охо-хо! Да старый лис всерьёз взялся за нашу милашку Кейрану! Зная слабости леди Мэйс, решил покорить её романтичными словами, заинтриговать подарками, заставить завидовать и испытывать желание оказаться на моём месте, а потом и возжелать самого Дара… Какой затейник! А ведь изначально говорил мне, что хочет лишь подразнить «безголовую наивную девчонку», отвечающую за мою «любовную корреспонденцию». Видимо, увлёкся, хе-хе-хе… Доигрался.

— Также он приложил к посланию в качестве подарка реплику большой рубиновой парюры рода Шайми, умоляя Вас надеть украшения на первый бал сезона, — в тоне вопросительно смотрящей на меня фрейлины я уловила нотки восхищения и зависти.

— Леди Мэйс, напишите Эльдару, что я восхищена всеми великолепными… бутонами и драгоценностями и с наслаждением и радостью буду… владеть ими. С грустью заметьте, что придворные не поймут меня, если я появлюсь на официальном мероприятии в реплике парюры супруги главы дома Шайми, но дайте обещание от моего имени, что я всенепременно покажусь милорду в его завораживающе-прекрасных рубинах, как только это представится возможным, — Кейрана сосредоточенно кивнула. — И прошу сообщить Илайну, чтобы он исполнил просьбу Его Светлости и создал единую композицию из двух сортов подаренных роз. Думаю, стоит разместить растения на главной дворцовой аллее, рядом с последней работой Антуана. Помнится, он хотел дополнить её чем-нибудь природным, натуралистичным и… вдохновляющим.

— Вы имеете в виду «Резвящихся нимф»? — уточнила эльфийка.

— Хм, я имею в виду обнажённых каменных фигуристых девиц, плескающихся в волнах из «живого» стекла рядом с беседкой для поцелуев, — пояснила я. А то мало ли, вдруг Рэви успел ещё какую скульптуру изваять за время нашей «разлуки».

— Рядом с любимой беседкой Его Величества для чаепитий?

— Именно так.

— Будет исполнено, маркиза Оуэл, — кивнула младшая из сестричек и добавила: — Ну, и разумеется, все присланные Вам фамильные украшения я вернула владельцам с подобающими вежливыми отписками, а драгоценные подарки пожертвовала на благотворительность от Вашего имени. Если Вам интересно, то…

— Не интересно, — оборвала речь Кейраны я, всё отчётливее ощущая едва сдерживаемую ярость Хаартгарда.

— Вы получили почти двенадцать килограммов украшений, — проигнорировала моё мнение эльфийка. — Для перерыва между светскими сезонами — это абсолютный рекорд за последние три тысячи лет. Только матери Его Величества, королеве Цирцэль, незадолго до помолвки было подарено больше — около пятнадцати килограммов золота и бриллиантов. Так что Вы, маркиза, вторая леди в истории Хоурнэля, которая может похвастаться таким количеством преподнесённых поклонниками украшений в межсезонье, — «обрадовала» меня мечтательно улыбающаяся фрейлина. — Поздравляю Вас.

— Благодарю, — нервно хмыкнула я, всерьёз опасаясь за жизнь и здоровье придворных дедули Айлана. Ибо Шэр и его тьма ОЧЕНЬ недовольны моим рекордом.

Но тут я увидела оскал старшей из сестричек Мэйс и поняла, что попала…

Умоляющий жалобный взгляд не сработал.

Леди Олинн вскрыла печать и развернула дли-и-инный свиток.

— Вы ведь знаете, о чём там говорится, — обречённо констатировала факт я. — Прошу, изложите кратко. Иначе устроенное вами — по велению Его Величества — публичное издевательство сильно затянется.

Эльфийка свернула свиток.

— Вы временно нарекаетесь принцессой Хоурнэля с правом престолонаследия и должны исполнять все возложенные на Вас обязанности следующие сто лет.

— Сколько? — поражённо выдохнула я, а Олинн воспользовалась моим эмоциональным потрясением и впечатала свиток мне прямо в лоб. Указ исчез. На моей голове появился золотой венец принцессы с бриллиантами и жемчужинами в форме роз.

Как же я его ненавиж-ж-жу!

— Сто лет, — повторила старшая леди Мэйс.

— Почему так долго? Обычно же дедуля наказывал меня этим титулом на срок до одного года, в зависимости от тяжести проступка.

— Его Величество решил, что раз Вы считаете себя достаточно взрослой, чтобы, не интересуясь его мнением, заводить себе… фаворитов, то он и наказывать Вас будет… как взрослую.

Тишина.

То есть дедуля Айлан разозлился не из-за ситуации с Юнсиэлем и Шэримой Феррен, а потому, что прознал о моих отношениях с Шэйтаром?