Чаепитие с чернокнижником - Александра Дубровская

Веста ши Онер

Новости Нэсса чуть не выбили меня из колеи.

Вот тебе и позвонила в посольство. Тьма, нужно было догадаться, что после сообщения Ясвэла Эллер не усидит на месте. И ведь надо же было так неудачно момент подгадать.

«Есть идеи, как забрать папку?» – спросила у Нэсса, быстрым шагом спускаясь по лестнице на первый этаж.

За спиной недовольно сопела лжецелительница. Сперва она пыталась меня остановить, что-то грозно и быстро говоря на языке Города, но я даже слушать не стала. Лишь коротко отрезала, что меня желает видеть глава посольства, и бросилась на первый этаж, прислушиваясь к подсказкам Натнэса.

Надеюсь, Эллер знает о пари или хотя бы не успел назвать мой титул вслух.

«Ни одной, – вздохнул Нэсс. – Ясвэл спрятал папку за пояс и прикрыл плащом, достать её незаметно вряд ли получится».

Плохо. Ещё хуже было то, что мы понятия не имели, какие именно сведения в ней хранятся. Будь иначе, можно было продумать, как вести разговор и что отвечать на возможные вопросы. Но незнание спутало все карты.

Тьма, Эллер не зря носил титул «господин неожиданность», которым его за глаза величали в Небесном замке. Ему поразительным образом удавалось появляться эффектно и всегда не вовремя. Иногда мне казалось, что у среднего принца тоже был дар белого пламени, который проявлялся вот такими необычными способностями.

Мысленно застонала, с трудом подавив желание схватиться за голову.

Я не готова. Тьма, я не готова к встрече со средним принцем Небесного замка. И дело было не в том, что у нас натянутые отношения, вовсе нет. В отличие от других крылатых змей, он всегда относился ко мне как к равной, первым приняв в семью. Когда Вилард сбежал по своим делам с бала, на котором меня впервые представили узкому кругу придворных, именно Эллер поддержал меня, пригласив на танец, а потом развлекал весь вечер, отгоняя особенно ядовитых змей.

Но у него был один изъян. Он по праву считался лучшим дипломатом Небесного замка. В этом-то и была проблема. Трудно общаться с наиссом, который никогда не открывает свои истинные мысли и мотивы. Со мной Эллер всегда был участлив, доброжелателен, тактичен… и меня упорно не покидало ощущение, что это не по-настоящему. Не покидало чувство фальши. Возможно, это всего лишь паранойя, развитая змеями Небесного замка, но я физически уставала от общения со средним принцем.

Тряхнула головой, прогоняя посторонние мысли.

Так, не время капризничать. Нужно быстро найти Эллера, попросить Нэсса установить между нами мыслесвязь и ввести в курс дела. И молиться Свету, чтобы он не успел назвать мой титул. Иначе после поимки Мальда можно собирать вещи и возвращаться в Небесный замок с поражением. Потому что этот момент, – действуют ли условия пари за пределами Андаунны, – ни Вил, ни я не учли. Тьма, да мы и подумать не могли, что меня занесет так далеко от дома.

Сбежав на первый этаж, я, не раздумывая, направилась к толпе напряженных до предела защитников, обступивших что-то или, скорее всего, кого-то. Протиснуться мимо них было сложно, пришлось поработать локтями, но я не прогадала.

Зрелище, которое мне открылось, оказалось не для слабонервных.

Эллер вальяжно развалился в кресле в самом центре комнаты и с непроницаемым лицом чистил рукава парадной формы от грязи, пыли и обрывков паутины. Получалось ужасно – грязь намертво въелась в белоснежную ткань, и теперь средний принц напоминал уличного оборванца.

Признаться честно, в первый миг я Эллера не узнала. И не только из-за размазанных по лицу пятен сажи, грязным, взъерошенным волосам и безнадежно испорченной форме. За те три года, что мы не виделись, брат Вила очень сильно изменился. От прежней пышной гривы, которой все девушки Небесного замка завидовали черной завистью, остались лишь короткие, некогда тщательно уложенные назад, а сейчас взъерошенные волосы. Я даже с удивлением отметила, что у Эллера, оказывается, есть тонкий шрам на виске, а глаза, некогда скрытые длинной челкой, были не насыщенно-зеленого цвета, как у Вила и Дэша, а серо-голубые. Они особенно сильно бросались в глаза на фоне бронзового загара Эллера, который не скрывали даже пятна сажи.