Дикая - Светлана Шёпот

Лена пыталась собирать их, но отдельные волоски все равно торчали. Аврора умело ловила их крохотными пальчиками, а потом по своему усмотрению либо засовывала в рот, либо дергала изо всех сил, пытаясь оторвать. Естественно, это было больно. Елена пыталась носить косынку, но такая непривычная вещь немедленно вызывала интерес. Можно догадаться, что происходило потом.

Елене Николаевне только и оставалось, что покорно сносить «удары судьбы», старательно собирая каждый волосок в косу.

Лена считала, что дети на руках не повод откладывать строительство. Это сейчас она еще может держать Аврору, а когда малышка подрастет, только Богу известно, как следить за столь активным ребенком. Вряд ли дочь даст ей возможность часами спокойно заниматься магией.

Елена уже представляла, сколько головной боли придется испытать, постоянно выискивая куда-нибудь забравшегося ребенка. В остальное время ей точно придется вечно отвлекаться и вертеть головой, чтобы убедиться, что девочка рядом и никуда еще не успела убежать.

Для удобства работы Лена сделала рюкзак-кенгуру. Так Аврора всегда была у нее перед глазами. Нагибаться с такой сумкой, конечно, было сложно, но Медведь придумал решение.

Он построил стол, который ставился в траншею. На этот стол он подносил Лене камни, которые она с помощью магии спаивала в полукольцо. Затем эти полукольца Медведь опускал на дно траншеи.

Вот так постепенно они и продвигались. Потом предстояло спаять друг с другом сами полукольца, но сделать это было проще. В такие дни Лена отдавала Аврору Медведю, а сама занималась спайкой.

Тугар имел спокойный характер, но очень скоро стало понятно, что он не менее любопытен, чем сестра. Да, он не был слишком активным, но любил наблюдать за происходящим вокруг.

Когда Лена с Медведем работали над полукольцами, Тугар обычно сидел неподалеку, окруженный пушистыми шкурами, и с интересом следил за работой.

В такие моменты он напоминал Лене маленького падишаха, который смотрит, как работают его люди. Она неизменно смеялась, особенно когда видела серьезную мордашку сына.

Когда Аврора в первый раз полыхнула во все стороны огнем, Лена на мгновение испугалась. Нет, не самого ребенка или магии, просто все произошло неожиданно.

Работа немедленно встала. И если окружающие люди ничего не поняли, то Медведь с Леной сразу все осознали. Сначала они посмотрели друг на друга, а потом перевели внимательный взгляд на Аврору. Девочка зевнула, а после вся поникла и закрыла глаза.

– С ней все в порядке? – заволновался Медведь. Лена тоже забеспокоилась.

После осмотра стало понятно, что дочка просто уснула. Положив ее на шкуру, они сели рядом, растерянно глядя на ребенка.

– У нее огонь, – озвучил очевидное Медведь.

Лена кивнула. Она и так это заметила, учитывая, что полыхнуло прямо у нее под носом. Огонь дочери, к слову, не причинил ей никакого вреда. Он даже горячим для Лены не был. Но факт был налицо: один из ее детей родился магом.

Никто за магию Аврору ругать, конечно же, не стал. Но присмотр за ребенком усилился. Лена практически не выпускала ее из рук, опасаясь, что дочь снова полыхнет и слишком истощит себя.

Люди, когда узнали о магии ребенка, перестали подходить к Авроре, поглядывая с опаской. Их можно было понять: одно дело Лена, осознающая опасность силы и умеющая себя контролировать, другое – маленький ребенок.

С каждым днем случаев проявления магии становилось все больше. Спаленная кровать, прожженные шкуры, пятна копоти на полу или на стенах. Но самым эпичным, кажется, был момент, когда Лене пришлось ходить весь день с волосами, разбрасывающими во все стороны искры.

Авроре по какой-то причине это показалось забавным. Поначалу она попыталась поджечь волосы Лены, но ее сил не хватило, поэтому она лишь заставила волосы искрить.

Огонь не сжег волосы и не причинил коже никакого вреда, но люди, увидевшие это, старались обходить Аврору десятой дорогой. Мало ли, это Лене как духу огонь ничего не сделал, а они простые люди, еще сгорят до головешек.

Елена беспокоилась из-за этого отчуждения. Аврора была всего лишь ребенком, когда она подрастет, ей обязательно захочется завести друзей, но вряд ли из-за ее способностей дети соплеменников станут дружить с ней. Оставалась надежда, что с возрастом девочка овладеет своими силами и возьмет их под контроль, а остальные позабудут об этих инцидентах.

Постепенно Аврора действительно начала понимать взаимосвязь силы, которая позволяла ей зажигать все подряд, и последующей слабости. Спать долго девочке не хотелось, поэтому Лена заметила, что дочь пытается как-то контролировать магию. В силу возраста это у нее не получалось, отчего Аврора была вынуждена после каждой большой вспышки спать по паре часов.

Строительство между тем продолжалось. Люди завершили траншеи под канализацию и принялись за выкапывание больших ям под отходы. Эти ямы в будущем планировалось закрыть так, чтобы никто туда не провалился.

Сила и контроль самой Елены были на высшем уровне, поэтому вскоре они с Медведем закончили создание канализационных труб. Теперь холм выглядел так, словно на нем внезапно появились каменные вены, расходящиеся веером.

Землю, оставшуюся после рытья каналов, стащили тележками вниз. После этим планировалось накрыть ямы, оставив только вход сверху.

Когда ямы были закончены, пришло время для очередного похода. И тут разразился скандал. Мнение племени разделилось. Старейшины стояли на том, что все обязаны чтить традиции, которые велят идти всему племени. Так делали все их предки. Но Бост и большая часть племени считали, что некоторые традиции, несущие с собой только вред, необходимо оставить в прошлом.

– Зря людей губим, – возмущался Бост, припоминая старейшинам погибшую женщину.

– Медведь защитит, – настаивали старики, уверенные, что под защитой таких сильных духов ничего не страшно. Вот только жизнь дала им пощечину.

– Мы не пойдем, – сказал Медведь на собрании, стихийно образованном из-за спора.

Голоса мгновенно затихли. Старики выглядели шокированными. По какой-то причине они считали, что духи не пойдут на общее собрание только один год. Они и представить себе не могли, что отказ тех от похода распространится и на следующую весну.

– И я считаю, что Бост прав, – продолжил Медведь спокойно, переводя внимательный взгляд с одного старика на другого. Те под этим взглядом тушевались и опускали головы или отворачивались. – Нет смысла идти всему племени. Пойдут только молодые люди, достигшие подходящего возраста, несколько охотников для их защиты и родители молодых. Те из них, кто захочет идти. Остальные останутся дома. Впрочем, если кто-то еще хочет идти, пусть идет, но за свою безопасность он будет отвечать сам.

Старикам это не понравилось. Все прозвучало так, словно последнее слово осталось за Медведем, а они не могли этого допустить, ведь в таком случае их собственное мнение вскоре для племени станет совсем неважным.