Искатели неба - Сергей Лукьяненко

– И Тайная Палата – для того же предназначена, – сказал я. – Что вам от меня нужно, Комаров?

Вздохнул руссийский купец, опустил глаза… будто и впрямь смутился вопросом.

– Нам… да ничего не нужно нам, Ильмар!

Уважаю. Что ни говори, а уважаю откровенность. В ком бы она ни была: в душегубе презренном, в шлюхе дешевой или в шпионе чужестранном.

Смотрел на меня Фарид Комаров уже без прежней добродушной веселости, но куда честнее и откровеннее. И лицо его будто говорило: «не стоит отпираться, мне все ведомо».

– Странные дела, – сказал я. – Время мирное, а шпион руссийский по Державе разгуливает.

– Потому и разгуливаю, – не дрогнув лицом, ответил Комаров, – что время мирное. Начнись война – плохо мне будет. Хотя… по Руссии тоже немало державных купцов ездит. Если будет война честной, так обменяют наших на ваших.

Мы снова сдвинули бокалы. Я отпил еще глоток и сказал:

– И много вас, руссийских негоциантов, ищет Ильмара?

– Все, сколько есть, – не моргнув глазом ответил Комаров.

– И зачем? Если ничего вам не нужно?

– Вам – нужно… – с улыбкой ответил Комаров. – Вам, Ильмар.

– Что же?

– Путь из Державы. Убежище. Защита. Ильмар, милейший… не думайте, что тайных дел мастера только тем живут, что чужие секреты воруют, обманывают и убивают! Порой куда полезнее бывает помочь хорошим людям и ко взаимной пользе дело решить.

– Нам от вас ничего не надо, – сказал я твердо. – Может быть, мы и преступники перед Домом, но Державу не предаем.

– И не надо! – Комаров руки воздел. – Ильмар, мы не просим вас Державу предать! Каждый любит свою страну, на том и жизнь стоит.

– Значит, разойдемся миром, – подытожил я. – Спасибо за чудное вино, сударь.

– Подождите, Ильмар… – В голосе Комарова укоризна появилась. – Выслушайте меня, одну только минутку выслушайте! Разве с вас убудет?

Подумал я и кивнул. Пока он говорит, мне это лишь на пользу.

– Во-первых, – начал Комаров, – не ждите от меня коварства. Согласитесь нашу помощь принять или нет, но выдавать вас Страже приказа нет.

– И на том спасибо.

– Во-вторых, – глазом не моргнув продолжал Комаров, – как нам ведомо, принц Маркус похитил и унес на Слове древний манускрипт, несущий в себе секреты вашей веры. В Русски вера другая, но вашей она не противна. Чтят Искупителя, как одного из святых пророков, близких к Господу, чтят и Сестру-Покровительницу.

– Знаю вашу веру, – ответил я. – Чужая она для нас.

– Про свою веру я вчера всю правду сказал, – нахмурился Фарид. – И для вас должно быть важно, что мне, человеку еретических убеждений, позволяют в Тайном Приказе служить! Ханство – куда терпимее к вопросам веры, чем Держава. И вера в Руссии пусть и чужая, но ведь не враждебная! Для Китая имя Искупителя – пустой звук, для нас – нет. И потому нам тоже интересно происходящее. И если требуется помощь, нужно укрыться от Стражи и Церкви, с умными людьми поговорить – Руссийское Ханство готово взять вас под свою защиту…

Вот с этого и начинать ему стоило, а не молоть вздор про доброту, бескорыстие и уважение к чужой вере. Посмотрел я на Комарова и тихонько головой покачал.

– Понимаю… – со вздохом сказал руссиец. – Все понимаю. Трудно принять от нас помощь, сразу закрадывается мысль, а не навредит ли это Державе. Так?

– Именно.

– Буду честен, наверное, навредит!

Да уж, велика откровенность. Дурачку и то понятно: что Ханству во благо, то Державе во вред.

– В-третьих, – сказал Комаров, – и это самое главное: все вы в беде сейчас. Час назад в управление Стражи по Аквиникуму явились некие высокопоставленные лица и заявили, что в купальнях «Рудаш»…

Он не закончил – да и не нужно это было. Я спросил:

– Откуда это известно?

Фарид только плечами пожал да улыбнулся. Ох не один он в Аквиникуме! Есть у него еще пособники… что ж это делается, руссийские лазутчики в Державе как дома ходят!

– И чем тут поможет Тайная Палата? От Стражи нас отобьет?

Вместо ответа раскрыл Комаров свой кожаный бювар. Вытащил какой-то листочек, посмотрел, поморщился. Достал карманные часы, глянул.

– Стража не знает, где вы скрываетесь, – небрежно заметил он. – Поэтому шум пока не поднялся, войска и Стража оцепляют город посуху. Еще час-два можно будет уйти по Дунаю… при удаче, но корабль вам не захватить. Даже если я помогу.

– Маркус морскому делу обучался, – сказал я, будто хотел уговорить шпиона на каперство.

– Это только в назидательной книжке пятнадцатилетний капитан никаких штормов не боится, – отмахнулся Комаров. – Жизнь – другое дело. Без умения и в неширокой реке ко дну пойдешь.

– Ну и что же Тайная Палата предложит?

– У меня есть свой путь из города. И вас всех я этим путем могу вывести. Всех, – голосом подчеркнул Фарид. – Это и предлагаю.

– Дальше? – спросил я.

– Дальше моими путями отправимся в Руссию. А там определят вас в славный руссийский город Севастополь. Именным повелением хана Михаила всем выдадут вид на жительство в Руссии, каждому – солидный земельный надел в Крымской губернии, вдоволь стальных рублей…

– С чего такая щедрость? Вы же люди бережливые.

Комаров вздохнул:

– Конечно, не даром. Интерес Владетеля к манускрипту настолько велик, что вызвал любопытство и в наших холодных краях. Но неужели разрешение ознакомиться с манускриптом – слишком великая плата за безопасность, деньги, дворянство?

Молчал я.

– Ильмар, у меня есть полномочия давать подобные обещания, – уверенно сказал Комаров. – Слово хана тверже, чем небо! Откуда вам еще ждать помощи? Тайным эдиктом Владетеля приказано всех вас пленить и доставить в Версаль, в стальных кандалах, с кляпами во рту и с неусыпной охраной. Причем только Маркуса велено доставить живым, а остальных – как случится!

– Верю.

– Так подумай, Ильмар. Ваша страна от всех вас отвернулась. А мы – руку помощи протягиваем. Всем, хотя нужен, по большому счету, только Маркус!

Наверное, он не врал, фальшивый руссийский негоциант Комаров. Говорил то, во что верил. Да и руссийский хан, быть может, обещание дал.

Пока им неведомо, что на самом деле в книге содержится, можно и благородство проявить.

Интересно, что они о «манускрипте» думают? За святые писания принимают? Так все же у них вера другая. Манускрипт, пусть самой Сестрой надиктованный, апостолами писанный, не святыня – диковинка, не более того. Ну – купить при случае, ну – украсть. А вот государственным преступникам укрытие предлагать… На такой демарш Ханство бы пойти не рискнуло.