Седьмая Казнь - Стивен Ридер Дональдсон

Печаль и жалость делали принца злым.

Его тон убедил капитана Суалиша. Он сразу же подчинился, направившись выполнять приказ.

Принц Бифальт знал, что королевские советники назвали бы то, что он сделал, сумасшествием. Они, должно быть, обвинили бы его в том, что это приведет к гибели отряда. Но их не было здесь. Они только из докладов знали о жизни отдаленных регионов королевства, они не видели того, что видел принц. А он больше доверял мнению своих ветеранов и с радостью наблюдал, как они без колебания подчинились приказу. Даже Элгарт не медлил. С их сердцами и глазами все было в порядке, они все были свидетелями жуткой войны. Если бы они не хотели уберечь народ Беллегера, то их присутствие здесь – да и сам их поход – были бы бессмысленными.

Погонщики же были рады любому поводу, только бы дать отдых волам. И пока гвардейцы выполняли распоряжение принца, погонщики ухаживали за своими животными.

Вскоре вернулся Слэк. Бывший магистр выглядел еще немощнее, чем обычно, но взгляд его уперся принцу Бифальту в грудь.

– Ваше Высочество, – доложил он почти скорбным тоном. – Я поговорил со старейшим из местных жителей. Боюсь, жить ему осталось недолго, но разум его не замутился. Я спросил, знает ли он что-нибудь о библиотеке, о книгохранилище. Может, отец его рассказывал о подобном месте или упоминал, что слышал о нем от своего отца. Но старик только покачал головой. «Книги? – спросил он меня. – Что толку от книг, когда страна умирает с голоду?»

Я заверил его, что король Аббатор не забывает о нужде своих подданных. И оставил умирать.

Не дожидаясь ответа, бывший магистр заспешил прочь, чтобы приготовить обед. Бартин с Новелом уже разожгли огонь. Достав кастрюли со сковородками, Слэк принялся за дело.

Обед был готов, и принц Бифальт наблюдал, с какой жадностью ели выжившие жители деревни. Он не мог оторвать взгляда. С одобрением заметил он, что родители предупреждали детей не набивать рты, зная, что сам он не сумел бы выказать столько выдержки на их месте. Нужда этих оборванцев отдавалась болью в сердце принца. И казалось, что боль эта полностью овладела им.

Если бы в тот момент принц мог уничтожить амиканское королевство одним словом, он бы не замедлил его произнести.

* * *

После того как с едой было покончено и взрослым передали тюк с пищей на следующий день, принц отказался принимать благодарность.

– Мы ничего не сделали, – отрезал он. – Через пару дней ваше положение будет прежним. Мы не можем спасти вас.

– И все-таки вы пришли и были щедры. Вы уйдете, но щедрость ваша останется с нами, – ответила одна из женщин. – Мы не сомневаемся, что этой дорогой вас ведет высокая цель. Возможно, в конце концов вы все же спасете нас.

Принцу показалось, что женщина говорит как-то странно. Будто на непривычном для нее диалекте. Впрочем, это были фантазии. Просто в такой глуши от остального мира, в такой нужде она разучилась говорить. Неестественность ее речи объяснялась тем, что она редко с кем разговаривала, не более того.

Принц не ответил ей, он дал знак своим товарищам тронуться в путь.

Погонщики закричали, понукая волов, те потянули, и подвода со скрежетом сдвинулась с места. Гвардейцы и Слэк сели на лошадей и тронулись – каждый на своем месте в ряду – за капитаном Суалишем и принцем. И отряд медленно – так медленно, что принц Бифальт едва сдерживал нетерпение, – оставил деревушку позади.

Час или два спустя Флиск позвал капитана. Суалиш, принц и их товарищи оглянулись и увидели столб черного дыма на том месте, где находилась деревушка.

– Капитан? – потребовал объяснений принц. Инстинктивно он почувствовал тревогу.

Капитан Суалиш не слишком обеспокоился.

– Костер, Ваше Высочество, – ответил капитан. – Большинство лачуг пустуют, жители могут не жалеть дров. Может, они греются у огня. А может, готовят пищу, чтобы хранилась подольше.

Рискнув кинуть быстрый взгляд на принца, Слэк сказал:

– Пожара быть не может, мы не оставили ни одного уголька, в котором теплилась бы жизнь.

Заверение Слэка и объяснение капитана не рассеяли сомнения принца Бифальта. Он хотел было послать одного из своих людей проверить, все ли в порядке с жителями деревни. С каждым днем пути в нем росло чувство бессилия. Вид голодающих беллегерских детей только увеличил его. И в то же время принц не знал, сколько еще им нужно идти, чтобы достичь пустыни, где ему придется прокладывать путь без единой подсказки карты. Принц не мог себе позволить тратить время и ждать, пока всадник доберется до деревни и вернется к отряду. Нужно было идти вперед.

Проклиная про себя все вокруг, принц повел своих людей дальше.

* * *

Теперь дорога свернула на северо-восток, и шаг за шагом отряд приближался к реке, по которой проходила граница с Амикой. На следующий день принц миновал еще одну деревушку. Она была точной копией той, что он встретил за день до этого, только жителей там не было. Дорога все шла на северо-восток. Изучив карту, принц понял, что до настоящих испытаний еще далеко, а вот до вражеской земли рукой подать. Он чувствовал себя так, словно в его нутро целым полчищем вгрызались крысы, а он не мог ничего сделать, чтобы отогнать их.

На следующий вечер впереди опять показались полуразвалившиеся деревенские дома. Когда отряд доехал до них, там обнаружилось по крайней мере двадцать жителей, остававшихся в этих местах, несмотря на ветхость своих жилищ. Они выглядели не такими жалкими, как те, которых путешественники встретили пару дней назад, но разница была небольшая. Мужчины и женщины были лучше одеты, у детей было больше целых зубов, меньше проплешин на голове, не такие впалые щеки. Но хотя в глазах их и не читалось отчаяние, в еду они вцепились с животной жадностью.

К счастью, среди взрослых была одна старуха, один стареющий мужчина и один совсем древний старик. Когда Слэк попросил разрешения поговорить с ними, принц Бифальт дал его без колебаний. Задержавшись ровно настолько, чтобы отдать капитану Суалишу краткий приказ: «Накормите их», принц сошел с коня и составил компанию бывшему заклинателю.

Почтительно поприветствовав деревенских стариков, Слэк отвел их в сторону.

– Добрые люди, – начал он, а принц слушал, – мы видим, что положение ваше отчаянное. Его Высочество принц Бифальт поделится с вами чем может. А пока его люди готовят пищу, не поговорите ли вы с нами? У нас есть вопрос, или, возможно, даже несколько. Ваши ответы могут помочь нам.

Старуха некоторое время жевала беззубым ртом. Затем ответила голосом, огрубевшим от постоянной нужды:

– Вы господа этой земли. Мы ответим. Мы бы ответили, даже если б вы и не накормили нас.

Звуки произносимых ею слов напомнили принцу необычный выговор женщины, что благодарила его в прошлой деревушке. Но ведь старуха явно голодает, и не стоит следить за тем, как она произносит слова.