Не пожелай зла - Дмитрий Лазарев

— А вот это тебя абсолютно не касается. Извини, но у меня нет больше времени на разговоры. Дам тебе напоследок один ценный совет: главное — люби себя! Ну прощай, Э-маг, не поминай лихом!

В следующий момент она исчезла, а я вновь остался один. Впрочем, сейчас это было, пожалуй, даже кстати, так как мне предстояло о многом поразмыслить.

Однако первым делом следовало немедленно отсюда исчезнуть. Кем бы ни являлась моя новая знакомая, в этом доме она была такой же незваной гостьей, как и я. Так что, заявись сюда невзначай его хозяева — я окажусь в весьма щекотливой ситуации. Поэтому, покончив с одеванием, я вышел на улицу, захлопнул за собой дверь и поспешно окунулся в морозную тьму.

Следующим вопросом, озаботившим меня, было время. Я извлек из кармана часы, взглянул на циферблат и удивленно присвистнул: два пополуночи. Выходит, с тех пор как я покинул комнату Лены, прошло уже больше двух часов. Мне казалось, меньше. Однако, похоже, скоро я отвыкну чему-либо удивляться. Интересно, кто-нибудь вообще заметил мое длительное отсутствие? Впрочем, я тут же поймал себя на мысли, что меня это весьма мало волнует: все, ранее казавшееся мне существенным, померкло и отошло на второй план по сравнению с моим последним приключением.

Сейчас в голове крутилось два важнейших вопроса: кто такая Лили и как отразятся на моей жизни пробужденные способности Э-мага? По моим ощущениям, она, скорее всего, имела отношение к дьявольским силам — что-то вроде суккуба. К такому предположению меня подтолкнула та неконтролируемая страсть, которую Лили возбудила во мне. Однако встречи с этими демонами-соблазнителями, согласно легендам, плохо заканчивались для их сексуальных партнеров, а я, кажется, жив и здоров. Ладно, гадать на эту тему можно долго.

Гораздо актуальнее представлялся второй вопрос — что за дар пробудила во мне Лили? Честно говоря, никаких особенных изменений я в себе не замечал, но это еще ничего не значит: ведь Э-магия — для меня пока что terra incognita. Чем больше я думал на данную тему, тем более бредовой она мне казалась. Ну не может быть, чтобы вся эта чушь про эмоции оказалась правдой! Лили просто разыграла меня! Ага, а то, что она вытворяла с одеждой и со своими глазами, — тоже розыгрыш? А как она в воздухе растворилась — спецэффекты?

Погодите, но если все правда, то что же получается? Стоит мне на кого-то разозлиться, и он может умереть? Ёшкин кот! Шутки кончились! Выходит, придется, не откладывая, учиться владеть собой. Однако это проще сказать, чем сделать. Во всяком случае, за полчаса подобным мастерством не овладеешь. А сейчас-то как мне быть? У Белова куча народу, включая главных раздражителей — Лену и Кошкина. Что будет, если я не сдержу эмоций? Страшно подумать! Но что же мне теперь — учебный отпуск взять для прохождения курсов самоконтроля? Ну и удружила ты мне, Лили! Большое тебе человеческое спасибо!

Голова моя грозила лопнуть от избытка тяжелых и тревожных мыслей, а вот ноги тем временем, не спрашивая у нее разрешения, продолжали автоматически нести мое тело в сторону дачи Белова, и вскоре я ее увидел. Увидел и остановился. Мне было элементарно страшно: что-то будет? Ведь я сейчас с этой Э-магией — нечто вроде обезьяны с гранатой: не угадаешь, куда полетит. Однако ж не могу я от людей изолироваться. И на работу ходить надо, потому как кушать хочется регулярно, а Э-магией денег не заработаешь (если, конечно, закона не преступать). Но ведь сегодня и завтра — выходные дни, а значит, я волен как птица.

Итак, решено — ухожу по-английски. Только Мишке отзвонюсь по сотовому, чтобы не терял, — и айда ловить попутку. Впрочем, тут же мне в голову пришла другая мысль, вмиг охладившая мой пыл: надеяться в два часа ночи в деревне поймать попутную машину было бы неоправданным оптимизмом с моей стороны. Похоже, у меня не осталось другого выбора, кроме как скоротать остаток ночи в комнате, выделенной нам на двоих с Мишкой Тихоновым, и попытаться хотя бы выспаться.

Так я и поступил: «огородами», стараясь никого не встретить, пробрался в комнату, разделся и улегся спать, будучи, впрочем, почти уверенным в том, что заснуть мне не удастся. Слишком много всего произошло этим вечером: Лена, Лили, Э-магия… Все это требовало осмысления. Я предполагал, что буду думать всю ночь, но в организм человека, по-видимому, где-то встроен предохранитель, не позволяющий ему перегорать. Похоже, свою норму по переживаниям я на сегодня выполнил с лихвой, так что даже мысленное обмусоливание произошедшего было уже лишним. Поэтому я довольно быстро провалился в сон без всяких сновидений.

Против моих опасений Мишка меня не разбудил. Либо он был слишком пьян, либо слишком устал, чтобы выпытывать подробности моих ночных похождений, а потому решил отложить все расспросы на утро, которое, как известно, вечера мудренее.

Этому обстоятельству я был рад по двум причинам: во-первых, удалось худо-бедно выспаться, а во-вторых, черт знает что вытворила бы моя Э-магия, если бы меня разбудили среди ночи?! Боюсь, Мишке в таком случае могло бы серьезно не поздоровиться.

Когда я проснулся, было около семи. Тихонов крепко спал, видимо изрядно умаявшись накануне. Будить его мне было жалко, да и совсем не нужно — только расспросов еще не хватало. Я написал ему записку, решив, что он все поймет и не обидится на меня:

«Миха, срочное дело зовет в Екб, так что придется ехать. Доберусь попуткой. Извинись за меня перед Беловым. Все расскажу при встрече».

Больше меня здесь ничто не держало. Я по-быстрому собрался, поспешно покинул дом и двинул в направлении шоссе. Дорога проходила через деревню. Было еще довольно темно, и я надеялся никого по пути не встретить — мало ли что! Мне везло: очевидно, даже в деревне зимой мало кто встает в такую рань. И вот когда я уже поверил, что мне удастся добраться до шоссе без приключений, на меня неведомо откуда с оглушительным лаем вылетела деревенская шавка.

Тут следует сделать небольшое лирическое отступление, поясняющее глубинные причины дальнейших событий. Знаете такую шутку: «Как, вы не любите собак? Да вы, наверное, их просто готовить не умеете!»? Так вот, я НЕ ЛЮБЛЮ собак. Но к их гастрономическим качествам это мое чувство никакого отношения не имеет. Я представляю, какое праведное негодование охватит читающих эти строки действующих или потенциальных собаководов. Но погодите меня линчевать! Сначала выслушайте, что я имею сказать в свое оправдание.

Не я начал эту вражду, которая тянется уже почти двадцать лет. Дело в том, что четвероногие друзья человека почему-то не захотели распространить эту дружбу на меня. Может, чуяли, что я не такой, как все? Так или иначе, но история моих тяжелых взаимоотношений с собачьим племенем началась, когда я только закончил первый класс. В то лето я отдыхал на даче у деда. А чуть раньше весной он приютил у себя здоровенную лохматую дворнягу по кличке Полкан. Тот занял пустующую будку во дворе, получив вместе с ней в наследство и цепь. Нежданно приобретя должность сторожевого пса, эта черная дворняга стала настоящей зверюгой, что заставляло меня, восьмилетнего мальчишку, сторониться места ее обитания. Но однажды я, замечтавшись о чем-то, ненароком забрел в зону досягаемости Полкановой цепи…