Пес Войны. Воин духа - Ерофей Трофимов

— Почему?

— Всё тот же режим секретности. Но, используя этот аргумент, мы всегда сможем давить на них. Ведь если власти пронюхают, что стало с их благонадёжными налогоплательщиками, этой банде станет в Мексике очень неуютно.

— Это верно, — задумчиво отозвался Сторм. — А наблюдение за островом ведётся?

— Постоянное, в обязательном порядке, как вы и приказали, — быстро ответил начальник отдела.

— Хорошо. Тогда приготовьте шесть агентов. Трёх мужчин и трёх женщин. Отправим их на известный вам остров под видом молодожёнов. Задача: выяснить, там ли находятся бывший наёмник по прозвищу Араб, закрытый агент Салли Кларк и их сын.

— И если они там, то что тогда делать?

— Попытаться захватить Салли Кларк и ребёнка. Пора заставить этого Араба выполнять наши требования. Мне надоело плясать под его дудку, — мрачно ответил Сторм.

— А разумно ли дразнить этого зверя? — спросил начальник отдела.

— А мы не будем дразнить его. Мы поставим его перед фактом: либо он вернёт документы, либо больше не увидит свою семью.

— Вы всегда говорили, что он способен объявить нам настоящую войну. А теперь хотите наступить ему на самую любимую мозоль. Боюсь, что такой демарш может обернуться нам боком. Он помешан на своей семье.

— Знаю, чёрт возьми! Это не моя идея. Наше начальство спит и видит, как расправляется с ним. Агент Кларк — серьёзный источник информации, и они об этом знают. В принципе, нашей группе достаточно будет захватить только мальчишку. Родители сами прибегут за ним.

— А если, вместо того чтобы прибежать за ним, они начнут войну?

— Тогда — получат своего выродка по частям, — огрызнулся Сторм.

— И вы готовы применить такие методы против одного из наших агентов? — окончательно растерялся начальник отдела.

— Не трави душу. Мне и самому всё это не слишком нравится, но у нас есть приказ, а приказы, как ты знаешь, не обсуждают, — проворчал Сторм.

— Кому они должны будут передать ребёнка и мать?

— В лабораторию. И она, и мальчишка подверглись серьёзному воздействию той непонятной энергии. Поэтому их должны обследовать наши головастики.

— И что я должен понимать под словом «обследовать»?

— Всё. С определённого момента я больше не властен над этим проектом. Официально — он закрыт, а неофициально — находится под контролем одного известного тебе сенатора. И этот сенатор настойчиво требует провести все возможные исследования по вопросу воздействия данной энергии на человеческий организм.

— Не было печали, — вздохнул начальник отдела.

— Вот и я о том же, — кивнул в ответ Сторм.

— Может, нам стоит как-нибудь переиграть это дело, не вдаваясь так глубоко в детали? Скажу честно, что связываться с этим человеком мне очень не хочется. Он не отличает правых от виноватых и будет убивать нас до тех пор, пока не получит обратно свою семью. Это же настоящий зверь!

— Не нужно повторять мне прописных истин, — зарычал в ответ Сторм. — Мне и так не по себе от всей этой истории. В угоду одному снобу я вынужден отдавать на растерзание этим садистам ребёнка и одного из лучших своих агентов.

— Но ведь вы сами перевели её в категорию закрытых, — осторожно напомнил ему начальник отдела.

— И что? Думаешь, я не знал, что делаю, или просто подчинился обстоятельствам? Нет, старина. Прежде чем подать нужные документы, я внимательно изучил её психологический портрет, составленный нашими психологами. Три-четыре года спокойной жизни, и она сама бы попросилась обратно на работу. Нужно было только оставить их в покое сразу, как только они сошлись. Но наши боссы не могут понять, что кто-то может иметь своё мнение, отличное от их мнения. В итоге она упёрлась, и теперь мы потеряем и ребёнка, и агента.

— А при чём здесь ребёнок? Он-то какое к нам отношение имеет?

— Прямое. Убивать нас всех будут именно из-за него, — огрызнулся Сторм. — Даже Кларк будет не так важна для этого психа.

— Почему это? — не понял начальник отдела.

— Как бы там ни было, но она взрослый человек, а он ребёнок. Поэтому Араб кинется спасать именно сына. Впрочем, Кларк и сама не промах, так что у ребят, которые отправятся на остров, могут возникнуть серьёзные неприятности.

— Насколько серьёзные?

— Вплоть до не возврата с острова. Она будет драться с ними, как бешеная кошка.

— Тогда, может, стоит увеличить группу?

— Три пары молодых спортивных ребят, приезжающие на остров в одно и то же время, это и так слишком большой риск. Наёмники не могут не заметить такого совпадения. А если их будет больше, то можно смело заказывать мемориальные доски. Вся операция провалится к чёрту, — покачал головой Сторм.

— Направим ребят с разных точек, с разбросом по времени в пару дней. Это же курорт для молодожёнов.

— Всё равно, больше трёх пар разом будет перебор, — вздохнул Сторм. — Я не хочу рисковать людьми.

— Когда группы надо будет отправить на остров?

— Через два дня. Места уже забронированы. Осталось только обеспечить ребят нужной информацией.

— Ну, будем надеяться, что у них всё получится, — вздохнул начальник отдела.

— Да уж, в такой ситуации нам только и остаётся, что надеяться, — мрачно отозвался Сторм.

Он не собирался объяснять старому сослуживцу, что всё его существо бунтует против таких грубых и непрофессиональных действий. Будь его воля, он провёл бы подобную операцию с учётом всех нюансов и особых показаний психотипа этих людей.

Проводив старого приятеля, Сторм отправился в лабораторию. Внимательно понаблюдав за четырьмя учёными, увлечённо молотившими по клавишам своих компьютеров, он в очередной раз убедился, что эти ботаники способны на проявление эмоций, только наткнувшись на какую-то аномалию. Тяжело вздохнув, он отправился обратно, в мир обычных людей.

Находиться рядом с этими повёрнутыми на науке психами было тяжело. Это плохо отражалось на его душевном покое. Только теперь, плотно пообщавшись с этими полоумными, он понял, что почти разделяет ненависть Араба к подобным представителям человечества. Вспомнив, что именно собиралась сделать с беременной Кларк профессор Макгрегор, он зябко передёрнул плечами и, вернувшись в свой кабинет, заперся в нём до самого вечера.

* * *

Три пары молодожёнов, прибывших на остров с разбросом в один-два дня, не вызвали у Салли особого подозрения. Внешне они выглядели, как обычные молодые люди, мечтающие весело провести время в компании друг друга, не обращая внимания на соседей и не желая, чтобы их беспокоили.

Она продолжала заниматься сыном и обычными повседневными делами, со дня на день ожидая возвращения мужа. Единственное, что ей не понравилось в приезжих, так это настойчивые попытки женской половины приехавших на остров поближе познакомиться с её сыном. Они, словно специально, подходили именно к Салеху и пытались завязать с ним разговор. Но мальчик, как будто что-то чувствуя, отказывался от любых контактов с приезжими. Закончилось это так, как и должно было закончиться. Одна из девиц, проявив излишнюю настойчивость, получила увесистый пинок по голени, после чего утратила к нему всякий интерес.