Связанные - Алана Русс

— Как вы узнали, где я живу? — пристегнув ремень безопасности, решилась я задать свой первый вопрос.

Лео быстро взглянул на Велора, однако тот сохранял холодное спокойствие и смотрел на дорогу.

— Ну… Нам нужно было знать, где ты живешь, вот мы и выяснили, — осторожно начал Леонард. — На всякий случай, — добавил он.

Я возмущенно вперилась в него взглядом.

— Вы следили за мной!

— Можно и так сказать, — словно расслабившись, согласился Леонард.

Я недовольно засопела. Парень снова рассмеялся.

— А как вы вообще вошли? Дверь была заперта, если мне память не изменяет, — догадываясь, что ответ мне не понравится, снова спросила я.

— Твой брат потерял ключи, а Велор их нашел, — спокойно отозвался мой улыбчивый знакомый.

— Какое совпадение, — мрачно процедила я.

— Не сердись, Лиззи! — подмигнул мне Лео. — Как видишь, если бы не мы, все могло быть не столь радужно.

У меня голова пошла кругом. Вопросы… количество вопросов росло, как тесто на дрожжах.

— Что вообще произошло? Там, в ванной? — отважилась я наконец задать ключевой вопрос.

Однако ответа я не дождалась, потому что в тот же миг Велор припарковался у подъезда моей съемной квартиры. Леонард скоро выскочил из машины, равно как и его брат.

— Ладно, ребята, — прошептала я, отстегивая ремень безопасности. — Рано или поздно я все выясню, хотите вы того или нет.

Я самостоятельно выбралась из машины, проигнорировав из вредности протянутую Леонардом руку, и направилась к нужной квартире.

Казалось, я целую вечность не была здесь! Моя маленькая однокомнатная и до жути уютная квартирка встречала меня таким родным и любимым запахом.

— Сирень, — то ли спросил, то ли утвердил Велор, вошедший вслед за мной.

Я кивнула. Автоматический ароматизатор воздуха в ту же секунду выдал концентрированную ароматную струю. Велор поморщился.

— А мне нравится, — зачем-то принялась оправдываться я.

— И мне нравится, — встрял в разговор, просачиваясь между мной и своим братом, Леонард.

Велор говорить больше ничего не стал. Он прошел в гостиную, служащую по совместительству спальней и моим рабочим кабинетом, и вальяжно уселся в кресло. Леонард последовал его примеру и плюхнулся на стоящий рядом пуф. Я же с ногами забралась на диван. Пчелки в голове сердито жужжали, но словно бы тише, чем обычно.

— Итак, — без словесных прелюдий начала я, отмахнувшись от боли. — Повторяю свой вопрос: что это было, почему ванна пыталась меня утопить, и как это связано с нарядом на Хэллоуин?

Я думала, что мне еще битый час придется заставлять этих прохвостов дать мне вразумительный ответ, и Леонард даже попытался отвлечь меня, интересуясь, не угощу ли я гостей чашечкой чая. Но я была непоколебима.

После пары секунд молчания, Велор неожиданно не только для меня, но и, похоже, для Леонарда, изрек:

— Ответ на твой вопрос, — уточнил он. — Что это было? Подчиненный водный элементаль. Он же и пытался тебя утопить. Как это связано с нарядом на Хэллоуин? Между этим платьем и магом, натравившим на тебя элементаля, очевидно, был контакт. Это оставило некоторый энергетический след, по которому тебя и нашел водник. Иными словами, эта вещь проклята. Поэтому, чтобы маг больше не смог тебе навредить, Леонард уничтожил платье, — закончил Велор.

Я громко рассмеялась.

— Шутник… — еле выговорила я, вытирая проступившие от истерического хохота слезы.

Велор недовольно скрестил руки на груди. Очевидно, моя реакция задела его. Леонард же едва покачивал ногой и вел себя абсолютно естественно. Разделять мое веселье, однако, он тоже не собирался.

— Так, подождите. Если я правильно поняла, то меня пытается убить злой маг? — пытаясь вновь не рассмеяться, уточнила я.

— Ну с технической точки зрения, да, — поджав губы, согласился Леонард.

— А что, есть и иная точка зрения? — я начинала жалеть, что впустила этих явно нездоровых людей в свой дом.

Парень кивнул.

— М-м-м… — только и ответила я.

У меня начала болеть голова. Куда сильнее, чем обычно. И такой любимый мной аромат сирени вдруг начал раздражать. Я потерла виски.

— И какова же она, — я пыталась тянуть время, чтобы придумать, как сбежать от этих психов целой и невредимой, — эта другая точка зрения?

— Ну… — протянул Леонард, глядя на брата.

— Убить хотят скорее не тебя, а меня, — словно отрезал, сказал Велор.

Он явно начинал нервничать, а я снова промычала что-то невразумительное.

— Что тебя еще интересует? Спрашивай? — попытался поддержать меня Лео.

Но спрашивать я больше ничего не хотела. И так понятно: эти парни или просто душевнобольные, или, что намного хуже, сектанты-сатанисты, занимающиеся по ночам на кладбище черной магией и расчленяющие девственниц в полнолуние. От страха ноги стали ватными, поэтому о побеге и речи не могло идти.

— И тебя не интересует, какую роль во всем этом играешь ты? — с подозрением в голосе, после затянувшейся паузы, спросил Велор.

Я нервно сглотнула: «Так, сейчас главное не ошибиться с ответом и не разозлить его».

От мучений меня избавил Леонард.

— Слушай, у нее шок, — упрекнул он брата. — Дай ей собраться с мыслями!

Велор на это только глаза к потолку возвел. Я невпопад улыбнулась, а голова абсолютно перестала соображать. Стало по-настоящему страшно.

Велор вдруг скривился, как тогда в парке, словно от боли.

— Она боится, — неожиданно констатировал он, пристально глядя на меня.

— Я бы тоже боялся, если бы на меня охоти…

Но брюнет не дал договорить брату.

— Она боится нас.

Леонарда как молнией ударило. Он вытаращил глаза и уставился на меня с явно нескрываемой обидой, и рассудок у меня помутился окончательно.

«Рассекречена!» — и с замиранием сердца ждала я, что на меня сейчас набросятся, свяжут и повезут на кладбище. Расчленять.

Фигуры парней заволокло дымкой, и я отправилась в забытье.

* * *

Очнулась я от легких шлепков по щекам и громкого шепота.

— Ты в своем уме?! Вывалил все на бедную девушку разом! — возмущался Леонард. Он же приложил мокрое полотенце к моему лбу.

— Заткнись, — проворчал где-то поодаль Велор. — Не моя вина, что девка все время в обморок норовит упасть, — голос у него был недовольный и уставший. — Ненормальная какая-то.

Открывать глаза я боялась и что было силы пыталась расслабить мышцы лица, чтоб ни один мускул не случайно не дрогнул.