Игра в самозванцев - Анна Бахтиярова

Мстить я тоже не желала. Я получила шанс начать всѐ сначала и не хотела его упускать.

Я же не убийца. Как они.

Вот только прошлое упрямилось. Возвращалось. То во сне, то наяву...

- Проклятье! - выругалась я и щелкнула пальцами, приказывая душу прекратить выливать на меня потоки воды.

В пропасть всех и всѐ! Я похоронила себя настоящую очень давно. Как и все, кто меня знал. Пора делами заниматься.

На повестке дня значилось дело Лисы. Исключительно дело Лисы. В блоге наглеца Нарцисса не обнаружилось ни слова о моей нескромной персоне. Почивший профессор там тоже нынче не упоминался. Значит, вчерашний "вояж" удался.

- Сим! - позвала я робота-прислужника. - Квентин дома?

- Дома, госпожа Релия, - отрапортовал Сим. Он подчинялся мне, как хозяйке пентхауса. Всегда сдавала "иностранца" с потрохами. - Господин Квентин у себя.

- Когда он вернулся?

- В три часа ночи.

- Один, надеюсь?

- Один, госпожа Релия.

Спасибо цветочным богам! Хоть на этом!

Я постучалась в дверь спальни, но ответа не получила и вошла без приглашения.

Квентин заряжался, развалившись на кровати. Нагишом.

- Тьфу! - разозлилась я и накинула на робота простынь. - Ты издеваешься?

Он традиционно приоткрыл один глаз.

- А тебя никто не заставляет врываться в чужую спальню. Это моя территории. Как хочу, так и лежу.

Я устроилась с ногами на крае кровати.

- Ночка не задалась, да? - спросила не без ехидства.

Робот сел на постели и выдернул из бока шнур. Разъем мгновенно закрылся, слившись с человеческой кожей.

- Подробностей не будет. Личная жизнь - на то и личная жизнь.

- Верно. До тех пор пока она не угрожает нашей конспирации. И безопасности.

Лицо Квентина сделалось непривычно суровым. Чужим.

- Проблем не будет. Обещаю.

- То есть, ты снова собираешься встретиться с бывшей клиенткой?

Робот поморщился.

- Не называй ее... так. Давай лучше о деле поговорим.

- О деле? - усмехнулась я. - О том, на которое ты вчера благополучно забил?

Квентин и бровью не повел.

- Я видел, как ты уходила от Нарцисса. Целая и невредимая. Не похоже было, что нуждаешься в компании. У меня, к слову, есть доступ к лѐту. Он полетел домой. С одним пассажиром. Добрался благополучно. Чем дуться на пустом месте, рассказывай, как прошла встреча.

- Ладно, - смирилась я. В самом деле, разобижалась, как маленькая девочка.

Напарник слушал крайне внимательно и остался недоволен.

- У Нарцисса однозначно есть источник в Службе безопасности. Угораздило же инспектора Тима запретить тебе покидать Дол. Этот блогер не успокоится, будет копать.

- Пускай копает. Я с Лииром не связана. Близкое, но короткое знакомство с Гариком Рудом не считается. А твоя оболочка прибыла в Дол после смерти "создателя".

Почивший мужчина, чью плоть позаимствовал Руд для робота, жил в Цветочном Доле нелегально. Квентину пришлось потрудиться, чтобы после побега из лаборатории также неофициально покинуть пределы страны. Точнее, нам обоим пришлось потрудиться. Релия ведь в момент смерти профессора находилась на реабилитации. По легенде, мы познакомились в Каменном Доле. Квентину Аквамарину было предложено поработать у Релии Георгин личным помощником-слугой.

- Кстати, об инспекторе Тиме, - протянула я с улыбкой, не предвещающей добра. - Как думаешь, стоит ему наябедничать на Нарцисса? Пускай знает, что нахалу блогеру известны тайны следствия, а кто-то - возможно в их же отделении - сливает информацию.

- Отличная идея, - одобрил Квентин, и я унеслась за личным экраном.

...После позднего завтрака мы обсудили планы на день. Напарник собрался на поиски программы для скачки видео со скрытых камер. Я подумывала встретиться с Эйваном. За обедом. Пусть не рассчитывает на продолжение знакомства, чему нередко способствуют ужины, особенно поздние. Но карты спутало сообщение от супруги Лайры Сирень - Роэна.

"Добрый день, госпожа Георгин. Я вернулся в Небесный Ирис. Предлагаю встретиться и поскорее покончить с неприятным делом. Я сегодня до шести часов в театре".

- В театре? - переспросила я не то личный экран, не то Квентина, взирая на прилагающийся к сообщению адрес.

- Роэн Сирень - режиссер, - отозвался напарник равнодушно. - А что? Только не говори, что ты - любитель вымирающего вида искусства.

- Была. Когда-то, - ответила я небрежно.

А про себя улыбнулась. Режиссер, говорите? За это я готова заранее исключить Роэна из списка подозреваемых в убийстве Надин.

****

Я включила автопилот, предоставив лѐту самостоятельно парить над Небесным Ирисом, и предалась мечтаниям. В юности я обожала театр и не пропускала ни единой постановки. Для меня и моих спутников всегда придерживали лучшие места. Нередко я посещала театр и в одиночестве. Какая разница, с кем сидеть рядом? Тем более, постоянные зрители после спектакля собирались в уютном кафе, чтобы обсудить сюжет и игру актеров.

Квентин прав. Это вымирающий вид искусства. Правда, таковым его называют лет семьдесят. Большинство людей предпочитают видео со спецэффектами. Там зритель превращается в участника событий, видит "глазами" любого персонажа, чувствует запахи, ощущает дуновение ветра или жаркие объятия. Запрещено лишь "примерять" сцены насилия, всѐ остальное - пожалуйста. Будто сам побывал на океанском острове или на вершине заснеженной горы. Да, в достоверности ощущений есть своя прелесть. И все же живая актерская игра - особое таинство. Ему нельзя исчезнуть в угоду технологиям.

К счастью, так считаю не только я. Заядлых театралов в Долах немного, но среди них обязательно "водятся" богачи. Они не просто наслаждаются спектаклями, а выступают в роли спонсоров. В мегаполисах, вроде Небесного Ириса, театров насчитывается не больше двух-трех. С камерными залами и небольшими труппами. Но, главное, они существуют.

Театр, в котором работал Роэн Сирень, разместился между торговым комплексом и жилой махиной, уносящейся в небо. Двухэтажное зеленое здание ютилось между ними, как бедный родственник. Но ощущение зажатости и скромности растворилось, едва я переступила порог. Глазам предстал уютный холл со старинными коваными лавочками, мягкими коврами, заглушающими шаги, и фотографиями (бумажными фотографиями!) на стенах.

- Чем могу помочь?

Навстречу вышла худощавая женщина лет сорока пяти в скромном коричневом платье. Крашенные пепельные волосы, цвета нынче непопулярного, она заплела в еще более архаичную косу. Но сильнее внешнего вида сотрудницы удивило само ее присутствие. В большинстве заведений и организаций посетителей встречали роботы.