Евангелие от Зверя - Василий Головачев

— Догоним?! — предложил Антон, делая шаг к своей старенькой «Харизме», доставшейся ему в наследство от первого мужа Валерии.

— Не стоит, — остановил его Илья. — Даже если мы их догоним, какое обвинение предъявим?

Антон остыл, пососал оцарапанную костяшку пальца.

— Номер они специально замазали, мерзавцы.

— Водителя разглядел?

— За рулем сидела женщина.

— Да ну? — удивился Илья. — А водит она тачку как мужик! В салоне там еще двое сидели, но сквозь темное стекло я их не разглядел.

— Женщины?

— Нет, мужики. — Илья оглядел стоящие во дворе машины, махнул рукой. — Пойдем, раз уж вышли, пройдемся до церкви.

Они вышли на улицу и не спеша двинулись вверх по ночному безлюдному тротуару, прислушиваясь к долетавшим издали звукам ночной жизни столицы.

— Ты хотел поговорить, — напомнил Антон.

— Да, конечно, — очнулся Илья. — Интересно, кто это был?.. А информация такова. Клементьев — Черный Вей — исчез, но его место занял кто-то еще. Где окопался этот очередной эмиссар Морока, Георгий не знает, идет поиск. Одно известно точно: помогает новому Черному Вею заместитель твоего нынешнего клиента Савагов.

Антон невольно замедлил шаг, присвистнул.

— Вот это номер! Как все хитро сплелось! То-то Курыло признался, что его зам в последнее время сильно изменился: обнаглел, ничего не боится, угрожает… Но тогда, может быть, похищение девчонок на ВВЦ — его рук дело?

— Тебе придется разобраться с этим самостоятельно. И чем быстрее, тем лучше. Мы должны работать на упреждение, а не следовать в кильватере планов Морока и его слуг. Надо попытаться найти Лик Беса и окончательно его уничтожить. А вместе с ним и храм Морока.

— Где же мы его найдем, если храма на прежнем месте нет?

— Во-первых, никто не знает точно, даже Витязи, стоит он на Ильмене или перенесен в другое место. Надо проверить. Во-вторых, все равно храм надо найти, так как Лик может храниться только там.

Антон покачал головой.

— Вдвоем мы не справимся.

— Нас не двое, нас четверо. Наши жены — берегини, нам без них нельзя. Слов нет, риск большой, но иначе мы действительно не справимся с воинством Морока. Но я надеюсь, что нам помогут.

— Волхвы?

— Прежде всего Витязи. Конечно, если бы Евстигней был жив…

— Да, он нам тогда здорово подсобил.

— Однако рассчитывать на волхвов нечего, у них другие приоритеты, цели и области ответственности. Я думаю, они давно рассчитали меру нашего участия в этом деле и знают, что мы не подкачаем.

— Мне бы их уверенность… и твою тоже.

Илья усмехнулся.

— Не плачь, мастер, нам ли жаловаться на судьбу? Мы уже однажды выиграли жизнь. Носители светлых сил всегда одиноки, это носители темных сбиваются в стаи…

— И побеждают.

— Согласен, они побеждают чаще, а самое страшное — в глобальном масштабе, убивая ростки духовности и доброты в душах людей. Население Земли растет, а духовная база — величина постоянная.

— На мой взгляд, она сокращается как шагреневая кожа. Подлецов рождается все больше и больше.

— Давай не будем о грустном, дружище, иначе проиграем. Давай работать, искать соратников, выходить на врагов и давить их беспощадно! Иначе они задавят нас.

— Жаль Серафима. Я его, честно говоря, не любил, но союзником он был мощным.

— Да, жаль. И Гнедича жаль. И других, кто погиб. Светлая им память!

— Два вопроса. Первый: как мы будем искать врагов? Технически и психологически?

Илья хмыкнул, проводил внимательным взглядом медленно проехавший мимо милицейский «Форд» с мигалкой, вдруг засмеялся. Антон с удивлением посмотрел на него.

— Что смешного я сказал?

— Нет, это я вспомнил законы Мерфи насчет определения принадлежности явления к конкретному классу явлений. Если оно зеленое или дергается — это биология. Если воняет — это химия. Если не работает — физика. Если непонятно — математика. И, наконец, если это бессмысленно — это либо экономика, либо психология.

Антон улыбнулся.

— С такой точкой зрения я еще не сталкивался. Наш случай, очевидно, относится к последнему заключению?

— Искать врагов будем логически и психологически. Одного наши друзья уже вычислили — Халила Савагова, вычислим и остальных.

— Может, попросишь помощи у наших приятелей из ФАПСИ?

Илья с минуту не отвечал, прикидывая что-то в уме, остановился.

— Пошли назад. Я уже думал над этим, возможно, придется идти на поклон к Сергею Артуровичу. Без профи полковника нам, наверное, не обойтись. К сожалению, я тебе сейчас не помощник. Мне позарез нужно найти володарь деда Евстигнея, и я этим займусь.

— Что такое володарь?

— Евстигней вязал руны и, по свидетельству Георгия, изготовил володарь — доску с Руной Света для вызова Белобога. Кстати, эту доску искали и хха вместе с колдуном храма. Вот почему они взялись за нас: хотят, во-первых, выйти на след володаря, во-вторых, нас нейтрализовать. От Серафима они ничего не добились, да и не знал он о существовании Руны Света, вот они его и убили. Теперь примутся за остальных.

— Те, в машине, ты думаешь — храмовники?

— Честно говоря, не очень верится. Колдун может следить за нами иным способом, через внедрение и вселение, через вещи и через людей, не подозревающих об этом. А наблюдатели в «двенадцатой» — это другой уровень. Хотя кто знает? Ничего и никого нельзя сбрасывать со счетов.

Они дошли до подъезда, осмотрели двор, машины, стены домов, но ничего подозрительного не заметили.

— Итак, ты все понял?

Антон пожал плечами.

— Я понял, что начинается война.

Илья сделался грустным.

— Страшно не хочется ее начинать! Так нам со Славой этот год хорошо жилось — не передать!

— Мне с Леркой тоже. До сих пор удивляюсь, что она моя жена. Что она во мне нашла?

— Мужчину, — усмехнулся Илья. — Береги ее, такие женщины, как наши жены, — это дар небес. В глубине души я понимал, что нас не оставят в покое, но все же хотелось оттянуть этот миг. Теперь пришла пора покончить с Мороком раз и навсегда. Чтобы и духу его не было на земле! Чтобы он никогда не смог сюда вернуться.

Илья вынул из-под рубашки сверкнувший серебряный кругляш на цепочке, поцеловал его и спрятал обратно.

— Что это?

— Цата, старославянский амулет Рука Бога, символ Свентовита. Мне передал его Георгий. Когда-то он принадлежал Евстигнею.

— Значит, ты теперь его преемник?