Черный ветер - Дирк Касслер

Повторявшиеся раз за разом удары наконец вырубили упрямого капитана, и оба они, как были в обнимку, тяжело рухнули на пол. Капитан никак не хотел выпускать Гутьерреса из своих медвежьих объятий, но руки его все же разжались, и спецназовец, задыхаясь, поднялся на колени.

— Впечатляющее представление. Жаль, что оно станет для вас последним, — ядовито произнес Кан.

Пока Гутьеррес боролся с капитаном яхты, он успел подойти и теперь хладнокровно целился в голову Гутьерреса из автоматического «Глока». «Морской котик» попытался придумать какой-нибудь выход из положения, но выхода не было. Автомат был зажат в мертвых руках охранника в другом углу рубки, а его собственное оружие в правой руке было разряжено и разбито. Он ослабел от раны и схватки с капитаном и к тому же не успел подняться с колен. Нет, он ничего не мог предпринять. Гутьеррес твердым взглядом вперился снизу вверх в Кана; ствол «Глока» смотрел ему в лицо с расстояния в несколько дюймов.

Единственный выстрел прогремел в рубке, как удар грома. Гутьеррес ничего не почувствовал и только удивился, увидев ошеломленное выражение в глазах Кана. Потом он увидел, что рука корейца исчезла вместе с пистолетом в водопаде алой крови. Грохнули еще два выстрела; кровавые брызги полетели из левого колена и правого бедра Кана. С мучительным криком магнат повалился на палубу. Он извивался от боли и все пытался схватить другой рукой то, что осталось от его правой кисти. Когда он упал, Гутьеррес перевел взгляд в противоположный конец рубки — туда, откуда раздавались выстрелы.

В проеме левой двери рубки стоял Дирк, держа на уровне глаз автомат АК-74, дымящийся ствол которого все еще был нацелен на распростертого на палубе Кана. Он встретился взглядом с Гутьерресом, и на лице его отразилось громадное облегчение — он понял, что «морской котик» жив.

Дирк пересек рубку и посмотрел в окно. Яхта без рулевого продолжала нестись по просторам реки Ханган на скорости почти в сорок узлов. Справа виднелся катер спецназа, старавшийся поравняться с более быстроходной яхтой, но он безнадежно отставал. У другого берега реки, прямо по курсу яхты, медленно двигалась по течению уже виденная прежде Дирком ярко освещенная драга, очевидно, углубляя фарватер. Дирк на мгновение замер, глядя на нее и вспоминая мертвого «морского котика» на причале и погибших на Аляске сотрудников Береговой охраны. Тряхнув головой, он повернулся и подошел к Кану. Тот корчился от боли, заливая палубу кровью.

— Ваш скачка закончена, Кан. Желаю приятно провести время в аду.

Кан в бессильном гневе уставился на Дирка, изрыгая проклятия, но Дирк, словно не слыша, отвернулся и отошел. Приблизившись к штурвалу, он нагнулся и рывком поднял Гутьерреса на ноги.

— Неплохо проделано, напарник, но где ты был так долго? — прохрипел Гутьеррес.

— Да так, нужно было кое-что отгладить, — отозвался Дирк, почти волоком подтаскивая «морского котика» к бортовому ограждению.

— Наверно, надо остановить этот круизный лайнер, — проворчал Гутьеррес. — Я не думал, что на его борту окажется большая шишка. Разведка с нетерпением ждет этого типа, чтобы расспросить как следует.

— Боюсь, что у Кана уже назначена другая встреча, — бросил Дирк и, сдернув с переборки спасательный жилет, надел его на Гутьерреса.

— У меня приказ взять его живым! — запротестовал Гутьеррес. Продолжить он, однако, не успел — Дирк крепко схватил его за отвороты комбинезона и перевалился вместе с ним через боковые релинги в воду. Дирк постарался оказаться внизу и принять на себя основной удар о воду. Скорость была такова, что из него чуть не вышибло дух. Они ненадолго погрузились в воду, но тут же вновь выскочили на поверхность. Яхта с ревом унеслась прочь. Дирк держался на воде сам и помогал раненому коммандеру.

Люди на катере заметили, как два человека вывалились с яхты за борт, и прекратили погоню, чтобы вытащить их из воды. А Дирк и Гутьеррес держались на воде и не сводили глаз с яхты Кана. Великолепное судно продолжало, не снижая хода, лететь поперек фарватера к противоположному берегу и громадной землечерпалке возле него. Когда она подошла ближе, всем стало ясно, что судно летит прямо на драгу. Рулевой на ней заметил несущуюся на него на всех парах яхту и дал длинный гудок, но судно не изменило курса.

С жутким скрежетом сверкающая белая яхта, как бешеный бык, налетела на землечерпалку. Ее нос на полной скорости воткнулся в ржавую железную посудину ровно посередине, и великолепное судно исчезло в облаке белого дыма. Вслед за дымом в воздух поднялся небольшой огненный шар — это были раздавлены и вспыхнули топливные баки. На драгу и в реку обрушился настоящий град щепок и металлических обломков, и в это же время искореженный корпус яхты соскользнул с землечерпалки и затонул. Когда пламя утихло, а дым разошелся, трудно было представить, что здесь только что летела на всех парах стошестидесятипятифутовая океанская яхта.

Дирк и Гутьеррес дрейфовали в реке и с мрачной сосредоточенностью наблюдали за гибелью яхты. Спасательная шлюпка с катера подплывала к ним.

— Боюсь, то, что мы не взяли его живым, мне дорого обойдется, — сказал Гутьеррес, когда пламя и дым рассеялись.

Дирк недовольно покачал головой:

— Чтобы он смог провести остаток дней в тюрьме, похожей на загородный клуб? Нет уж, спасибо!

— Не буду с тобой спорить. По мне, так мы с тобой только что облагодетельствовали человечество. Другое дело, что его смерть может иметь для меня неприятные последствия. Начальство будет недовольно, это же международный скандал с Кореей.

— Когда все факты выплывут наружу, по Кану и его банде убийц вряд ли станут лить слезы. Кроме того, он был еще жив, когда мы покинули яхту. Я вообще считаю, что произошел несчастный случай. На воде это бывает.

Гутьеррес на мгновение задумался.

— Несчастный случай на воде, — повторил он, словно убеждая самого себя, — А знаешь, такой вариант, может, и прокатит.

Дирк посмотрел, как последние клочья дыма от столкновения медленно расползаются и исчезают над водой, и устало улыбнулся Гутьерресу. Спасательная шлюпка с катера подошла и выловила их из реки.