Проклятие Шалиона - Лоис МакМастер Буджолд

— Я хочу познакомить вас с моим другом Умегатом, — сказал он Исте. — Он был святым, призванным охранять Орико. Сейчас он бывший святой, как вы и я. Думаю… вам будет о чём поговорить.

Она только повела рукой, не вдохновлённая этим предложением, но и не отвергая его. Кэсерил решил обязательно устроить им встречу.

Пытаясь вернуться к более радостным темам, он стал расспрашивать о коронации Исель, ради которой Иста и гордая провинкара и приехали в Кардегосс. Кэсерил уже выслушал рассказы о ней от четырёх или пяти человек, но ему ещё не надоело узнавать подробности. Иста немного повеселела, радость за дочь осветила её лицо и заблестела в глазах. О смерти Тейдеса они по обоюдному молчаливому согласию не упоминали. Не стоило касаться свежих ран, ибо они ещё кровоточили. О потерянном мальчике можно поговорить и потом, когда пройдёт достаточно времени и раны заживут. Наконец Кэсерил поклонился и пожелал Исте хорошего дня. И тогда леди, вдруг встрепенувшись, поспешно наклонилась к нему и впервые коснулась его руки.

— Кэсерил, благословите меня перед уходом.

Он растерялся.

— Леди, я теперь не более святой, чем вы, и уж точно не бог, чтобы благословлять по собственному желанию…

Хотя… он ведь и принцессой не был, когда подписывал в Ибре договор от её имени.

«Леди Весны, если мне удалось послужить тебе, верни мне свой долг сейчас».

Он облизнул губы.

— Но я попробую.

Он наклонился к Исте и положил ладонь на её белый лоб. Он не знал, откуда взялись слова, которые полились из его уст словно сами собой:

— Это истинное пророчество, такое же истинное, какое получили когда-то вы. Когда души возродятся в сиянии, ваша не будет ни отвергнута, ни потеряна — она станет украшением божественных садов. Там будут цениться даже ваши грехи, а ваша боль станет священной.

Слова иссякли; он умолк и выпрямился. Его пробила дрожь.

«Это хорошо или плохо? Может, я глупец?»

Глаза Исты наполнились слезами. Руки на коленях оставались неподвижными. Неловко, как ребёнок, который только учится двигаться, она кивнула, принимая благословение. И сказала дрожащим голосом:

— Для человека, считающего себя дилетантом, у вас получается весьма неплохо.

Кэсерил кивнул в ответ, улыбнулся, попрощался и вышел. Оказавшись на улице, он повернул к холму и широким шагом стал подниматься по склону. Его дамы уже заждались.