Песнь Гнева - Дарья Кадышева

Лета сдержала кобылу у памятника и погладила ее гриву. Она скучала. И Хагна тоже.

— Стало быть, покидаем Тиссоф, — произнес Марк, подъезжая к ней.

— Еще не поздно вернуться.

— Я не хочу возвращаться.

Лета промолчала. Если бы она могла, она обняла бы его, но сидя в седле это было затруднительно сделать. К тому же это выглядело бы совершенно неуклюже.

Они свернули за памятником, выехав на узкую тропу, с тянувшимися вдоль нее густыми кустарниками. Солнце пригревало. С садов тянуло сладким, фруктовым благоуханием. Горы, эти маленькие и живописные горы, закрывавшие горизонт, ласкали взор нежной голубизной.

— Может, стоило задержаться в Тиссофе еще немного?.

— Нет, не стоило, — Марк встретился с ее золотыми глазами.

— Ты струсил. Сбежал.

— Отвага в число моих достоинств не входит.

— Но Иветта…

— Отвали.

Лета смолкла, проглотив свои слова. Натянутость между ними постепенно рассеялась за все эти недели, пока они возвращались с островов, но легкая обида осталась. Хотя вчера ночью, когда он ввалился в зал «Очага», готовенький и едва державшийся на ногах, он долго-долго обнимал ее, страдальчески утыкаясь носом в ее плечо. Лета поняла, что Марк был влюблен всерьез. И ей было стыдно, что она не верила в это.

Впереди показались первые дома — низенькие хаты с украшенными лепниной окнами и светлыми черепицами крыш.

— Лета?

— Да?

— Куда мы поедем?

— Я не знаю… Я подумала, что мы можем для начала поискать того, кто снимет с тебя проклятие волколака.

— Ты знаешь, это не так уж и страшно. Я побывал в личине волка всего три раза за все это время… Но я не чувствую себя ужасно.

— Ты и не должен. Этот зверь теперь — часть тебя.

— А ты когда-нибудь ассоциировала себя со змеей?

— Что, прости?

— Я про ярлык, что повесили на тебя в Суариве. Замечаешь ли ты в себе что-то еще помимо подлой привычки травить врагов змеиным ядом?

Лета хохотнула.

— Я об этом не думала, — отозвалась она. — Может, у тебя есть какие-нибудь мысли на этот счет?

— Ну, если я напишу когда-нибудь книгу о наших приключениях, у меня уже будет готово название. «Змея и волк», — весело сказал Марк.

— Неплохо.

Кони фыркали и глухо стучали копытами по сухой земле. Лета посмотрела на жаркое солнце, румянившее ей щеки и открытые плечи. И улыбнулась.

Нога почти не болела.