Четвертое крыло - Ребекка Яррос

Я не собиралась быть единственной уязвимой на этой стене.

Он с трудом снова посмотрел на меня.

—Я видел, как Аэтос поцеловал тебя после Молотьбы, и чуть не свихнулся,— проворчал он.

Если бы я его уже не любила, эта фраза стала бы решающей.

—Ты хотел меня уже тогда?

—Я хотел тебя с первой секунды, когда увидел, Вайоленс,— признался он.— И если я был груб с тобой сегодня… ну, просто день такой.

—Я понимаю. А ты знаешь, что мы сДаином просто друзья?

—Я знаю, но тогда в этом сомневался.— Он провел большим пальцем по моим губам.— А теперь возвращайся на твердую землю.

То есть он хотел сидеть здесь дальше и тонуть в своем горе.

—Идем со мной.— Мои пальцы вцепились в его кожанку, чтобы потянуть за собой, если придется.

Он покачал головой и отвернулся.

—Сегодня я не в том состоянии, чтобы о ком-то заботиться. И да, знаю, не стоит так говорить, раз это годовщина смерти Бреннана…

—Знаю.— Я провела ладонями по его рукам.— Идем со мной, Ксейден.

—Ви…— он уронил плечи, и от печали, пронизавшей воздух между нами, у меня ком встал в горле.

—Доверься мне.— Я сделала шаг из его объятий и взяла за руки.— Идем.

Прошло лишь мгновение напряженного молчания — и он кивнул, шагнул навстречу, поддерживая меня, когда я повернулась.

—Я справляюсь намного лучше, чем в прошлом июле.

—Вижу-вижу.— Он оставался рядом, не отпуская мою талию.— Еще и в платье, блин.

—Вообще-то это юбка,— сказала я, оглянувшись через плечо в паре ярдов от стены.

—Вперед смотри!— буркнул он — и только страх в его голосе не дал мне выкинуть что-нибудь дерзкое — например, проскакать последние ярды вприпрыжку.

Как только мы оказались в окружении стен, он прижал меня спиной к себе.

—И больше никогда не рискуй из-за таких мелочей, как разговор со мной,— низко пророкотал он у самого моего уха, отчего мурашки пробежались по позвоночнику.

—В следующем году будет так весело,— подколола я его, двинувшись вперед и сплетая наши пальцы.

Мои и его.

—В следующем году Лиам проследит, чтобы ты больше не вытворяла глупостей.

—Ты будешь в восторге от его писем,— пообещала я, перескакивая последние ступеньки на землю.— Хм,— я оглядела пустой двор, надевая туфли.— Гаррик иБоди только что были здесь.

—Наверное, поняли, что я их прибью за то, что они тебя пропустили. В платье, Сорренгейл? Вот серьезно?

Я взяла его за руку и двинулась через двор.

—Куда мы?— Он снова говорил, как тот засранец, которого я видела в первый день нашей встречи.

—Ты ведешь меня к себе,— бросила я через плечо, когда мы уже приближались к общежитию.

—Что?

Я распахнула дверь, радуясь, что теперь в свете магических огней видела его всего, включая и этот оскал.

—Ты ведешь меня к себе.

Повернув налево, я направилась по коридору сначала к своей комнате, но потом двинулась по широкой винтовой лестнице.

—Кто-нибудь увидит,— возразил он.— Я же не за свою репутацию волнуюсь, Сорренгейл. Ты — первокурсница, а я — твой командир…

—Да почти все и так знают — мы в ту ночь спалили пол-леса,— напомнила я, когда мы миновали дверь в коридор второкурсников.— Ты знал, что, когда я впервые поднималась здесь сДаином, была в ужасе от того, что у лестницы нет перил?

—А ты знала, что я не хочу слышать его имя из твоих уст, когда ты ведешь меня в мою же комнату?— он плелся за мной, и тени расползались по стене, словно чувствовали его настроение и не хотели иметь с ним дел.

Но тени меня не пугали. Больше меня ничто в нем не пугало, кроме широты моих чувств к нему.

—Я о другом. Взгляни на меня теперь.— Я широко улыбнулась, толкая сводчатую дверь на этаж третьекурсников.— Чуть ли не пляшу на парапете в платье.

—Не лучший момент, чтобы напоминать,— он последовал за мной.

Коридор выглядел так же, как у второкурсников, только дверей здесь было меньше, а потолок — высокий и сводчатый.

—Какая твоя?

—Надо бы заставить тебя угадывать,— пробормотал он, но сам не разжал пальцы на моей руке, направившись в конец длинного коридора. Ну естественно, его — последняя.

—Четвертое крыло,— фыркнула я.— Всегда в самой заднице.

Он снял свои охранные чары и открыл дверь, пропуская меня первой.

—Придется либо обновить чары перед отъездом, либо научить тебя открывать их за следующие десять дней.

Я не думала о надвигающемся расставании, впервые ступая в его комнату. Вдвое больше моей — и само помещение, и кровать. Все-таки стоит дожить до третьего года. А может, размер… хм, связан с его званием, кто знает.

Здесь было безупречно чисто. Большое мягкое кресло у кровати, темно-серый коврик, широкий деревянный гардероб, опрятный рабочий стол и книжный шкаф, тут же пробудивший во мне зависть. Все место рядом с дверью занимала стойка для мечей — со столькими кинжалами, что я со счета сбилась,— а напротив, рядом со столом, стояла мишень, прямо как у меня. В одном углу — стол со стульями. Окно выходило наБасгиат. Его обрамляли плотные черные шторы с символом Четвертого крыла по нижнему краю.

—Иногда мы проводим здесь собрания командиров отделений,— сказал он с порога.

Я развернулась и увидела, что он с любопытством разглядывает меня, словно ждет моего вердикта о его жилье. Пройдясь мимо арсенала, я провела пальцами по рукояткам нескольких кинжалов.

—Сколько вызовов ты выиграл?

—Лучше спроси, сколько раз я проигрывал,— сказал он, шагнув через порог и закрывая за собой дверь.

—Вот то эго, которое я так хорошо знаю и люблю,— пробормотала я, направляясь к кровати — с черным постельным бельем, как и моя.

—Я тебе уже говорил, как ты сегодня прекрасна?— Его голос стал звучать ниже.— Если нет, то я глупец, потому что ты сногсшибательно прекрасна.

Жар хлынул к моим щекам, губы изогнулись в улыбке.

—Спасибо. Теперь садись.

Я похлопала по краю его кровати.

—Что?— он поднял брови.

—Садись,— приказала я, не сводя с него глаз.

—Я не хочу об этом разговаривать.

—Я и не говорила, что ты обязан.

Ни к чему спрашивать, о чем «об этом», и я не дала бы тому восстанию, что произошло несколько лет назад, вогнать клин между нами — даже на одну ночь.

К моему полнейшему удивлению, он подчинился и присел на край кровати. Вытянув длинные ноги, он откинулся назад, опираясь на ладони.