Помощники Ночи - Глен Кук

Следующей ночью события повторились. Однако удары из ал-Хазена начались раньше. Бронте Донето и его сторонники отражали их с куда большим энтузиазмом.

Действовали лишь ал-Сеян и Старкден. Неужто они думали, что о третьем колдуне никому ничего не известно?

На третью ночь колдуны направили свое мастерство против имперских войск.

Горт присоединился к Элсу, когда рядом не было ни наблюдателей из братства, ни принципатов, ни Поло, ни девов, ни других паразитов.

– Тебя не сводят с ума последние события, Пайп? Меня – да. Эти слухи… Как думаешь, завоевателям прошлых времен приходилось сталкиваться с той же хренью, что и нам?

– Истории древних лет кажутся такими великими лишь потому, что в них выкидывают все упоминания о мелочности, клевете, распрях и коварных интригах.

– Да-а, что ж. Попробую понять твои слова. Ты, очевидно, прав. Люди всегда останутся людьми. То есть по большому счету придурками. В общем-то, я не об этом хотел с тобой поговорить.

– Однако у тебя есть кое-какие мыслишки в голове.

– О, да. Там всегда что-нибудь да найдется. Но от этого мои мысли не становятся менее значительными, чем то, что творится в головах всех идиотов, которые выслушивают твои слова, но воспринимают их по-своему.

– Пинкус, здесь холодно.

– У меня действительно есть кое-что. Скажи мне, что ты задумал. Я не хочу рисковать своим задом только из-за того, что не знаю, в чем состоит твой план.

Элс положил руки на плечо Горта.

– Ты пробовал забродивший сок местного производства?

– Это одна из тех вещей, которые выходят у неверных на славу, Пайп. Им нельзя пить все, что может поднять настроение. Очевидно, их Бог – вечно недовольный сукин сын. Тем не менее им удается изготавливать прекрасное вино.

– Так ты пробовал.

– И что с того? Я всего лишь хочу знать, что ты собираешься делать.

– Пинкус, о чем ты толкуешь?

– А ты не догадываешься, а?

– Угадал. Сбит с толку.

Горту пришлось приложить усилия, чтобы выразить свои мысли.

– Ты не понимаешь, что стал здесь первым парнем.

Главным после Грэйда Дрокера. Который долго не протянет.

– Тебе не удалось прояснить ситуацию.

– Ну ладно. Слушай. Вот в чем дело. Сколько у нас человек в войске Патриарха: одиннадцать или двенадцать тысяч?

– Где-то двенадцать тысяч двести человек, – проворчал Элс. – Из них лишь восемь тысяч способны сражаться. – В лагере бушевали болезни. Однако в городе положение было еще хуже.

– На что ты намекаешь?

– Не заметил, что на заседаниях, когда ты открываешь рот, все, даже такие остолопы, как граф Юдич ва Гайзо, замолкают?

Ша-луг этого действительно не замечал. Однако он прекрасно видел, что даже влиятельные аристократы подчинялись Грэйду Дрокеру.

– Нет.

– Клянусь грыжей святого Айса, Пайп! Для того, кто отлично разбирается во всех тонкостях ведения войны, ты совершенно не соображаешь, какое место занимаешь в лагере. Эти ребята, Пайп, видели тебя в деле. Кому-то это не по нраву, но они могли лицезреть, как ты руководишь полком. Как ты сражаешься. Среди них нет ни одного, кто бы сумел выполнить хоть часть такой работы. И никто из них не потерпел бы, чтобы им указывали, как нужно действовать.

Элс все это понимал. Еще как понимал.

– Я тебе не верю, однако я начал понимать, куда ты клонишь.

Можешь не верить. Но мы отлично справляемся со своими обязанностями. Те, кто не хотят голодать, мерзнуть и дохнуть, выезжают на каком-то глупце, который досконально знает военное дело… Элс замотал головой. Горт отмахнулся.

Большинство считает, что именно ты сможешь руководить всем, если Дрокер откинет копыта.

– Весьма спорный момент. Этот мерзкий старикашка не собирается в ближайшем времени отправляться на тот свет. – Элс спорил сам с собой.

– Пайп, со мной можешь и помечтать об этом. Что бы ты сделал, кабы стал во главе всего?

Элс нахмурился. Неужели Горт настолько глуп, чтобы затеять заговор?

– Ты серьезно? Ну, конечно же, да. Тебе недостает воображения, чтобы не быть таковым. Или же ты хочешь нас уверить в этом. Чтобы я сделал, если бы руководил всем? Тоже, что делаю сейчас, Пинкус. Укреплялся, сжимал кольцо осады и избегал любых поступков, которые бы привели к глупым смертям. Максимум результата. Минимум кровопролития. Мы против них. Пинкус, а на самом-то деле, чего ты хочешь?

– Я не пудрю тебе мозги, Пайп. Я говорю прямо. Мне кажется, что ты самый оптимальный кандидат на замещение Грэйда Донето. Положись на время. Точно так же, как на него полагаются при изготовлении вина. Думаю, что я бы сумел добиться больших успехов, чем колдун, уговаривая праман сдаться.

– Пайп, я не понимаю, что еще ты хочешь услышать. Горт зарычал и нарочито схватился за голову.

– Ну почему ты не можешь дать прямой ответ на прямой вопрос?

– Как это? Я же тебе все рассказал.

– Спорю, что ты удрал из Дарнении, поскольку тебя выслали оттуда за твои издевки.

– Не возьму в толк, что тебе надо.

– Ладно, видимо, я проиграл, – сказал Горт, пожав плечами – характерный знак его гибкости. – Я рассчитывал, что мне удастся выведать у тебя что-нибудь. А кстати, угадай, кто объявился. Этот маленький мерзавец, глотатель мечей, который отполировывал бородавку епископа Серифа.

– Оса Стайл? Любовник? – спросил ошеломленный Элс.

– Мне казалось, его зовут Арманд.

– Ты прав. Погоди. Стайл… Откуда я взял это имя? Он здесь? Как это произошло?

– Он связался с одним из членов Коллегиума. С одним из тех молчаливых, страшных призрачных старикашек.

Горт говорил о самых властных принципатах, которые имели отношение к Помощниками Ночи. Они воспринимали Ночь как некое увлекательное приключение, а не как сосредоточие страха. Для Осы, выполняющего роль шпиона, ничего лучше и придумать было нельзя.

Коллегиум стал своеобразной твердыней, с помощью которой Великий мог обезопасить себя от притязаний Иоанна Черные Ботинки. Впрочем, представители этого ведомства обладали в кальцирских землях лишь небольшим преимуществом. Фэррис Рэнфроу не упускал Коллегиум из вида.

– Присматривай за ним, Пинкус. Этот мальчишка гораздо опаснее, чем может показаться.

– Да. А есть какая-нибудь возможность приступить к действиям, а не протирать дыры на штанах, сидя здесь?

Опять вернулись к тому, с чего начинали.

– Нет, если мне удастся держать все под контролем. Если ты хочешь покончить жизнь самоубийством, я могу попросить Старкден и Мазанта ал-Сеяна избавить тебя от необходимости совершить грех.