Неучтенный фактор - Сергей Калашников

– Марта, поднимай скаут. С фланга дашь цепочку фонтанчиков перед строем. Попытайся никого не убить.

Наоми со штурмовой винтовкой уже встала на колено. Вторая обойма выглядывает из-за голенища. Вообще-то это крайний случай. Она ведь положит всех, от кого ей почудится малейшая угроза Ветке. Полсотни конников на две обоймы – детская шалость. Не надо бы так.

Гульнара уже рядом.

– Кто держит капельницу?

– Сама и держит. – Меч в руках воспитанницы не производит впечатления игрушки.

– Возьми матюгальник. – Ветка подает Гульнаре мегафон, извлеченный Мартой из недр летательного аппарата. Ставит мощность на максимум и показывает, как направить раструб. – Говори. Стоять!!!

Звук просто потряс. Короткое слово на зугрельском языке громыхнуло так, что кони замерли. Комплимент всадникам. Удержались. Ветка величественно двинулась вперед. Наоми со своей винтовкой стремительно смещалась к флангу, чтобы оставить конников в пределах зоны обстрела. Скаут, ведомый Мартой, проделывал то же самое в другую сторону. И тут десантный глайдер дельфином проскользнул в оставшемся пространстве. С кормового слипа выкатывались плотные фигуры в скафандрах и, кувыркнувшись пару раз, образовали цепь. Ну, зугрелы попали. Не приведи Всевышний, кто дернется. Расплющат.

Показала на главаря и сделала подзывающий жест. Спешился. Положил на землю саблю и пошел как миленький. Все понял.

– Здравствуй, уважаемый. Если можешь, попроси своих воинов подождать у реки пару-тройку часов. После поговорим.

– Я дочь ищу. След привел сюда.

– Потерпи. Если нам повезет, та женщина, которая сейчас рожает, останется жива. Тогда ты посмотришь на нее и узнаешь, она ли это. Ребенка мы наверняка спасем. Следопытов можешь направить в обход. Если они найдут уходящие следы твоей дочери, мы не помешаем вашему поиску.

Мужчина вернулся к строю, что-то скомандовал. По два всадника с каждого фланга мирно двинулись в обход цепи. Остальные развернулись и порысили к реке. Лазаретный глайдер тихонько уселся рядышком. Повинуясь жесту, приподнялся и повернулся люком к устью промоины.

Не разбираясь, кто из ее охранников Пьяппо, накнопала его на блоке связи.

– Спасибо, что подоспели. Потолкуй с предводителем. Настрой мирный. Если надумаете силой меряться, так проследи, чтобы без членовредительства. – Повспоминала. Ничего важного на ум не пришло. – Меня не отвлекать. Давно не оперировала.

Роженица выглядела плохо. Взялись за углы клеенки и перенесли прямо в операционную. Очки, ультрафиолет, герметизация, режим стерильности. Марта уже разбирается с биксами, Гульнара и Наоми ловят каждый взгляд. Вода, раствор, перчатки…

Получилось. Возможно, были какие-то погрешности. Но это на взгляд высокого мастера. В пределах своей компетентности Ветке не в чем себя упрекнуть. Новорожденная голосит так, что в ушах звенит. Музыка. Роженица отходит от местного наркоза. Ох, как ей нынче несладко. Жестоко, конечно, но на общий с такими помощниками не решилась. Гульнара трижды побывала в обмороке, однако сейчас на ногах. Что-то делает.

Панцирь, кортик, щит на руку, дротики за спину. Пора к основным обязанностям на международную арену. Гульнара снова в доспехе кружевной ковки. Наоми в боевом скафандре. Марта дежурит в палате.

Костры у реки, бараны на вертелах. Стреноженные кони пытаются пастись, что приводит к переходам от одной отдельно торчащей былинки к другой. Вокруг спешенных всадников кольцо ее стражников в полной боевой выкладке. Один из прибывших связан и избит. Ткнула пальцем в троих своих парней, показала на пленника, потом в сторону глайдера. Поняли без слов. Тех, кто попытался им помешать, разметали голыми руками. Сабля или копье – не имеет значения. Отмахнулись, будто от мух, и потащили свою ношу куда велено. Марта обработает раны, залепит синяки. Остальное можно доделать позднее.

Подошла к предводителю, сидящему у костра на снятом с конской спины седле. Ноги подкашиваются от усталости, но сесть ей не предложат. И не нужно. Блаженно растянулась на левом боку прямо на гравийной подстилке.

– Родилась девочка. Здоровая. Мать поправится через неделю. Вот ее лицо. – Протянула блок связи. Там на табло зафиксировано изображение роженицы.

– Моя дочь, принцесса Малу. Выдайте мне ее и ребенка. Я должен их казнить. И пленника, которого вы отобрали. Он отец.

– В чем их провинность?

– Они ослушались моей воли. Наш обычай велит карать неповиновение.

– Отнимите, если сможете.

– Вы на моей земле. Должны повиноваться ее правителю.

– За рекой, да. Но не в землях серых братьев. Тут право сильного. Сражайтесь.

Мужчина встает, выхватывает саблю и… Ветка уже на ногах. Ее кортик рожком гарды врезается в его запястье. А тело, продолжая движение, довершило начатое, врезав по голове щитом, закрепленным на левой руке. Сподвижники поверженного, кто шевельнулся, уже скручены бойцами Пьяппо. Остальные кладут клинки на землю.

Гульнара со своим грозным самурайским мечом еще никого не поранила. Наоми успела ее придержать. Славно они сегодня пособирали целебные травы. Если и дальше дела пойдут таким образом, как бы не наскрести себе еще и проблем с Южным материком.