Ненаглядная жена его светлости - Натаэль Зика

Конечно, не женаты, у алтаря герцог стоял с другой женщиной! И именно Сония давала ему клятвы и обменивалась с женихом... А чем тут обмениваются брачующиеся? Кольцами? Браслетами? Кровью? Поцелуем?

Ну, вот чем-то из этого, а может быть, всем вместе её предшественница и обменивалась с Арманом.

В любом случае, она, Софья,за герцога замуж не выходила, поэтому и не может считаться его женой, ждать от мужчины какого-то внимания и чувств.

«Но тогда Саша, – молодая герцогиня нервно хихикнула, – бастард?!»

Нет, не бастард, свекровь это бы заметила, как и Тьяна с Неей. У них тут всё подчинено магии,  одарённые видят метки на ауре.

Значит, Сашенька – законный наследник, при этом его мама замуж за его папу не выходила...

Как же у них всё запутано! Получается, Александр – дитя двух миров: выносило, родило и кормит его тело Сонии, а любит и воспитывает душа Софьи.

Дурдом и я директор...

Малыш ел всё медленнее и медленнее, пока не заснул прямо с соском во рту.

Соня некоторое время любовалась сыном, а потом осторожно переложила его в колыбель.

– Лота! – позвала служанку.

– Миледи? – молодая женщина почти сразу заглянула в дверь, видимо, ждала у покоев.

– Посиди с малышом.

Лота появилась с неизменной корзинкой в руках и привычно разместилась рядом с колыбелью.  Поразительно, как много одёжки требуется для младенцев! То испачкались, то выросли, Лота с Ривой не успевали шить и стирать.

Вот и сейчас служанка извлекла смётанную рубашечку и принялась ловко орудовать иглой, изредка поглядывая на спящего младенца.

Соня вздохнула – покидать сына не хотелось. Её бы воля, она с ним и на минуту не расставалась бы, но увы, праздность ей только снилась! Свекровь недвусмысленно дала всем понять, что передала бразды правления усадьбой невестке. И хоть продолжала присматривать и присутствовать, обучая невестку основам ведения хозяйства и тонкостям общения с прислугой, но оставляла окончательное слово за Соней. А если та ошибалась, выговаривала и объясняла, как надо было поступить, только тогда, когда они оставались наедине.

– Девочки из знатных семейств обучаются этим премудростям с рождения. Сначала на примере матери, потом – получая специальные уроки, – приговаривала леди Тереза. – А тебе придётся  осваивать всё это в сверхбыстром темпе. Уж напрягись, постарайся, это тебе самой пригодится! По жене судят мужа и сына, помни это!

– Даже удивительно, – бурчала Соня, – женщина ничем владеть не может, мужчина её мнением не интересуется, жена у него вечно на двадцать пятых ролях. Но её манеры должны быть безупречны, а искусством ведения хозяйства она должна владеть в совершенстве. Не хуже прислуги  уметь вытирать пыль, готовить, стирать и...

– София, не ворчи, ты не старый истопник! – улыбалась герцогиня. – Из того, что ты мне рассказывала о своём мире, там то же самое! Только жёны и матери должны справляться с домашними делами без магии и прислуги. Видимо, мужчины повсюду одинаковы, но умная женщина всегда сумеет поставить на своём. Так, чтобы муж с радостью исполнял её пожелания, будучи уверенным, что захотел этого сам. Покойная графиня владела этим искусством в совершенстве, а тебе ещё учиться и учиться.

– И сколько счастья ей и окружающим принесло это умение?

– Так голову надо иметь и берега видеть, – парировала герцогиня. – Ты имеешь и видишь, поэтому я спокойна: второй Сонии из тебя не получится.

Софья вышла в коридор, посмотрела в сторону смежных покоев: куча щепок и камней исчезла.  Видимо, слуги уже взялись за устранение горячего приёма, устроенного юным герцогом дорогому родителю. Вернее, не герцогом, а маркизом – свекровь объясняла Соне  нюансы титулования. По всему выходило, что герцогом Саша станет только после смерти отца. А пока он – маркиз.

Надо узнать, что там с новоиспечённым папашей, сильно ли ему досталось.

И поговорить со свекровью.

До сих пор леди Тереза ни разу не дала повода в ней усомниться, всегда действуя на стороне невестки и внука. Вон как она ловко провела королевских стряпчих и дознавателей! Никто не обратил внимания на формулировку договора, но магия никогда не перепутает Вериса, владельца медного рудника, и владельца  станнума, эскизов, идей и, собственно, всех поделок из этого металла.  На взгляд непосвящённых это одно и то же, а на самом деле...

И Софья улыбнулась: приятно осознавать, что ты больше не зависишь от щедрот супруга. Даже взбрыкни Арман, ни она, ни Сашенька без средств не останутся.

Договор с королевством бессрочный, аннулировать его в одностороннем порядке король не может, в отличие от «владельца станнума, эскизов, идей и, собственно, всех поделок из этого металла».И деньги, что величество, вернее,  королевский казначей  отправляет  на специально открытый в Имперском банке счёт владельца, забрать сможет только и исключительно Софья. Магия не перепутает, кому принадлежит золото, леди Тереза и об этом позаботилась.

– Никеша, где его светлость? – остановила она молодого гончара, как раз вышедшего из разгромленных покоев. – И где её светлость?

– Милорда разместили в  лиловых гостевых покоях, а миледи я только что видел внизу, – ответил мужчина. – Она беседует  с  лирой Тьяной.

Соня довольно кивнула. Отлично! Она как раз собиралась поговорить с обеими женщинами.

А мужа вместе с грушами оставит на «десерт».

– Миледи! – Тьяна присела в коротком книксене.

– Тьяна, мы же договаривались! – Соня в своё время чуть не поругалась с герцогиней, доказывая той, что целительница имеет право на некоторые привилегии.

Скрепя сердце  леди Тереза согласилась с доводами невестки, но оказалось, что сложнее всего убедить саму Тьяну.

– Нет, миледи! Я не высокородная, мне не пристало вести себя неподобающе, – отказалась женщина. – Да, я не простолюдинка по рождению, но и не аристократка, обращения «гера» ко мне будет вполне достаточно.

– Ты держишь в руках наши жизни! Жизни детей, – возразила Соня. – Мы доверяем тебе самое ценное, куда уж ближе? Я бы очень хотела, чтобы наши отношения были чуть менее официальными.

– Миледи, оттого что, приветствуя вас, я  перестану делать книксен, моё отношение к работе не станет ни лучше, ни хуже. Я не умею работать вполовину, вы знаете.  Но такое поведение может смутить  умы других слуг. Это лишнее. Вы – её светлость, я – ваша целительница. Пусть  всё так и остаётся.

– Ну хоть наедине-то можно без реверансов?

– Наедине и иногда – можно, – согласилась Тьяна.

Но Софья скоро поняла, что понятие «наедине» и «иногда»у Тьяны своё собственное, поэтому продолжала получать от целительницы положенные правилами книксены.

А ей так не хватало обычных, дружеских отношений! Таких, какие были в её мире, когда с подругой можно поделиться наболевшим или радостью, получить совет, да просто весело посмеяться за чашкой чаю!