Охотники за костями. Том 2 - Стивен Эриксон

– Погоди, Спрут, – буркнул Корик, заметив огромную гранату. – Передай-ка «ругань» назад, а? Если только не решил всех тут взорвать, не говоря уж о «Силанде» и «Пенном волке».

Сапёр прищурился:

– Если я при этом сотню ублюдков с собой захвачу, меня всё устроит, Корик. Ты на неё не обращай внимания – это на последний, крайний случай – вы к тому времени уж, наверное, все поляжете.

– Но, может, ещё будем живы…

– Вот этого лучше избегать, солдат. Если, конечно, тебе не хочется посмотреть, как толпа развлечётся с тем, что от тебя останется.

Корик вновь мрачно уставился на толпу напротив. В двадцати шагах, толкаются, выкрикивают угрозы и проклятия. И у них полно настоящего оружия. Городская стража исчезла, и, похоже, теперь удерживал на месте этих дураков только строй солдат, сомкнувших щиты. Битум, Корабб Бхилан Тэну'алас, Ура Хэла, Подёнка, Курнос и Смекалка. Через разделявшее их пространство уже бросили несколько булыжников и кусков кирпича – и те, что подлетели достаточно близко, приняли на щиты, которые поднялись навстречу камням даже с некоторой ленцой.

На флангах в толпе готовили огненные стрелы.

Они сперва попытаются поджечь корабли, и это плохо. Корик сомневался, что «Силанда» загорится, с учётом того, чтó ему рассказал Геслер. Но вот «Пенный волк» – другое дело. Солдат оглянулся, увидел, как по трапу на причал спускается капрал Смрад, а за ним – Кулак Кенеб, который заговорил:

– Сержант Бальзам.

– Да, Кулак?

Кенеб оглянулся:

– Где Геслер и Скрипач?

– В разведке, сэр.

– В разведке. Ясно. Значит, вы – и всё, так?

– Там стрелы, сэр…

– Дестриант Ран'Турвиан заверил меня, что наши корабли у причала в безопасности. А вот транспортные суда, увы, другое дело. Мы передали на ближайшие приказ отойти за линию обстрела. Но это означает, сержант, что вы с солдатами остались здесь одни. Носовая баллиста «Пенного волка» обеспечит поддержку.

– Приятно слышать, сэр, – слегка недоумённо проговорил Бальзам. – А где осада-то?

– Что?

Смрад прочистил глотку и сказал Кенебу:

– Не обращайте на него внимания, сэр. Как только бой начнётся, он придёт в себя. Кулак, вы сказали, что стрелы не подожгут корабли… как только они это поймут, начнут стрелять в нас.

Кивнув, Кенеб посмотрел на Спрута:

– Сапёр, я хочу, чтобы ты разобрался с лучниками на флангах. Не жди их первого залпа. Метай «шрапнель», как только они окажутся в зоне поражения.

Поднимаясь, Спрут оглянулся:

– Легко, сэр. Гальт, Лоуб, дуйте сюда и берите по паре «шрапнелей» – да не «ругань» же, Гальт, идиот ты этакий – вон те, круглые, помельче, видишь? По две, чтоб вас, не больше. Если ещё потребуется, вернётесь ко мне…

– Может, хоть по три…

– Нет! Ты подумай, Лоуб. Сколько у тебя рук? Куда третью засунешь? За щёку? И не урони, а то весь этот треклятый причал на воздух взлетит – и мы вместе с ним. – Он обернулся. – Кулак, заняться ими сейчас же?

– Можно, – ответил Кенеб. – Если повезёт, остальные разбегутся.

Огненные стрелы зашипели в воздухе, устремились к снастям «Пенного волка». Но пламенные арки вдруг потухли.

Корик хмыкнул:

– Миленько. Приступай, Спрут. Зуб даю, следующий залп в нас пойдёт.

Спрут справа, Гальт и Лоуб слева. По команде сапёра все трое метнули глиняные снаряды – «шрапнель».

Взрывы треснули, как расселины в хрупком камне, и вот на землю рухнули тела, извиваясь, заходясь криком…

И центральная часть толпы с гортанным рёвом бросилась в атаку.

– Вот дерьмо, – прошипел кто-то из тяжей в первом ряду.

Улыбка швырнула свою «шрапнель» в самый центр группы нападавших.

Новый взрыв, всего в десяти шагах от щитовиков, которые инстинктивно отшатнулись, прикрыли головы, подняв щиты. Раздались вопли, покатились тела, кровь и куски мяса, трупы под ногами нападавших – в первых рядах толпы началась толчея, но их уже пихали в спины задние.

Корик сместился вправо – он услышал, как кто-то выкрикивает приказы, решительный, властный голос, принадлежавший явно малазанскому офицеру – и этого ублюдка Корик хотел прикончить.

Рявкнула баллиста на носу «Пенного волка», огромный снаряд врезался в толпу, оставляя за собой кровавую полосу. Огромная стрела, предназначенная для пробивания дыр в обшивке кораблей, легко пронзала плоть и кости, одно тело за другим.

Несколько стрел устремились к солдатам на причале, а потом толпа добралась до первого ряда.

Атаковали без всякого порядка, уверенные, что самой силы разбега хватит, чтобы проломить стену щитов. Враги оказались не готовы к точно рассчитанному по времени ответному толчку со стороны тяжей: большие щиты врезались в нападавших, сверкнули клинки.

Единственным солдатом, которого не учили держать щитовой ряд, был Корабб Бхилан Тэну'алас, и Корик заметил, как Улыбка переместилась так, чтобы встать у него за спиной, когда семигородец принялся рубить врага своей саблей. Его противник – здоровяк с двумя короткими мечами – рубил одним и колол другим клинком, так что Корабб перешёл в полную защиту, парируя удары круглым щитом и абордажной саблей, а Улыбка, как только громила открылся, метнула нож точно ему в горло. Как только он упал на колени, Корабб взмахнул саблей, и клинок с хрустом опустился на непокрытую голову.

– Назад в строй! – закричала Улыбка, толкнув Корабба вперёд.

Корик приметил фигуру в стороне – не командира – ох, боги, это же маг, и он уже приготовил свой Путь – поднял арбалет и нажал на спусковой рычаг.

Стрела вонзилась в человека так, что он завертелся на месте.

Ещё три «шрапнели» взорвались где-то в задних рядах толпы. И атака захлебнулась, а щитовики сделали шаг вперёд, затем ещё один, мечи поднимались и опускались, добивая раненых. Люди побежали прочь, и Корик услышал, как кто-то вдали кричит, пытаясь собрать отступавших вокруг себя – но пока что, как заметил сэтиец, мало кто его слушал.

Первая есть.

На широкой погрузочной платформе и по обе стороны от неё на булыжниках лежали десятки тел, в криках звучали горе и боль.

Нижние боги, мы ведь своих, своих тут убиваем.

На баке «Пенного волка» Кенеб обернулся к капитану Ринагу. Пытаясь сдержать ярость, он проговорил:

– Капитан, в толпе были солдаты. Без формы.

Тот побледнел:

– Ничего такого не знаю, Кулак.

– Да какой смысл? Они не доберутся до Четырнадцатой.

– Я… я не знаю. Виканцы – их хотят перебить. Начались погромы, их уже не остановить. Созвали поход – армия уже выдвинулась к Виканским равнинам…