Наследник Атлантиды - Дмитрий Воронин

– Это было бы оптимально…

– Не возражаешь, если я возьму одну из этих пушек? – Денис крутанул на пальце излучатель. – Я так понял, что техника атлантов работает и в магических, и в технологических мирах?

– Насколько я знаю, да, – кивнул Ярослав. – Бери, бери… кто знает, что понадобится в дороге. Я покажу Таяне, как его подзаряжать. И лук взял бы…

– Нет, лук я брать не стану, – покачал головой Жаров. – Эта штука создавалась для магов, а я ведь человек простой, от магии далекий. О чем иногда, признаться, жалею. Тебе он может оказаться нужнее… к тому же у меня, знаешь ли, жизнь довольно динамичная. А у тебя свободного времени много – вот и займись им, попытайся понять принцип действия.

– Да, и нужно изготовить несколько Ключей.

– Ключей?

Ярослав кратко объяснил Жарову, что представляют собой межпространственные Ключи атлантов. Глаза у того загорелись.

– Я слышал об этой штуке… надо же, «Привратник»! Таяна будет в восторге… и еще одна наша знакомая. Надо будет обязательно рассказать ей… Да, несколько таких шариков, про запас, нам не помешают. Да и тебе стоит иметь их под рукой, верно?

– Этим и займусь. А ты проследи, пожалуйста, чтобы мне не мешали. Это дело достаточно опасное… да, еще возьми Сергея и присмотрите с ним за Антонио, не дай бог, убежит. Ищи его потом…

Сейчас, когда бой закончился, когда Империя Атлантида умерла, так и не успев повторно родиться, Ярослав чувствовал в душе какое-то опустошение, какую-то апатию. Трое из его команды погибли – хорошие люди… пусть их и нельзя было с полным основанием назвать людьми. Их смерть, безусловно, была славной… была жертвой, принесенной ради победы, – и все же это была смерть. Смерть всегда одинакова, приходит ли она к храбрецу или к трусу, к глупцу или к мудрецу. Это только кажется, что она бывает геройской или позорной, неожиданной или долгожданной, мучительной или легкой. Все это – лишь прелюдия к смерти, а сама она – один крошечный, бесконечно крошечный миг, разделяющий бытие и небытие. Так сказал когда-то Линус Биранн… а несколькими десятками лет позже и сам выбрал смерть в ситуации, когда мог бы избрать жизнь. Что тут еще сказать… Дирек искалечен, и, возможно, навсегда. Распался пеплом старик Зобов, в прошлом гиперборейский маг и греческий бог Гермес, исполнивший дело, которому отдал немалую часть своей бесконечной жизни. Погиб След, явившийся на зов о помощи и не дрогнувший под плазменными ударами. Сгорел мозг то’орк, коммуникатора шестнадцатого уровня, не побоявшегося вступить в схватку с куда более могущественными в ментальном плане противниками. Убито несколько десятков других людей – они не были хорошими парнями, они были подлецами и негодяями, отбросами даже в своей собственной среде. И все же это были люди. Все это должно было заставить Ярослава проявить какие-то эмоции…

Но он был спокоен.

Выигран еще один бой. Как и тот, на холме… Выигран, несмотря на гибель друзей. Ярослав хотел считать и оставшегося безымянным то’орк, и Следа, и Гермеса своими друзьями – потому что такой дружбой мог бы гордиться каждый. Этот мир пойдет к своему будущему своим собственным, не навязанным извне путем. Он будет делать свои ошибки и, возможно, сам себя загонит в угол, из которого уже не найдет выхода. Но это будет его собственный путь.

Старик Зобов, древний бог Гермес, был прав. Этот мир все еще нуждается в мудром руководстве, он безалаберен и разобщен. У Архонтов получилось бы, они смогли бы собрать в единый кулак все ценное, что есть в этом мире, построить новое общество, прекрасное или жестокое, доброе или злое…

Но это было бы ИХ общество, ИХ путь.

В иной ситуации Ярослав не стал бы вмешиваться. Гермес говорил верно, миру нужен цемент, чтобы он не развалился, не превратился бы в хаос бесполезных и бессмысленных обломков. Архонты могли бы стать этим цементом, могли бы стать стержнем новой цивилизации. Но их деятельность угрожала не только установившемуся миропорядку.

Не дело Стражей вмешиваться в жизнь миров.

Их дело – беречь Границы.

Ярослав вздохнул и направился в подвал. Предстояло заставить «Привратника» изготовить несколько Ключей.

Жизнь продолжалась…