Фактор агрессии - Василий Орехов

Биотехник передал распоряжение на катетерный пост. Космократор распахнул четыре двухметровые мембраны кингстонов, через которые из трюма начал выходить воздух. Вылетая в космическое пространство, газ тут же превращался в густое облако микроскопических кристаллов, образовавших несколько белых струй.

Фред и Лара, получив легкие бластеры, покинули пост и ринулись к лифту. Но мембрана вызова на нажатия уже не отзывалась.

– Поспешил Каплан, – поморщился Купер. – Ладно, давай пешком, ноги не отвалятся.

По гулким костяным лесенкам они кинулись вниз.

По приказу Кадо Бифокала на пост биологического контроля прибыли четверо матросов свободной от дежурства вахты – все, кто остался в живых в ходе розысков полковника Понтекорво. Биотехник с надеждой смотрел на доктора Каплана, который бормотал, уткнувшись в схему космократора:

– Так… Катетерные посты в кормовой части… Туда ему невыгодно, давление падает. Но на всякий случай… – Он ткнул пальцем в монитор: – Займите позиции по двое тут и тут. Главное, не высовывайтесь, он очень опасен. И в случае чего огня не жалеть!

Матросы отправились выполнять приказание безропотно, но без особого энтузиазма. Страшная судьба их коллег определенно не способствовала бодрому настрою.

– Мы все предусмотрели? – задумчиво произнес доктор, обращаясь к старшему биотехнику, когда они остались на ветеринарном посту вдвоем.

– Трудно сказать, – отозвался тот. – Но если ваш пленник действительно был в трюме на момент начала разгерметизации, то ему в любом случае не успеть. Давление падает не очень быстро, но попасть на верхние уровни без лифтов не так просто. Придется обходить тут – видите? К тому же мы перекрыли вооруженными группами основные коридоры.

– Надеюсь, он не успел до них добраться… – проговорил Амос, вперившись взглядом в шесть зеленых точек, расползающихся по монитору. – Из трюма воздух уже вышел?

– Да. – Кадо Бифокал поднялся из кресла, чтобы закрыть входную мембрану поста, которую впопыхах бросили открытой отправившиеся блокировать коридор матросы.

– Тогда ему наверняка не успеть, – сумрачно произнес доктор. Ему очень хотелось верить, что им удалось поймать Понтекорво в смертельную ловушку, но верилось в это с трудом. Слишком хорошо он знал, на что способна загнанная в угол крыса, особенно если эта крыса – кадровый разведчик и полковник Службы Безопасности. – Будем надеяться, что наш приятель уже имеет температуру абсолютного нуля и валяется бездыханным где-нибудь на заиндевевшей лестнице, но для гарантии нам все же следовало бы… Простите, что вы сказали?

Биотехник издал вдруг странный гортанный звук, как будто одновременно попытался болезненно кашлянуть и прочистить горло. Каплан стремительно развернулся в кресле в его сторону и увидел, как спину Кадо перечеркнула по диагонали узкая кровавая полоса. Еще мгновение Бифокал стоял неподвижно, а затем верхняя часть его груди поползла по нижней, и разрубленные половинки человеческого тела рухнули на пол.

За упавшим биотехником обнаружился полковник Понтекорво собственной персоной с подрагивающим виброножом в руке. Мигель дружески улыбнулся остолбеневшему Каплану.

– Конечно, выбраться из трюма без лифта никак не успеть, – доверительно сообщил он. – Особенно если не слышать по коммуникатору твои разглагольствования насчет ваших дальнейших планов. Но если их слышать, от отчаяния можно влезть наверх и по шахте лифта. Особенно если иметь вот такое универсальное армейское оружие. – Он приподнял нож и покачал им в воздухе. – Этой штукой можно вырубать ступеньки и удобно прорезать лифтовые мембраны. А еще ею можно развалить пополам какого-нибудь придурка, который не вовремя встает у тебя на пути, или отрезать голову какому-нибудь настырному имперскому аналитику. – Он внимательно посмотрел на побледневшего Амоса. – Выбирай, док, тебя сразу убить или предпочитаешь помучиться?

– Предпочитаю помучиться, – обреченно проговорил доктор Каплан, незаметно прижав сенсор общей связи.

Купер и Лара быстро двигались по коридору, спеша добраться до места засады, подстраховывая друг друга на каждом повороте, из-за углов выходя перекатом. Понтекорво скорее всего уже был мертв, но действовать следовало так, словно он все еще жив и боеспособен. Такие предосторожности, представляющиеся излишними обычному человеку, зачастую значительно продляли жизнь десантнику Звездного Легиона.

Внезапно под потолком ожили акустические мембраны общей связи.

– Предпочитаю помучиться! – громом раскатился по коридору голос доктора Амоса Каплана. И тут же вслед за этим донесся оглушительный и ужасный хрип перерезанного горла.

Мембраны умолкли.

– Это Амос! – отчаянно вскрикнула Лара. – Полковник добрался до ветеринарного поста!

Она рванулась назад, но Купер ухватил ее за руку.

– Подожди! – рявкнул он. – Нельзя на него в лоб! Он же только этого и ждет!

– Я его убью! – билась в его железной хватке девушка. – Какая же тварь этот Понтекорво! Жаль, что он меня не слышит…

– Отчего же не слышу, – раздался в ушах рассудительный голос полковника. – Забыла про «клопов» в ушах? Поздравляю. Я вас до сих пор слышу, и очень отчетливо. Ты, кажется, что-то хотела мне сказать?

– Убью, тварь! – прошипела Лара. – Я тебя найду и убью, как собаку!

– Боюсь, это будет хлопотно, – насмешливо ответил предатель. – Сколопендра невидимости, что была у Каплана, теперь у меня. Да и даже если бы она осталась на твоей прелестной ручке, это мало что изменило бы. Видишь ли, я тут слегка перепрограммировал разгерметизацию… В общем, воздух теперь покинет все отсеки, кроме верхней палубы и ходовой рубки. Мне одному этого вполне хватит, а всем остальным… – Он хмыкнул. – Не хватит, наверное. Зачем мне лишние свидетели и конкуренты? Впрочем, я за справедливость. Попробуйте успеть забраться наверх, и я вас пощажу. До полной разгерметизации у вас есть четыре минуты. А? Я вот успел. Повторяйте подвиг, или вам крышка. А я вас тут подожду. В рубке кофеварочный морф, если заберетесь, угощу неплохим эрзац-кофе по собственному рецепту…

Стиснув предохранительную рукоять бластера, Лара уже развернулась, чтобы броситься назад по коридору, но Фред ухватил ее за плечо. Ловким приемом девушка высвободилась; Куперу ничего не оставалось, как пихнуть ее обеими руками и всем телом прижать к стене.

«Нельзя туда! – беззвучно шевельнул губами десантник, чтобы Понтекорво его не услышал. – Он просто не откроет нам шлюз!»

Лара молча дернулась, дико глянула на напарника: а что, тут подыхать, ничего не делая?! Купер ткнул пальцем вниз. Лара покачала головой и, свесив ее набок и закатив глаза, несколько раз молча хватанула ртом воздух, давая понять, что нижние палубы уже мало пригодны для жизни.

– Успеем, – вслух произнес Фред.

«Воздух с верхних палуб выходит через трюмные кингстоны, значит, он устремился вниз, как при продувке в шлюзе, и внизу теперь на какое-то время снова можно дышать, – одними губами добавил он, закончив свою мысль лаконично: – Челнок».