Факультет боевой магии. Сложные отношения - Таис Сотер

И сейчас рядом с Петером, пусть и болезненно-уставшим, я поняла, что даже мой любимый муж не сможет заменить мне общение с другом. Во всяком случае, обсуждать с Мартином свои наряды или выслушивать от него критику я точно не была готова. А вот Петеру прощалось гораздо больше.

— Когда ты вернешься к работе? — поинтересовалась, устраиваясь на подоконнике между двумя горшками с петуниями.

— К какой? — кисло спросил Петер. — В СБ точно делать нечего, в департамент магии мне и самому не хочется.

— Ты можешь вернуться в военное министерство. Ты замечательный оружейник, — напомнила я.

— В министерство? После всего…

— Ты же ладишь со Стефаном Ланге. Он будет рад тебя видеть среди своих артефакторов.

— Так и представляю его самодовольство, когда он станет моим боссом, — проворчал барон Шефнер. — Но я подумаю, честно.

— И свадьбу больше не откладывай. Ты же знаешь, как это важно для Марты.

Петер закатил глаза.

— Вот уж не ожидал твоего участия в женском заговоре. Или это на тебя новый статус так влияет? Кстати, как тебе в роли замужней дамы?

Скинув туфли, поджала под себя ноги. Задумчиво повела плечами.

— Не знаю. Иначе, чем я думала. Спокойнее. Легче. Хоть без ссор и не обходится.

— Удивительно, что ты вообще способна ужиться в одном доме с этим невыносимым человеком.

Петер пошарил под своей кроватью и вытащил на свет уже початую бутылку.

— Вишневая наливка тетушки. Отметим начало твоей взрослой жизни?

— Мартин будет ругаться, если я приду выпившая, — призналась, вздохнув.

— Значит, со взрослой жизнью я несколько поторопился, — заметил артефактор, щедро плеснув наливки в кофейную чашечку, пылившуюся до этого на полу.

— Брак — это ответственность, взаимные уступки и… Ладно, наливай. Но только совсем немного.

Из комнаты я выходила в самом благодушном настроении. И слегка придерживаясь за стеночку. Тетушка Адель и Рихтер встретили мое появление с каменными лицами, что показалось мне невероятно забавным, и я не удержалась от глупого смешка.

— Иди проверь Петера, Корбин. А я пока Софи постараюсь напоить кофе, — вздохнула фрау Ратцингер. — И ведь знает малец, как плохо его подруга переносит алкоголь. Стоит вспомнить свадьбу…

— Я вела себя очень прилично! — нахмурилась. Посторонилась, пропуская Рихтера, и еле удержалась от того, чтобы не дернуть его за хвостик светлых волос, доходящий уже до лопаток. — Наставник, давайте я вас постригу? А то что вы вечно лохматый ходите?

— Вот на свадьбе ты тоже это предлагала. И весьма кровожадно хваталась за нож для торта. Причем торт еще не принесли! — ответил Рихтер, прибавив шагу.

Я попыталась элегантно усесться на диванчик. Получилось так себе.

— Какие же мужчины бывают нытики! — доверительно поделилась я с тетушкой. — О чем вы с ним говорили?

— О всякой ерунде, — отмахнулась она от вопроса. — Не стоит тебе пить. И надеюсь, ты больше не куришь. Некоторые целители считают, что это может плохо повлиять на неродившееся дитя.

Я аж протрезвела. Не глядя отпила остывший чай из чашки Рихтера и тогда уже переспросила:

— Какое дитя?

Тетушка понизила голос:

— Ты теперь замужем, так что должна понимать, что можешь быть уже в положении.

— Это точно исключено. Я предприняла все необходимые меры.

И тут же вспомнила, что Мартин просил не обсуждать эту тему с его тетей. А если и сделаю подобную глупость, то ни в коем случае с ней не спорить. Пожилая менталистка уже несколько лет грезила желанием понянчить на руках маленьких Шефнеров.

— Что? — нахмурилась тетушка. — Только не говори, что ты используешь артефакты для того, чтобы не забеременеть!

— Нет, конечно, лишь таблетки от надежного целителя. Никаких побочных эффектов за полгода не обнаружилось… Ой!

— Да я и не сомневалась, что вы не будете дожидаться свадьбы, — фыркнула она. — Но ты уже две недели фрау Шефнер. Зачем тебе эти таблетки сейчас, милая?

Еще один совет мужа — если что, сваливать все на него.

— Мартин решил, что нам стоит немного подождать, пока в Грейдоре станет чуть спокойнее и у него поубавится работы.

— Этого никогда не случится, Софи, — расстроенно покачала головой тетушка. — Всегда будут какие-то препятствия… и отговорки. Но дети — это большое счастье, пойми. Не лишай себя материнства из-за своих страхов или амбиций.

Я не ждала, что менталистка поймет или поддержит меня, но испытала разочарование, так что просто промолчала, сделав вид, что меня больше интересует бисквитное печенье, которое принесли вместе с кофе.

Появление Рихтера я встретила с облегчением. И язвить не стала, когда почувствовала, что от него тоже пахнет наливкой.

— Мне пора, тетушка. Хотелось бы вернуться домой раньше Мартина.

— Твой муж приходит домой так поздно? — возмутилась она, глядя на часы.

— Я же говорю, у него много работы.

Рихтер проводил меня до машины, а сам решил прогуляться до дома пешком.

— Мастер! — окликнула я его из окна автомобиля, пока он не успел далеко уйти. — Так о чем вы хотели поговорить со мной?

Алхимик вернулся. Склонился, опираясь на блестящую крышу моего пузатика.

— О возобновлении твоих уроков. Точнее, о настоящем их начале. Я заметил, что связь между нами несколько стабилизировалась. Тебе ведь теперь стало гораздо легче работать с большим количеством силы?

— И чему вы хотите меня учить?

— Древним заклинаниям, — пряча хитрющую улыбку в уголках губ, ответил Рихтер. — И еще немного управлению погодой. Кто знает, может, тебе и это удастся?

Легко щелкнув меня по кончику носа, он развернулся и, насвистывая, удалился. Я задумчиво потерла пострадавший нос. Вот умеет же он заинтересовать!

Оказаться дома раньше мужа не удалось. Он уже сидел у разожженного камина, грустно разглядывая висевший над ним фотографический портрет. Мы сделали его за пару дней до свадьбы, а потом я лично повесила рамку на самое видное место. На фотографии Мартин выглядел ужасно важным, а я казалась весьма миленькой, хоть и немного испуганной. Не потому, что боялась фотографироваться: просто Мартин пообещал, что если я буду мешать фотографу работать, выспрашивая его об аппаратуре, то мы тут же уйдем домой.

— Приехала наконец… — тоскливо вздохнул Мартин. — Ночью, пьяная…

Как он определил это с такого расстояния?

— И не пьяная, а чуть-чуть выпившая.

— А я-то надеялся, что хоть однажды моя дорогая жена встретит меня так, как полагается встречать усталого мужа с работы. У дверей, с улыбкой на лице, с обещанием поцелуя…