Пробуждение - Марк Фрост

Оказавшись на дороге за задними воротами, Уилл побежал в гостеприимные объятия темноты. Он включил на мобильнике секундомер и второй раз за день направился в сторону центра города. Он бежал еще быстрее, чем утром. Так быстро он еще не бегал никогда. Спасать собственную жизнь – чертовски сильная мотивация.

«Три минуты до гонки за жизнь».

№ 2: СОСРЕДОТОЧЬСЯ НА ТОМ, ЧЕМ ЗАНЯТ В ДАННЫЙ МОМЕНТ.

Они сядут по машинам и рассредоточатся по городу, будут его искать. Если не найдут – Белинда может обратиться в полицию. Оповещение о пропаже ребенка – вещь серьезная. Тут могут задействовать военных, флот, ВВС, морских пехотинцев – ну, и местную полицию, само собой. Возможно, перекроют дороги, уходящие из долины Оджаи. Как скоро это может случиться?

Максимум через полчаса. До этого времени он мог добежать до западного выезда из долины. Но если он будет оставаться на открытой местности, его могут обнаружить. Правда, эти люди его фактически не знали, и это было ему на руку. Они понятия не имели – да он и сам, пожалуй, пока об этом не догадывался, – каким сообразительным и решительным на самом деле мог быть Уилл Вест.

«Инстинкты, подготовка, дисциплина – не забывай ни о чем».

На бегу Уилл поправил ремешок сумки на плече, вытащил из кармана айфон и набрал номер, который только что запомнил наизусть. Она ответила после третьего звонка.

– Лилиан Роббинс.

– Доктор Роббинс, это Уилл Вест.

– Здравствуй, Уилл. Ты тяжеловато дышишь.

– Я на пробежке.

– Пробежки хорошо помогают очистить голову, верно?

– Иногда это лучшее средство, – ответил Уилл.

– Как у тебя сложился день? – спросила Роббинс.

– Вы были правы. Мне о многом пришлось подумать.

– Я чем-то могу помочь? У тебя возникли какие-то вопросы?

– На самом деле да. Простите, вы сейчас где находитесь?

– В своей машине, возвращаюсь в Центр. Вечером вылетела самолетом и час назад приземлилась.

«Вот я и прокатился на «Додже» с доктором Роббинс».

– Как вы думаете, как скоро я мог бы приступить к занятиям? – спросил Уилл.

– В Центре? Это значит, что ты согласен?

– Да.

Уилл добежал до конца дороги, где она обрывалась у предгорий. Он свернул влево и помчался вниз по склону к центру городка. Набирая скорость, он уже бежал быстрее, чем утром.

«Где же этот страшный малый на родстере, когда он мне так нужен?»

– Прежде всего, Уилл, – произнесла доктор Роббинс, – позволь сказать, что я очень рада. Ответ на твой вопрос таков: следующий семестр у нас начинается в январе. Мы будем рады принять тебя в это время.

– Я вам сейчас кое-что странное скажу.

– Ну, попробуй.

– Я бы хотел приступить к учебе завтра, – выпалил Уилл. Несколько секунд, сбегая по склону холма, он слышал только собственное дыхание. Он опустил руку с телефоном, свернул за угол, поднял руку и проговорил: – Я же вам говорил: прозвучит странно.

– Мне случалось и более странные вещи слышать, – ответила доктор Роббинс. – Но не так много. То есть ты хочешь перевестись в наш Центр немедленно.

– Это возможно?

– Ну… твое согласие имеется. Как я понимаю, твои родители тоже не против, и это семейное решение?

– На сто процентов.

– Они подписали все положенные бумаги?

«Не забыть: при первой же возможности подделать подписи».

– Они у меня с собой.

Издалека донеслось негромкое урчание приближающегося вертолета. Потом завыли сирены. Он посмотрел на секундомер. «Четыре минуты. Быстро». Очень скоро копы заполонят весь Оджаи, потом нагрянет шериф из Вентуры и окружная дорожная полиция. «Если только я не успею их опередить».

– Вы говорили, что оплатите мои расходы на дорогу, – сказал он.

– Верно, говорила.

– Тогда, если можно, я бы хотел улететь сегодня ночью.

Роббинс немного растерялась.

– Уилл, у тебя там все в порядке?

Уилл тоже растерялся.

– Долго рассказывать. Может быть, при встрече?

Он добрался до границы города в рекордное время и помчался по северной оконечности делового района. Все магазины уже были закрыты на ночь. Уилл остановился, прижался спиной к стене дома на темной стороне улицы и сделал глубокий вдох. Роббинс молчала, и он понял, что нужно сказать ей что-то более убедительное.

– Вы мне сегодня помогли, – негромко выговорил он. – Вы помогли мне понять, что мне нужны… по-настоящему большие перемены в жизни.

Роббинс молчала.

– Я этого не просил, – продолжал Уилл. – Сегодня утром я понятия не имел о существовании вашего Центра. Это вы меня разыскали. Так какая разница, когда я начну учиться – завтра или через семь недель?

– Разницы никакой, Уилл. Просто…

Роббинс умолкла.

Настала пора выложить последний козырь.

– Кстати, насчет этого теста в сентябре. Нам дали три часа на его выполнение, а я его сделал максимум за двадцать минут. Я даже не напрягался.

Уилл услышал, что вертолет приближается к городу.

– А что там с результатами исследования отпечатков пальцев и проб ДНК, которые вы у меня взяли утром с помощью вашей волшебной грифельной доски? Не хотите мне сказать, зачем это понадобилось вашей школе?

– Ты считаешь, что это было обследование?

– Я хочу сказать, что мне все равно, что это было. Вы хотите, чтобы я учился у вас, и я говорю «да». И я бы не стал вас просить, если бы мне это на самом деле не было нужно.

– Скажи мне… что именно тебе нужно сейчас?

– Билет на самолет. Из ближайшего аэропорта, откуда можно долететь к вам. Прямо сейчас.

Роббинс немного помолчала и сказала: