Прядильщики. Магические приключения девочки Лизы и ее брата Патрика - Лорен Оливер

Бальный зал уходил далеко в глубину, и все его стены были украшены резными орнаментами и зеркалами, от которых у девочки пошла кругом голова. В красивых хрустальных вазах на полу стояли какие-то диковинные белые ветки, на этих ветках расположились сотни фонарщиков, заливавших зал своим мягким золотистым светом. Потолок на самом деле оказался сложным переплетением корней, отполированных и блестевших, как темный янтарь.

Оркестр сидел на высокой площадке, расположенной прямо напротив окна, в которое смотрела Лиза. Она несколько раз моргнула и протерла глаза, чтобы убедиться в том, что не спит и даже не дремлет.

Нет, это ей не снилось. Маэстро крот дирижировал оркестром, а музыкантами были лягушки, сверчки, колибри и одно большое, сердитое на вид животное — Лиза решила, что это барсук (до этого она живых барсуков не видела).

Крот стоял на подставке и широко размахивал своей дирижерской палочкой. На нем были брюки и элегантный фрак с длинными, спускавшимися до пола фалдами. Музыканты тоже были элегантно одеты, хотя на сверчках не было ничего, кроме щегольски сдвинутых на головах цилиндров, а что надето на лягушках, понять было сложно — наряды прилипли к их мокрым бокам.

Сверчки пели, колибри били своими крылышками в маленькие колокольчики, лягушки ритмично квакали, а барсук время от времени издавал низкий звук — эта басовая нота красиво сливалась с остальными нотами и была такой глубокой, что от нее по спине Лизы пробегала дрожь.

— Прекрасно, не правда ли? — шепнула Мирабелла. Девочка подпрыгнула на месте — она и не заметила, что Крыса тоже подошла к окну. Глаза Мирабеллы были мокрыми от слез. — Мне всегда безумно нравилась эта мелодия. Она напоминает мне… впрочем, это неважно. Увы, теперь все изменилось.

— А где ниды? — также шепотом спросила Лиза. — Я никого не вижу.

— Скоро появятся, — ответила Мирабелла. — Бал только начинается. Видите? Вот уже и распорядитель бала идет.

— Распорядитель бала? — Девочка прижалась к стеклу, ей так хотелось оказаться сейчас там, внутри, потанцевать под эту удивительную музыку. В ее голове, где-то глубоко-глубоко, пульсировала мысль: «Патрик, Патрик, Патрик», но ее перебивал ритм, выбиваемый колибри и выпеваемый сверчками, и вскоре совсем вытеснил из сознания.

— Смотрите! — взволнованно прошептала Мирабелла. — Видите? Он поднимается по ступеням!

В одном углу огромного зала находилась золотая винтовая лестница, взлетающая к потолку. По ней величественно поднимался человечек — такого маленького человечка Лизе еще никогда не доводилось видеть. Сначала она подумала, что это ребенок, однако у человечка была роскошная густая борода и торчащие в стороны, похожие на кошачьи, усы. Ростом человечек был не выше только начинающего ходить малыша. Однако у этого человечка оказались очень большие ладони и пальцы.

— Нид, — выдохнула Лиза. От дыхания стекло перед ней затуманилось, и девочка быстро протерла его кулаком.

— Не просто нид, — прошептала Мирабелла. — Король. Только королю и королеве позволено руководить балом.

Поднявшись до вершины лестницы, король нидов прокашлялся и воздел к потолку руки.

Маэстро крот быстро повел своей палочкой, и его оркестр тут же замолчал. Даже Лиза невольно задержала дыхание.

— Начинаем танцы, — сказал король высоким пронзительным голосом. Сразу после его слов весь потолок вспыхнул тысячами мерцающих огоньков.

Лиза невольно вскрикнула. В первую секунду ей показалось, что потолок просто загорелся. Затем она поняла, что эти мерцающие огоньки — на самом деле светлячки, тысячи светлячков. Они перелетали с места на место, выстраивая на потолке красивые, сложные, постоянно меняющиеся узоры.

Оркестр грянул торжественный радостный вальс, двери в дальнем конце зала отворились, и сквозь них хлынул поток смеющихся, весело болтающих гостей, а над их головами с потолка летели разноцветные вспышки огней.

Теперь Лиза обнаружила, что в сравнении с прочими нидами король довольно высок. Большинство нидов не достали бы девочке и до колена. И у всех у них на лицах — даже у женщин — торчали рыжеватые усы. На нидах были надеты туники, сделанные, как показалось Лизе, изо мха и паутины. На секунду Лизе представилось, что она сейчас смотрит в свой старый калейдоскоп, в котором перекатываются разноцветные стеклышки, вглядывается в постоянно меняющиеся узоры.

Танец… О, танец нидов был таким же — нет, еще более красивым! — чем музыка. Лизе ужасно захотелось самой оказаться в зале и включиться в этот танец. Затем вальс сменился джигой, и ниды начали подпрыгивать, мешая девочке следить за тем, что происходит в зале.

Она бросилась к соседнему окну, откуда лучше было видно. Она почти не слышала, что Мирабелла зовет ее вернуться. Уши Лизы заполнял ритм музыки и топот маленьких ножек нидов по полу. Окно, к которому перебежала девочка, было приоткрыто внутрь зала.

Если просунуть голову внутрь — о, всего на секунду! — она сможет увидеть весь бальный зал целиком…

— Мисс Лиза! Мисс Лиза! Осторожнее!

Девочка осторожно прикоснулась к окну, чтобы приоткрыть его еще на несколько сантиметров…

Неожиданно прямо перед ней возникло лицо с рыжими усами.

— Самозванец! — закричал нид. — Нарушитель! Посторонний!

Испуганная Лиза попыталась отпрянуть, но нид схватил ее за запястья и втянул головой вперед внутрь. Девочка опрокинулась вперед, сделав сальто в воздухе, и шлепнулась мягким местом на пол бального зала.

Щетка вылетела из ее рук, а вокруг началась суматоха и зазвенели тоненькие голоса:

— Нарушитель! Нарушитель! Нарушитель!

Ниды тучей облепили Лизу, тянули ее за волосы, хватали за рубашку, тыкали в нее своими тоненькими бледными пальчиками.

— Кто это?

— Какая уродина.

— Эй, где твои усы?

— Это гигант?

— Это не гигант. Человеческий детеныш. Неужели не чувствуете по запаху?

— Оставьте меня! — закричала девочка. Она попыталась стряхнуть с себя нидов, но их было слишком много. Они хватали ее со всех сторон, тянули, щипались, затем подняли на руки. Лиза оказалась лежащей на спине, схваченная сотнями маленьких, но очень сильных и цепких рук.

— Мирабелла! На помощь!

В окне показалась голова Мирабеллы. Крыса выглядела доведенной до отчаяния. Сделав усилие, Лиза вырвала одну руку из пальчиков нидов и попыталась схватить протянутую в окно лапу Мирабеллы. Но ниды ловко перехватили руку Лизы, и в ее кулаке остался лишь клочок вырванной из коричневато-серой шкурки Мирабеллы шерсти.

— Мирабелла, уходи! — завопила девочка, но ниды уже сгрудились возле окна и крепко схватили Крысу за плечи.

Они втащили Мирабеллу внутрь — точно так же, как Лизу, — затем подняли ее на руки и понесли, растоптав по дороге упавшую с головы Крысы шляпку и вцепившись в ее парик.