Золотые сердца с червоточинкой - Глен Кук

– Гаррет, а нельзя его прогнать?

– Деточка, ты не знаешь Морли Дотса. Если он пришел сюда, дело и впрямь крайне важное.

К тому моменту, как Дотс ворвался в комнату, мне все же удалось согнать Амбер со своих коленей. Тем не менее Морли замер как вкопанный и ошарашенно уставился на нас; затем в его взгляде промелькнуло столь знакомое выражение. Клянусь, однажды я запорошу ему глаза перцем! Может, слезы смоют эту гнусную ухмылку…

– Успокойся, приятель. Что с тобой стряслось?

Амбер притворилась, будто поправляет одежду. Платье, правда, и впрямь следовало поправить, однако девушка, естественно, не могла не разыграть целое представление.

– Твоего дружка Плоскомордого порезали вдоль и поперек, сейчас он в больнице.

– Бывает. Такую уж он избрал профессию. – Морли, который сам не брезговал темными делишками, а потому нередко рисковал собственной шкурой, одарил меня мрачным взглядом исподлобья, оторвавшись наконец от лицезрения Амбер. – И что с ним случилось?

– Толком пока не знаю. Приперся пешком откуда-то из загорода. Врачи все удивляются, как он сумел дойти, но ты же знаешь – Тарп слишком упрям и туп, чтобы умереть. Полагают, что он вряд ли выживет.

– На то они и врачи, чтобы сомневаться. А зачем его вообще понесло за город?

– Я думал, ты знаешь. – Морли как-то странно посмотрел на меня. – Вчера вечером он ушел рано. Заявил, что у него дела и что ты его рекомендовал.

– Я? с какой стати… Проклятье! Я бегу в больницу. – У меня по спине поползли мурашки. Амиранда, больше некому.

– Я с тобой. Не помешает размяться. – Мир должен перевернуться, чтобы Морли Дотс признал, что у него есть друг.

– Послушай, Гаррет, – прошептала вдруг Амбер, когда Морли направился к двери.

– Это важно?

– Для меня – да.

– Хорошо. Морли, подожди, пожалуйста, за дверью. Ну, в чем дело?

– Мой брат утром вернулся домой. Похитители его отпустили.

– Замечательно.

– Выходит, домина заплатила выкуп.

– Весьма вероятно. И что с того?

– Значит, кто-то разжился двумя сотнями тысяч золотых марок, принадлежащих, между прочим, моей семье! Деньги, которых как бы нет. Ты смог бы их отыскать?

– Можно попробовать, если захотеть. Такая сумма в руках любителей неизбежно оставит след, как взбесившийся мамонт. Главная сложность будет состоять в том, чтобы опередить всех прочих любителей наживы.

– Помоги мне, Гаррет. Половина денег твоя.

– Погоди, подружка. Это называется лезть на рожон, не имея за спиной…

– Скорее всего, это мой первый и последний шанс заполучить достаточно крупную сумму и сбежать от матери! Если я добуду деньги до того, как она вернется, то смогу спрятаться так, что ей никогда меня не найти. Насколько я понимаю, тебе сотня тысяч марок тоже не повредит.

– Разумеется.

– Кроме того, – прибавила девушка, соблазнительно изгибаясь, – ты получишь не только деньги.

– Ну да, ну да. Знаешь, мне надо пораскинуть мозгами, определиться, чего я хочу и что должен делать. А в настоящий момент я тороплюсь к другу, который умирает на больничной койке. С ним надо повидаться, пока он еще жив.

– Конечно. – Судя по ее тону, Амбер отнюдь не считала, что дружба налагает на человека определенные обязательства. – Я приду завтра, если сумею удрать от Коуртера и его присных. Послезавтра уж точно. Кстати, почему бы тебе не устроить твоему старичку выходной? – Она игриво улыбнулась.

– Подумаю.

– Уж подумай. – Девушка хихикнула.

– Ладно, ступай, – проговорил я, похлопав ее пониже спины. – Морли наверняка места себе не находит. – Проводил ее до двери и встал рядом с Дотсом на крыльце, наблюдая, как она уходит.

Дин захлопнул за мной дверь и принялся задвигать засовы. Наверняка подслушивал, мерзавец. Совсем от рук отбился – сколько ни ругай, с него все как с того самого гуся вода.

– Где ты их находишь, Гаррет? – поинтересовался Морли.

– Нигде. Сами находятся.

– Не ерунди.

– Чистая правда. Я сижу дома этаким жирным пауком и заманиваю их к себе в сети. Потом демонстрирую все свое обаяние, и они теряют сознание и падают в мои объятия.

– Гаррет, эта девица не из тех, кто теряет сознание. И та, что была с тобой на днях, – тоже. Штучки с Холма, верно?

– Насчет Холма ты прав, а штучками я бы их не назвал.

– Как скажешь. – Морли вздохнул. – Слушай, а почему такие девицы никогда не заглядывают ко мне?

– У тебя своих хватает. Кстати, на эту заглядываться не советую, иначе можешь нарваться на неприятности. Ее мамаша – Владычица Бурь.

– Очередная мечта не выдержала столкновения с грубой реальностью. Жаль, очень жаль. Ну что, пошли в больницу? Что там могло стрястись с Плоскомордым?