Первый среди равных - Дмитрий Светлов

Последний приказ был уже в «зале прилета» Центрального госпиталя орденов Мужества и Славы Второго флота Номаркии:

— Пленного изолировать, держать без права самостоятельного передвижения.

Держась руками за стену, Сергей упал на колени — тело переполнено болью, перед глазами мерцающие тени. Борясь с головокружением и захлебываясь собственной кровью, начал медленно подниматься на ноги. Предстоит войти в лифт и добраться до лечебного кабинета. Неожиданно его подхватили чьи-то ласковые руки, послышался успокаивающий шепот, и он почувствовал нежные прикосновения к разрываемому болью телу. В памяти всплыла давняя история вручения ордена Красного Знамени. Награждал командующий Северным флотом, затем застолье в кабинете замначальника штаба. Тогда молодой каплей напился до беспамятства и был доставлен домой на адмиральской машине. Его встретили такие же ласковые руки жены, а утром, увидев приготовленный для него праздничный стол, он дал себе зарок в отношении спиртного быть максимально сдержанным.

Очнулся Сергей на лежаке медицинского кабинета. Сел, осмотрелся по сторонам — по сравнению с предыдущим кабинетом, здесь оказалось совершенно иное оборудование, само помещение было более просторным, с многочисленными приборами и устройствами.

— Как ваше самочувствие, господин адмирал?

Сергей прислушался к своим ощущениям, повел плечами, прогнулся, затем присел.

— Вроде бы хорошо, никаких болевых ощущений.

— Медицинского персонала в Центре нет, поэтому обсуждение результатов и восстановительные процедуры пройдут по схеме последнего аналогичного лечения.

— Не возражаю, сколько дней я лежал?

— Лечебно-хирургический процесс длился двенадцать суток.

— Что с пленником?

— Согласно вашему приказу, изолирован без права самостоятельного передвижения.

В «милой беседе» с компьютером Сергей набросил больничный халат и перешел в соседний кабинет. Несколько столов, пара десятков кресел и атмосфера нравоучительных нотаций.

Стоило сесть в ближайшее кресло, как комната растворилась в голографической картине. В центре застывший «мультяшный» силуэт, в нескольких метрах справа группа склонившихся индусов. Вот фигура сделала два шага, рабочие развернулись и почти синхронно достали из кобуры пистолеты. Прежде чем «мультяшка» начал движение, каждый из них успел сделать по три выстрела. Затем последовал нелепый прыжок с перекатом, во время которого индусы не сделали ни единого промаха. В финале — забавные дрыганья ногами, силуэт обхватывает руками адмирала Убанги, а сзади вбегают пятеро охранников. Минутное замешательство заканчивается включением карманных фонариков и расстрелом фигуры почти в упор.

Сергей нервно поежился, со стороны его действия казались не просто нелепыми, а откровенно идиотскими. Но вот картинка вернулась в исходное положение, силуэт пантерой прыгнул прямо на склонившихся индусов. Сам прыжок напоминал старт пловца, только здесь «мультяшный герой» сбил с ног почти половину врагов, мягко приземлился на руки и нанес ногами три сильных удара. Последовала группировка, фигура выпрямилась с двумя пистолетами в руках, серия выстрелов с двух рук, разворот — и входящий адмирал Убанги встречен прицельным огнем. Разворачивающиеся действия завораживали динамикой точно выверенных движений. Снайперские выстрелы отсекли вошедшего от двери и заставили упасть. Снова бросок, удар локтем в позвоночник, наручники — и телепортация.

«Разбор полетов» настолько поразил Сергея, что он пропустил начало нравоучительного монолога. Компьютер явно копировал чей-то голос:

— …из чего следует необходимость дополнительного развития важных мышечных групп. Стратегия и тактика рукопашного боя не соответствует воинскому званию. Заключение, адмирал Алексеев должен пройти трехнедельный курс спецподготовки с применением генно-ментальной коррекции.

С губ уже были готовы сорваться слова возмущения. Он не адмирал «Морских котиков», для него ловкое махание руками и ногами совсем необязательные навыки. Но тут компьютер скопировал другой голос:

— Одной из причин обширных повреждений организма является недостаточная функциональность форменной одежды. Предлагаю добавить в комплект обмундирования биоактивное белье с танталовой наночешуей и пентогалогеновым отражением.

— Предложения приняты, — раздался высокий женский голос. — Какие просьбы у больного?

Какие могут быть просьбы, если в принципе ничего не понимаешь? Впрочем, почему нет, это тоже может быть просьбой.

— Сложившаяся ситуация является следствием неудачного боя, закончившегося потерей корабля. Прошу добавить соответствующий курс обучения.

Вопреки ожиданиям ответ прозвучал сразу:

— Ваша просьба принята, реабилитационная спецподготовка продлевается до четырех недель, обе программы легко совместимы. До свидания, больной.

Сергей некоторое время сидел неподвижно, затем встал и направился в свою каюту. Увиденное и услышанное выходило за рамки традиционного понимания, но коль скоро он изначально находится в месте совсем других возможностей и технологий, надо использовать случай с максимальной выгодой.

Каюта встретила готовым обедом и стопкой одежды на тумбочке возле изголовья. Сергей взял в руки пояс:

— ККЦ новый или после ремонта?

— Повреждения незначительны, произведена частичная замена микроблоков, блок памяти сохранен.

Память! Пояс имеет собственную память!

— Отправная точка первого переноса сохранена?

— Ваш первый пояс утилизирован. Находящаяся в нем информация, как и отправная точка телепортации не подлежали идентификации или восстановлению.