Кёльн. Ярмарка чудес - Тория Дрим

В канун Рождества происходит магия…

Магия, которая чудесным образом помогает преодолеть все разногласия и забыть прошлые обиды.

Снег на глазах укутывал Кельн толстым невесомым покрывалом. На земле не осталось ни одного темного пятнышка. Стоял легкий морозец. Последний день ярмарки обещал покорить всех, ведь ожидалось выступление потрясающих музыкантов – Арии и Арона.

Джи и Лэйн не спеша выдвинулись к ярмарке. Снег похрустывал под ногами. Гуляя по площади, они ловили себя на мысли, как хорошо иногда вырваться из рутины и нырнуть в неизвестность.

Лэйн, пританцовывая, притянул Джи к себе и поправил шапку на ее голове. Джит обернулась, чтобы получше рассмотреть кафедральный собор. Лэйн не спускал глаз с ее пылающих от холода щек.

– Какая же ты мерзляка, Эвердин, – произнес он, согревая ее ладони своими. – Пора закалять тебя.

Он отошел назад, нагнулся и, быстро слепив снежный шар, кинул прямо в Джи. Комок прилетел ей в спину.

– Ах ты! – взвизгнула Джи, набирая в руки снег. – Получай, Кеннет!

Лэйн рассмеялся, когда шар пролетел мимо и упал недалеко от него. Не пришлось даже уворачиваться. Джи слегка опешила, удивляясь своей меткости.

– Не в этот раз, – хмыкнул он, – попробуй еще.

– Я сейчас окуну твою голову в сугроб!

Джи бросилась с места и, приложив все силы, толкнула Лэйна так, что они вместе полетели в рядом стоящий сугроб. Послышался крик Джитты и задорный смех Лэйна.

Они умели радоваться. Умели получать удовольствие от мелочей и поэтому жили ярко и по-детски наивно. Они просто были собой.

– Окунула так окунула. – Лэйн вновь усмехнулся.

Джи лежала прямо на нем. Ее глаза забегали по лицу Лэйна, и в груди разливалось тепло. Мурашки прошлись по коже. Желание прикоснуться к его губам возрастало с каждой секундой. Лэйн был рядом, и Джи в тысячный раз благодарила за это судьбу.

Лэйн не церемонился. Он понял все по одному взгляду, поэтому приподнялся на локтях и, коснувшись пальцами подбородка Джи, оставил легкий поцелуй на губах.

– Это лучшее Рождество в моей жизни, Джи Кеннет.

– И мое тоже, – со слезами на глазах ответила она.

– Ты знаешь легенду про этот собор? – Лэйн загадочно прищурился.

Джи пожала плечами, непонимающе глядя на него.

– Пара, которая поцелуется перед собором, будет жить долго и счастливо.

Джи захихикала.

– Тогда нам стоит повторить, чтобы легенда точно сработала?

– Ich bin bereit, dich jede Sekunde zu küssen.^[1]

– Я так люблю, когда ты говоришь по-немецки. Можно сказать, Кельн дарит мне незабываемые эмоции еще и из-за твоих разговоров с местными.

– Ich bin so glücklich, dich zu haben.^[2]

– Вот и как понять, что ты говоришь? – Джи забавно сморщилась. – Хотя, думаю, я догадываюсь.

– Джи, тебе даже не нужно знать язык, чтобы понять, о чем я. – Лэйн взял ладонь Джи и поднес к губам. – Позволь себе чувствовать.

Джи крепко обняла Лэйна. Они наслаждались близостью друг друга.

Вечерело. Тысячи светодиодных лампочек освещали улицы. Но самые яркие сияли на центральной елке, к которой пара хотела подойти.

Джи с Лэйном поднялись с земли, отряхнулись от снега и пошли дальше осматривать город. После такого чувственного момента они погрузились в безмятежную тишину: им нравилось не только говорить обо всем на свете, но и разделять молчание.

– Эй! – позади раздался голос Ванессы и вырвал их из сказки. – Воркуете? – Она появилась на площади в своем стиле – с подколом.

– Мы – да, – ответила Джи, – а ты, видимо, только собираешься?

Несс выглядела немного загруженной и обеспокоенной, но в целом была в хорошем расположении духа.

– Я иду пить глинтве-е-е-йн, – растянула она. – Что может быть лучше?

– Хоккей? – спросил Кеннет.

Ванесса цокнула языком, а Джи, оглядев его, засмеялась.

– Не тупей со своим спортом, братец. А ты, ангел, смотри за ним, пока я буду веселиться!

– Не волнуйся, он в надежных руках. – Джи подмигнула Несс, а та в свою очередь отправила ей воздушный поцелуй.

Несс развернулась и уверенной походкой зашагала к месту встречи. Проходя мимо красочных рождественских лавок, украшенных гирляндами в форме звездочек и снежинок, лампочками в форме Николауса и венками из омелы, Ванесса таинственно улыбалась, подпевая Mariah Carey. Она не знала, как пройдет встреча с новым знакомым, но шестое чувство подсказывало, что она точно ничего не потеряет.

Богдан стоял прямо напротив катка, облокотившись о высокую стойку, которую он использовал как подставку под глинтвейн и свежеиспеченные пряники в форме человечков, как и пожелала Ванесса.

Богдан сразу же заметил ее в толпе и внимательно наблюдал за тем, как она приближается. Несс подошла, остановившись от него на расстоянии вытянутой руки. Богдан был достаточно высокого роста, поэтому она слегка приподняла голову, чтобы посмотреть в глаза.