Страсть Тёмного принца - Светлана Казакова

– Ты не рада? – прищурится вместо этого.

– Нет... я... просто не знала, что есть какие-то подвижки. – Поразительно, но мне и впрямь было обидно, и соответствующие нотки в голос прокрались. – Мог и поделиться соображениями, пока работал. Я же обо всём рассказываю.

– Ну да, обо всём, – хмыкнул Рэйвен, вызвав легкий приступ паники.

Что он узнал? Где я прокололась?

Да, про связь Света и Тьмы в заклятье я не говорила, обычной тёмной ассистентке неоткуда такого знать, но и ему неоткуда знать, что я знаю... Проклятье! Совсем запуталась.

А вот что принц не показал мне свои наработки в процессе – плохо. Понятно, что он использовал все мои заметки и догадки, но вдруг как раз не учёл то, что я скрыла...

Ошибка при обратном ритуале может дорого обойтись нам обоим, может даже убить или – что куда страшнее – стократно усилить страсть. Лучше уж прихватить с собой кинжальчик и в случае чего избавить от подобных мучений и его, и себя.

Внизу живота сладко заныло, и я поняла, что Рэйвен снова приблизился.

– Мы восстановили больше половины схемы, а вторая часть логически вытекает из первой с несколькими вариациями. Их-то мы и опробуем. Так что не бойся, рыжая... – Он сжал пальцами мой подбородок и заставил поднять взгляд. – Возможно, уже через пару часов ты снова превратишься в чопорную архивистку, не знающую мучительного томления...

Затем нежно, почти невесомо коснулся губами щеки...

– ...жара, что облизывает кожу...

Прикусил мочку уха...

– ...страсти, что раздирает грудную клетку изнутри...

Поцеловал в шею... и ниже, ниже...

Я едва не задохнулась, когда Рэйвен провёл языком по моей ключице, и отпрянула, неистово скучая по своим закрытым архивным платьям. Это мне вот для таких забав гардероб обновили?

Принц не удерживал, только снова усмехнулся:

– Уверена, что не хочешь напоследок поддаться страсти? Удовлетворить все свои тайные желания, а потом оправдываться заклятьем? 

– Это не мои желания, – пропыхтела я, пятясь все дальше и судорожно оттирая с кожи его прикосновения. – И не твои.

– Кто сказал? – Рэйвен приподнял бровь и опёрся бедром о стол.

Надменность его раздражала, развеивая последние отголоски любовной магии, и с каждым новым шагом прочь от принца я всё сильнее злилась. Ему, похоже, переход от испепеляющего пламени к холодной саркастичности давался не в пример легче. Что там, Рэйвен явно не тяготился заклятьем, забавлялся даже, и странно, что до сих пор не попытался довести эти свои игры до конца. Сломать меня, как обещал в первый день в темнице.

Сломать так, что я сама буду просить добавки...

С другой стороны, он ведь и впрямь не пользовался случаем и своей властью надо мною – неизбежные касания и лёгкие подтрунивания не в счёт, – это ли не признак благородства?

Так на кого я злюсь?

«На себя, потому что согласиться на его предложение очень хочется...»

Я тряхнула головой, прогоняя непрошеные мысли, и... с размаху упёрлась в стену возле одной из дверей.

Моими стараниями в лаборатории стало гораздо просторнее, и теперь здесь можно было передвигаться, не снося стеллажи и не врезаясь в жуткие железяки, но, увы, размеры комнаты не увеличились, и пятиться бесконечно я не могла. А близость двери – той самой, за которой не столь давно упражнялась в гибкости тёмная циркачка – только разбередила воображение. Я вспомнила кровать, свечи, интимный полумрак, но вместо наглой девицы всем этим наслаждались...

– Я благодарна, – выпалила я, отступая от комнаты разврата и поднимая взгляд на Рэйвена.

Он уже успел обойти стол и усесться в кресло, и вполне вероятно, даже что-то мне сказал, но я прослушала. Плевать, повторит, если важно, а сейчас я должна... действительно должна выговориться.

– Ты мог оставить меня взаперти. Мог убить без разбирательств. Мог воспользоваться властью заклятья, но не стал. Так что да, я благодарна. И в ответ обещаю тоже ни при каких обстоятельствах не оборачивать эту насланную страсть против тебя. Разорвём мы сегодня круг или нет... прими мое слово.

Принц смотрел внимательно, не моргая, и складка меж его бровей становилась все глубже.

Я сглотнула и продолжила:

– Но если сегодня, завтра, в любой день ничего не получится – прошу, будь ко мне снисходителен. Наверное, мужчинам проще, для меня же испытывать подобное к абсолютному незнакомцу – дико. Это практически убивает меня, медленно и неотвратимо. Я не знаю тебя, не знаю, что ты любишь и что ненавидишь. Есть лишь внешность, титул и несколько брошенных фраз, потому...

Я замялась, и Рэйвен резко кивнул, избавляя меня от мучений:

– Я понял. – Затем помолчал немного и всё же не удержался от усмешки: – Ты, знаешь ли, тоже не открытая книга.

– Вот именно! – радостно подхватила я. – Мы чужаки. Так что давай не мучить друг друга понапрасну.

Он явно хотел что-то сказать, даже рот открыл, но в последнюю секунду передумал и только в очередной раз кивнул. Я в ответ слабо улыбнулась и бочком, чуть ли не по стеночке, держась подальше от принца, двинулась к своей комнате.

И уже почти скрылась за дверью, когда в спину прилетело:

– Я люблю ночной лес. Ненавижу яблоки. Отвратительно пою.

Я замерла и обернулась.

– Это на случай, если сегодня, завтра и в любой день ничего не получится, – добавил Рэйвен.

Сердце встрепенулось, ухнуло точно филин, и я захлопнула дверь.