Аскатон. Белая повелительница - Анастасия Тимощенко

Утром Ксенерва, еще с закрытыми глазами уловила знакомый аромат с нотками цитрусовых и розмарина, к ним примешивался знакомый мужской запах. Так пах Аймон.

«Аймон?»

Ксенерва резко открыла глаза и встретилась с серебристыми глазами, к которым она уже успела привыкнуть. Ее взгляд скользнул вниз, вдоль шрама и остановился на чувственных губах.

– Привет, соня. – Уголки его губ поползли вверх. – Вставай, нам уже пора.

– Сколько времени? – Подскочила Ксенерва.

– Солнце уже встало. – Размыто ответил Аймон. – И наша дочь кстати тоже.

– Где она? – Заволновалась Ксенерва.

«Почему она ко мне не пришла?»

– Она купается. Кажется, ей нравятся большие ванны.

Ксенерва, снова откинулась на подушки.

– Я не готова к этому дню.

– Вставай. Сейчас подадут завтрак. – Ксенерва, натянула одеяло. – И нам надо спешить на совет. Если ты помнишь, у нас насыщенный день.

– Угу… – Пискнула Ксенерва, но так и не пошевелилась.

– Не вынуждай меня идти на крайние меры.

Ответа не последовало. После насыщенного вечера и умопомрачительного полета, организм Ксенервы требовал такого же роскошного отдыха. И плевать она хотела на приказы этого демонического тирана.

Аймон вздохнул, стянул одеяло с девушки и взвалил ее себе на плечо. Ксенерва задергала ногами и заколотила Аймона по спине.

– Куда ты меня тащишь?

Аймон молча, вынес ее в коридор и, толкнув дверь напротив, вошел в какое-то помещение. Через стену волос, Ксенерве удалось разглядеть темные стены и огромную кровать со смятым красным одеялом. Аймон прошел мимо и вошел в следующую дверь. Когда он опустил ее на ноги, в ее голове промелькнуло: «Ванная». Но в следующую минуту, на нее уже обрушились потоки прохладной воды. Ксенерва завизжала и начала сыпать проклятьями, но Аймон уже скрылся за дверью. Чертыхаясь Ксенерва, словно мокрая кошка, вылезла из-под холодного душа. Стянув мокрую пижаму, она нашла полотенце и мужской черный халат. Наспех одевшись и обернув мокрые волосы полотенцем, Ксенерва выскользнула из ванной. Окинув беглым взглядом темные стены и смятую постель, застеленную красным бельем, она выдавила из себя лишь одно слово «преисподняя».

Выйдя в коридор, она столкнулась с девушкой Милой, что всегда приносила им обеды. Девушка катила пустую тележку. Увидев, как Кеси выходит из спальни Аймона, она покраснела и стыдливо опустила глаза, пробормотав скупое:

– Здравствуйте.

«Замечательно»

Ксенерва вихрем пронеслась в свою комнату, и, не обнаружив там Аймона, как ведьма на метле влетела в кухню, намереваясь придушить велординга пламенного легиона. Она жалела, что не умеет извергать пламя, когда увидела его довольную физиономию, но заметив, что с ним за столом сидит дочь – поумерила пыл.

– Приивет, мамма. – Сказала Алиида, прожевывая булочку.

– Привет, моя хорошая! – Поприветствовала дочь Ксенерва, но взглядом буравила Аймона.

Поцеловав малышку, она недовольная села за стол. Месть откладывается.

– Аймон, помог мне искупаться. – Сообщила, дочь.

«Он и мне помог», – подумала Ксенерва.

– Надо было разбудить меня, малышка. – Сказала Ксенерва, разрезая булочку с таким видом, будто этим ножом, пилит Аймону шею.

– Мне было не сложно. – Запротестовал Аймон. – А ты так сладко спала…

– И снился мне ниагарский водопад. – Перебила его Ксенерва. – Довольно реалистичный сон был.

На лице Аймона расползлась довольная усмешка. Он с интересом, смотрел в то место, где ворот его халата распахнулся. Ксенерва проследила за его взглядом и со злостью затянула ненавистный халат.

– Как провела вечер? – Спросила она у дочери.

– Сестренки Милы иногда говорят очень глупые вещи, но с ними очень весело. – Призналась Алиида. – Я бы хотела снова сходить к ним в гости.

– Ну, если тебе понравилось, то я ничего не имею против.

– А, можно они ко мне придут? У них не так много игрушек, как в моей спальне.

– Конечно, милая. – Сказала Ксенерва и обратилась к Аймону. – Кто будет сегодня присматривать за ней?

– Мать Милы. Она довольно опытная женщина, у нее много детей. – Ответил Аймон. – Думаю, она понравится Алииде.

– Надеюсь.

– Кстати твоя стычка с Данникой пришлась очень кстати. Рассерженная твоим поведением, она постаралась проинформировать как можно больше даймонов о том, что я не очень разборчив и влюбился в весьма сомнительную особу.

– Насчет твоей неразборчивости, не могу не согласиться. – Ответила Ксенерва. – Я так понимаю, что она успела побывать в твоей постели?

Ксенерва покосилась на дочь, не стоило говорить такое при ней, но слова сорвались, прежде чем она успела подумать. Алиида же и глазом не моргнула, продолжая уплетать завтрак.

– Ревнуешь. – Усмехнулся Аймон.

– Ревность еще надо заслужить. – Ответила Ксенерва. – Просто я удивлена твоей безвкусицей.

Их пикировку прервала Алиида.

– Я наелась. Пойду, порисую.

– Хорошо, Анна скоро придет к тебе. – Сказал Аймон. – Нам с твоей мамой нужно решить пару дел.

– Я знаю. – Сказала Алиида, скрываясь за дверью.

Аймон вопросительно покосился на Ксенерву.

– Что? – Вскинула она брови. – Меня и саму пугает, что она знает, кажется больше, чем я.

Ксенерва отпила кофе. Его злость на Аймона немного угасла, но все же она еще сердилась.

– Не. Делай. Так. Больше. – С расстановкой произнесла она.

– А то, что? Поколотишь меня? – Рассмеялся Аймон. – Если бы не Алиида, то я бы не ушел от твоего праведного гнева, да?

– А ты, значит, прикрывался ребенком, как последний трус? – Ксенерва сердито срывала кожуру с апельсина.

– Детка, я спасал твое же эго. Представь какого бы тебе было, когда вместо того чтобы наказать меня, ты оказалась бы на моих коленях, где я бы тебя и отшлепал.

– А если я тебя отшлепаю? – Огрызнулась Ксенерва. – Что будет с твоим эго?

– Хмм… Я совсем не против этого, если ты это сделаешь в более интимной обстановке.… Хотя идея отшлепать тебя, звучит заманчивее.

Ксенерва, не выдержала и запустила в Аймона долькой апельсина. Мужчина поймал ее перед своим лицом, и, изобразив неземное наслаждение, оправил в рот, после чего его губы расползлись в довольной улыбке. Ксенерва поймала себя на мысли, что ей нравится смотреть на Аймона, когда он так расслаблен. Лицо становилось приятнее и моложе, когда озарялось такой мальчишеской улыбкой. Даже шрам не привлекал внимание. Ксенерва ошибалась когда представляла, что в Варпе носят средневековые одежды, или вовсе бегают нагишом, как дикари. Сегодня Аймон изменил черному цвету, кремовый джемпер выгодно оттенял его загорелую кожу, подчеркивал широкие плечи и обтягивал накаченный торс. Он не отрывал от Ксенервы лукавого взгляда, что вызывало в ней смущение. Уткнувшись в тарелку, она рассеяно ковыряла вилкой лист салата.