Снежная Академия - Лика Верх

Смущение уступило место другому чувству.

— Это, наверно, не так весело, да? — тихо произнесла. — Видеть, как ваши студенты вырастают, умирают, их дети пишут вам, учатся и потом тоже уходят, и так веками... И те, кто возможно имел для вас большое значение... умирали... оставляя вас дальше проживать все то же... люди меняются, а суть остается, — закончила шепотом, с какой-то безнадежной тоской глядя на профессора.

Он не отводил взгляд, пока я не замолчала.

Мороз долго хранил молчание. Он пристально изучал мое лицо, следил за эмоциями.

От радости не осталось и следа. Ведь если подумать: волшебник, которого все дети любят и ждут, потому что он приносит радость, вероятно, глубоко несчастен.

— Прося вечной жизни люди не задумываются о минусах, — глубокий голос нарушил тишину. — К несчастью, их намного больше и не все они очевидны. Вы правы, Варвара. Это не так весело.

Тихий перелив колокольчиков и красное мерцание на снегу оповестили о новой порции писем. Два мятых конверта расположились на лапе пушистой ели.

Едва заметный жест и конверты пронеслись мимо меня.

— Возвращаясь к теме насущной, — строгость вернулась в голос профессор. — Первое о чем хочу сказать, так это о вашей искрометной речи на балконе. Липова, язык, полагаю, станет вашим злейшим врагом, если вы не научитесь его контролировать.

И возразить бы, да нечему! Прав ведь, прав. Я всегда говорила: мой язык слишком самостоятельный — мозг только подумал, а он, подлец, уже озвучил. Ну, а если без шуток... Хотя какие уж тут шутки!

— Совершенно с вами согласна, Мороз Морозович.

Скрыть неподдельное удивление профессору не удалось, а может он и вовсе не старался этого сделать. Судя по всему он ожидал услышать все что угодно, кроме согласия.

— Рад, что вы не отрицаете проблемы, — за ровным тоном невозможно ничего разобрать. — В чем причина вашего конфликта со студенткой Карповой?

— С... а, вот, значит, какая у нее фамилия... Кажется, ей не понравилось отсутствие метлы в моих руках.

— Это еще одна тема, о которой...

Шум, доносящийся из приемной, прервал Мороза.

Гневный голос секретаря звучал все отчетливее.

— Вас не вызывали!..

— Вы просто забыли, — донеслось приглушенно.

— Профессор занят!..

— Мне срочно надо...

— Что значит "срочно надо"?! Стоять!

Визитер, кем бы он ни был, явно стоять не собирался. Дверь распахнулась под крики: "Вы будете наказаны!"

На пороге стоял взволнованный Васильев, а за его плечом маячила голова секретаря. Столкнув его с прохода, она с претензией посмотрела на Мороза, будто он в чем-то виноват.

Профессор кивнул со скрытым предвкушением дальнейших событий.

Женщина выразила все свое недовольство в звуке: "Хм!", вздернула подбородок и захлопнула за собой дверь.

— Профессор, — заговорил Васильев, подходя к столу, — не отчисляйте Варю... то есть Липову... она вообще не виновата!

Мороз подался вперед, словно дождался лакомого кусочка пирога.

— В чем Липова не виновата?

Лис пошел багровыми пятнами.

— Ни в чем, — заверил он с таким серьёзным лицом, что я бы вот точно ему не поверила.

— Почему вы решили, что я собираюсь отчислить Липову?

Да, мне тоже интересно узнать.

— Эм... кхм... — нечленораздельно промычал Лис. — А вы не собирались?

— Пока нет.

Акцент на первом слове мне не понравился.

Улыбка расцвела на лице друга. Он заметно воодушевился.

— Я тогда пойду, там подожду, — он показал на дверь, но и шага сделать не успел.

— Куда же вы, Васильев? — усмехнулся Мороз. — Присаживайтесь. Вас здесь как раз не хватало. Банда нарушителей порядков в полном составе, — сурово, но не без удовольствия припечатал профессор.

Приговор близится неумолимо. Однако же в компании с Лисом намного спокойнее.