Ветер. Ножницы. Бумага - Нелли Мартова

– Мам, ну это же не главное, – улыбнулась Инга. – Не так ведь важно, как выглядит открытка.

– В ваших открытках все должно быть идеально – от внешнего вида до точности воздействия, и не забывайте о предохранителях.

– Расскажите лучше, как правильно подбирать бумагу, в смысле потока, – попросила Софья Надежду Петровну. – Она вся такая разная по ощущениям.

Инга бросила на Софью завистливый взгляд – ей пока не удавалось различать в материалах для скрапа тонкие оттенки.

– Ты тоже почувствуешь, – улыбнулась Софья. – Это очень просто. Вот смотри…

Софья протягивала Инге карандаш и чувствовала, как исходящая от нее энергия питает родную ноту надежной, крепкой силой. Инга брала карандаш и удивлялась: почему рядом с Софьей внутренняя радость вдруг приобретает сразу миллион неповторимых оттенков?

– Знаете, о чем я подумала? – спросила однажды на занятии Надежда Петровна.

Инга и Софья переглянулись и дружно помотали головами.

– Вам пора сделать собственную карусель. У вас двоих она получится совершенно особенной, интереснее, чем моя.

Инга облизнулась в предвкушении, Софья погладила ножницы. И тут раздался дверной звонок.

– Эмиль, – удивилась Софья, когда гость вошел в комнату.

Надежда Петровна нахмурилась.

– Здравствуйте, дамы.

Когда с приветствиями и дежурными вопросами было покончено, Магрин уселся на стул и сообщил:

– Надя, вы помните наш последний разговор? Вы мне кое-что пообещали.

Надежда Петровна молча кивнула.

– Инга, я знаю про ту открытку с башней, которую вы сделали для Софьи, – продолжил он.

– Не хочу об этом вспоминать, – поморщилась Инга.

– Я знал о ней с самого начала и все же хотел, чтобы она сработала. Мне нужно было понять, могу ли я доверить вам… В общем, теперь я вижу, что вы – отличная команда.

Софья обняла себя руками, Инга забарабанила пальцами по столу, только Надежда Петровна оставалась невозмутимой.

– Надя, раз уж вы тут даете уроки, я попрошу вас взять на обучение новичка, – сказал Магрин. – Я уверен, что из нее выйдет отличный скрапбукер, не хуже любой из вас. Но мне нужно, чтобы вы ее приняли и поддерживали так же, как друг друга.

– Это ребенок? – спросила Надежда Петровна.

– Сейчас увидите. Заходи, – крикнул он кому-то в коридоре.

Когда гостья вошла в комнату, ахнули все трое. И у всех троих промелькнула одна и та же мысль: «Как похожа!»