Повелительница драконов - Вольфганг Хольбайн

Она замолчала, и девочка тоже долго молчала. Наконец девочка встала и без слов протянула руку.

Женщина улыбнулась, взяла ее руку в свою и быстро, с теплотой, сжала ее.

— Как тебя зовут, малышка? — спросила она.

— Кара, — ответила девочка.

Это была неправда. Ее звали Каренин, но ей никогда не нравилось это имя — имя Кара она любила больше. Оно немного напоминало ей о Талли, и незнакомая женщина, похоже, это поняла, потому что она улыбнулась, но ничего не сказала, а без слов повернулась и пошла к опушке леса.

Когда они вышли из лесу, город уже перестал гореть. Теперь он был лишь кучей обуглившегося шлака, который даже не дымился.

Но Кара не обратила на него внимания. Она уставилась на двух драконов, приземлившихся на открытом пространстве между городом и лесом. Это были титанические, покрытые черной чешуей создания, исполненные дикости и силы, будто сама ночь опустилась на землю и распростерла свои крылья. Девочка даже не очень удивилась, скорее, потому, что у нее еще не прошли усталость и оцепенение.

К ним приблизилась какая-то фигура, крошечная по сравнению с черными титанами, но в действительности это был гигант весом фунтов в четыреста, напоминающий вертикально передвигающуюся черепаху.

— Это?..

— Это Хрхон, — сказала женщина. — Да.

Она улыбнулась, отпустила руку Кары и быстрым жестом остановила Хрхона, и тогда девочка пошла навстречу ваге.

— Вы их схватили? — спросила женщина.

Ее голос вдруг стал звучать жестко, жестко и холодно, и девочка испугалась. Женщина сразу показалась совершенно другой, хотя произнесла только эти несколько слов.

— Дах, — ответил вага. — Драконых Сатаких настиглих ихх незадолгох дох тогох, какх оних добралисьх дох пропастих.

— Всех?

— Всехх, — подтвердил Хрхон. Он сделал шаг в сторону, чтобы взглянуть на Кару. — Онах однах? — просипел он.

Женщина кивнула.

— Единственная уцелевшая. Все остальные погибли. Но мы заберем ее с собой — конечно, если она того хочет. — Женщина повернулась, серьезно посмотрела на Кару и указала на драконов. — Хочешь научиться летать на них?

Кара молчала. Она впервые увидела лицо незнакомки при ярком свете. Это была маска из шрамов и обгоревшей кожи.

— Тых можешьх спокойнох идтих сх намих, — сказал Хрхон. — Тамх, гдех мых живемх, многох детейх.

Он попытался улыбнуться и, конечно, не смог, и в тот же момент Кара представила себе, каково это — расти рядом с этим большим добродушным гигантом, летать на драконе, видеть все те чудеса, о которых она слышала этой бесконечно долгой ночью. Мысль ей понравилась. И все же это не было истинной причиной, заставившей ее кивнуть.

Действительную причину она осознала лишь позже, когда сидела рядом с Ангеллой и Хрхоном на спине дракона и ощущала бьющий в лицо ледяной поток воздуха. Гигант расправил крылья и взмыл высоко в небо, и лес, и река, и сгоревший город исчезли в глубине, став цветным пятном на бесконечной равнине, раскинувшейся глубоко, бесконечно глубоко под ними.

Но Кара не смотрела вниз. В то время как черные крылья дракона хлестали воздух и уносили ее навстречу новой родине и новой жизни, она смотрела на север, туда, где лежала пропасть, а за ней, на невообразимом расстоянии, другие континенты, такие же большие, как и этот, другие миры, населенные другими людьми.

И вдруг она поняла, что однажды она увидит и другие миры. Когда-нибудь она сама полетит туда на спине дракона, чтобы сделать все, что сможет, для выполнения обещания, данного Ангеллой Талли, — завершить ее месть и окончательно выиграть битву с древним врагом.

И она знала, что они победят. Может быть, битва действительно продлится еще сто тысяч лет, но в конце концов они победят.

Просто потому, что они люди.