Мир проклятий и демонов - Микки Хост

–Какой хороший удар!..– похвалил Магнус, проверяя, не сломан ли у него нос.

–Ты так думаешь?– равнодушно спросила Клаудия, бессильно опуская плечи.

Внутри нее бушевали тысячи эмоций, которым не было точного названия, но даже самые сильные из них – радость и облегчение – не могли овладеть ей целиком. Всегда, в любой ситуации, Клаудия была собрана и решительна. Настолько, что, поначалу приняв Магнуса за тварь, врезала ему разделочной доской по лицу.

–Люблю, когда прелестные дамы почти ломают мне нос,– пробормотал рыцарь.

Пайпер нервно рассмеялась. Клаудия с первой секунды поняла, что сПервой не все в порядке, но до сих пор не могла назвать точной причины. Она была бледной, что с ее смуглой кожей выглядело нехорошо, и напуганной. На правом виске алел порез и засохшая кровь, щеки блестели, будто Пайпер недавно плакала, верх платья, штаны и сапоги испачканы кровью тварей. Но сильнее всего Клаудию волновал Нотунг, висевший уПайпер на поясе.

–Как вы нашли меня?– спросила ведьма мертвых.

–Золотце постаралась,– Магнус улыбнулся и указал на Первую, все еще нервно смеявшуюся и наблюдавшую, как золотое пламя поглощает кухню: за ней прятались белые стены, полы и потолки.– Лерайе что-то там намудрила с их Силой, и теперь, кажется, Золотце чувствует, где остальные.

–Тогда где Третий? Почему Нотунг у тебя?

–Не знаю,– тихо ответила Пайпер.– Когда я очнулась, его рядом не было. Только меч.

–Прекрасно. И где прикажешь его искать?

–Спокойнее, Клаудия,– вмешался Магнус.– Он взрослый сильный мальчик и не даст себя в обиду. Для начала найдем Стеллу сЭйкеном и всех остальных.

Всегда, в любой ситуации, Клаудия была собрана и решительна, но эта Башня так долго истязала ее, что девушка начинала сдаваться. Страх и отчаяние душили, неизвестность пугала, повторяющиеся события доводили до истерики. Клаудия не представляла, благодаря чему до сих пор держится на ногах.

–Дамы,– продолжил Магнус, почему-то снова ощупывая свой нос,– как насчет того, чтобы прогуляться по Башне?

Пайпер рассмеялась еще громче. Клаудия сощурилась, по-глупому надеясь, что именно сейчас наконец поймет, что с ней не так, но на ум ничего не приходило. Магнус положил руки на плечи Первой и настойчиво подтолкнул вперед. Девушка помедлила, вглядываясь в его лицо, и только после утвердительного кивка сделала первый шаг. Ее пальцы мгновенно легли на рукоять Нотунга.

–Не будь такой строгой,– шепнул Магнус Клаудии, позволив Пайпер отдалиться всего на два метра. Золотое пламя поглотило дом Клаудии, и теперь их окружала белоснежная пустота, не считая массивных белых колонн, державших такой же белый потолок. Нападение из любого места этого длинного коридора они заметили бы сразу же.

–Я не строгая.

–Не знаю, что было сЗолотцем, но она почти убила одного из них. Жаль, что не вышло, зато она убила всех остальных тварей, пытавшихся убить нас. А потом разрыдалась.

Клаудия удивленно вскинула брови, уставившись на него. Магнус кивнул с серьезным лицом. Ведьма мертвых перевела взгляд на Пайпер, стучавшую пальцами по рукояти Нотунга и оглядывавшуюся по сторонам, будто ища опасностей.

–Я едва сумел успокоить ее,– немного понизив голос, продолжил Магнус.– Я… я думал, что потеряю ее.

Клаудия невольно фыркнула, закатив глаза. Магнус сильно привязался кПайпер, раз придумал ей глупое прозвище и позволил взять свой кинжал, и потому его слова о страхе потери были серьезным заявлением. Магнус никогда не болтал о своих страхах просто так.

–Теперь-то она в порядке?

–Я не знаю.

Рычащие бесформенные твари начали неожиданно выползать из-под треснувших плит у них под ногами. Пайпер подняла руки и сжала кулаки. Золотое пламя мгновенно охватило тела темных созданий и, казалось, проникло под кожу, в мышцы и кости быстрее, чем Клаудия успела хотя бы моргнуть. Те твари, что сумели сбить пламя или избежали первой атаки, ринулись на них, топча своих собратьев. Магнус рванул вперед, оттолкнув Клаудию в сторону, и почти замахнулся на первую тварь, оказавшуюся на пути, как она рассыпалась в прах, а следом за ней – другие, стонущие, визжащие и рычащие. Твари рвались к ним, царапали невидимые преграды, не подпускавшие ближе, умирали от огня, ни на секунду не утихавшего.

–Ох, Золотце,– с чрезмерным энтузиазмом сказал Магнус, когда последняя из тварей, еще сопротивлявшаяся, сдалась под напором магии сакри,– оставила бы мне хоть одну. Я тоже хочу покрасоваться!

Клаудия не считала это слово подходящим. Пайпер выглядела так, словно…

–Магнус!

Она бросилась к нему и повалила на пол, и очень вовремя: магия Пайпер острым лезвием рассекла место, где только что стоял Магнус. Что-то очень громко треснуло.

Клаудия осторожно приподняла голову и заметила зеркала. Пол, стены, колонны, потолок – все было в зеркалах. Они были даже в воздухе, будто держались на невидимых креплениях. Большие и маленькие, мутные и идеально начищенные, в золотых рамах, серебряных, металлических, деревянных, с резьбой или без нее. Казалось, будто здесь были собраны все зеркала Диких Земель.

Клаудия пригляделась: там, куда Пайпер направила свою магию, между двумя вытянутыми зеркалами было пусто. Многочисленные осколки и разбитая рама лежали на полу и на других зеркалах.

–Выходи!– крикнула Пайпер, медленно разглядывая окружившие их зеркала.– Иначе сломаю тут все.

Сначала Клаудия почувствовала, как по коже побежали мурашки, и только после услышала глубокий женский голос откуда-то сверху:

–А ты смелая, да?

–Спроси уУалтара. Я сожгла ему половину лица. Думаю, он знает ответ на твой вопрос.

Пайпер вскинула руку. Золотая вспышка врезалась в зеркало на полу, находившееся ближе всего кКлаудии иМагнусу. Девушка прикрыла лицо, когда осколки брызнули во все стороны, но успела заметить пятна красного и черного, отразившиеся в зеркалах. Должно быть, это была кровь твари, управлявшей этим кошмаром.

Магия вспыхивала ярко, быстро, яростно, ударяя по зеркалам в совершенно случайных местах, и давила так сильно, что они распадались на тысячи режущих осколков практически сразу. Клаудия иМагнус наконец сумели подняться, но тут же отшатнулись, когда под их ногами стали разбиваться зеркала.

Гулкий женский смех звучал под потолком до тех пор, пока все зеркала не были уничтожены.

–Слушайте мое проклятие, смертные создания,– раздалось будто со всех сторон одновременно.– Тот, кто убьет меня, убьет и себя.