Румо, или Чудеса в темноте - Вальтер Моэрс

Итак, шла война между естественным кровообращением Ралы и искусственно созданной машиной смерти генерала Тиктака, война между двумя сложными системами сосудов, между плотью и металлом. На службе у Тиктака состояли микробы, бактерии, вирусы и яды, у Ралы — белые и красные кровяные тельца. Никто и никогда еще не видывал столь ожесточенной, беспощадной и кровопролитной битвы между болезнью и здоровьем, какая разыгрывалась в теле Ралы.

ВОДЯНОЙ ГРОТ

Выбравшись из пещеры фрауков, Румо, Укобах и Рибезель очутились в огромном тоннеле, шедшем немного под горку. Сюда вполне уместились бы даже самые громадные из двенадцатилапых чудовищ. Румо то и дело оглядывался: не преследуют ли их фрауки. Вскоре путники вошли в голубую пещеру. С потолка непрерывно падали капли. Посередине раскинулось озеро с кристально чистой водой.

— Водяной грот, — объявил Укобах. — Вода течет из родника, ее можно пить. Отдохнем, но недолго: тут часто останавливаются те, кто держит путь из Туман-города в Бел.

При упоминании Туман-города Румо насторожился, но расспрашивать не стал. Ему хотелось лишь пить и умыться — остальное его сейчас мало интересовало. Путники подошли к озеру и стали смывать с себя слизь фрауков. Рибезель даже искупался, сняв воронку и бочонок.

— До сих пор не верится, что мы вышли живыми из пещер фрауков, — крикнул он, бултыхаясь в прохладной воде.

— Один из них меня чуть не сожрал, — буркнул Укобах.

— А Румо спас тебе жизнь! — подхватил Рибезель, лежа в воде брюшком кверху.

— Если бы не он, меня бы не засосало в хобот! — возразил Укобах. — А теперь фрауки наверняка пустились в погоню. А уж когда алхимики во время обхода увидят, что мы натворили в пещере, за нами пошлют целое войско. Мало того, что мы государственные преступники, так еще и на фрауков напали. Мы давно покойники, только похороны что-то откладываются. Спасибо нашему новому другу! — Укобах язвительно уставился на Румо.

Румо смущенно потупился.

— Некогда тут торчать, — сказал он. — Надо идти.

— Кстати, куда дальше-то? — поинтересовался Укобах. — Где твой хваленый потайной ход, Рибезель?

Рибезель выбрался на берег и влез в бочонок.

— Нужно обойти Бел кругом, — заявил он, — не то нас сцапает стража. Тут рыщут патрули на фрауках, черные следопыты, солдаты и всякий сброд. А пойдем мы через угольные водопады.

— Через угольные водопады? — поперхнулся Укобах. — Ты спятил?

— Угольные водопады? — переспросил Румо.

— Глубоко под Белом текут реки черной угольной воды. Оттуда можно попасть в канализацию. Так сказать, мы войдем в Бел через подвал. Дорога трудная, но это единственный способ незаметно пробраться в город.

— Это безумие, — вздохнул Укобах. — Приближаться к угольным водопадам равносильно самоубийству.

— Отлично, — сказал Румо. — Идем.

ПУЗЫРЕК

Генерал Тиктак был растерян. Дело пошло совсем не так, как представлялось ему в самых сладких мечтах. Вместо виртуозного концерта — жалкие потуги с постоянными заминками.

Целыми днями не отходил он от медной девы, вертел краны и вентили, впрыскивал настойки и яды, заражал Ралу вирусами, надеясь сломить ее волю и загнать обратно в мозг. Ему не терпится расспросить пленницу о смерти, а та упорно избегает допроса. Он закупоривал вены, закачивал в них зелья, натравливал на жертву все новые бактерии, применял сильнодействующие газы и даже электрошок — все напрасно.

Наконец, бросив вентили, генерал воздел руки кверху. Из окон башни вновь раздался его яростный крик, заставивший жителей Бела содрогнуться. В последнее время им часто приходилось слышать этот крик.

Метнувшись к шкафу с зельями, генерал распахнул дверцу. Помедлив немного, Тиктак, дрожа от нетерпения, сунул руку в глубь шкафа и вынул пузырек, который несколько дней назад уже доставал. Он вновь прочел надпись: