Тирания Ночи. Книга 1. Орудия Ночи Звезды новой фэнтези - Глен Кук

– Они точно не знают о существовании этой системы стоков? – спросил Элс.

– Даже твои дэвские пленники о ней не знали, – откликнулся Бронт Донето. – Ее построили еще в древности, когда Кассина считалась одним из важнейших городов в Древней Империи.

– Пайп, прощеньица просим, – встрял неожиданно возникший на пороге Пинкус. – Полковник, принципат, мы только что узнали: прамане собрали в Аль-Хазене всех иноверцев.

Элс переглянулся с Донето.

– Неужели догадались, что дэвы помогают нам?

– Как раз дэвы и сообщили об этом, – пояснил Пинкус.

– Кого-нибудь казнили? Они… Прости, Пинкус, я знаю: пока рот не закроешь, новости не узнаешь.

– Ну, ты, может, и узнаешь. Ты ж у нас весь такой особенный. Но новостей-то больше никаких и нет. Никто не знает, что сделают с пленниками. В городе стычки.

– Плохо, что мы заранее не спланировали атаку через сточный канал, – вздохнул Донето. – Можно было бы ударить прямо сейчас, пока все внимание обращено на другое.

Позволят ли жители Кальзира покарать своих же соседей-иноверцев?

Вполне возможно, позволят.

– Интересно, – вмешался Грейд Дрокер. – Но какое это имеет отношение к нам? Давайте займемся насущными делами. Смогут наши солдаты проникнуть внутрь и открыть ворота или прикончить праманских главнокомандующих?

– Пусть дэвы, и наши и кальзирские, все разузнают, – велел Элс Пинкусу, а потом обратился к остальным: – Возможно, тут что-то затевается. Где этот канал выходит на поверхность?

Дэвы из Аль-Хазена принесли им отличные карты – настолько подробные, что у некоторых зданий даже были прорисованы ступеньки на крыльце.

– Точно не знаю, – отозвался Горт.

– Вы уверены, что прамане не знают об этом канале? – спросил Дрокер Бронта Донето и Дивино Бруглиони. – Я бы на их месте устроил там ловушку.

Волшебник еще больше ослаб и теперь передвигался только на носилках, зато при этом стал почти нормально разговаривать. Элс думал, что до весны Дрокеру не дотянуть, и сам не знал, печалит его это или радует. Волшебник сделался его покровителем, а с помощью такого человека можно подобраться к самому Гонарио Бенедокто.

Почему в Аль-Хазене арестовали всех иноверцев, стало ясно почти сразу же: бо́льшую часть просто-напросто выставили из города, чтобы избавиться от лишних ртов и свалить эту обязанность на осаждающих. Вместе с иноверцами выгнали преступников, проституток и тех стариков, за которых некому было вступиться.

Вскоре после этого дринджерийцы и люсидийцы начали выгонять и молодых, способных сражаться праман – тех, в чьей преданности сомневались.

Дозорные Элса окружили сбившихся в небольшие группки озлобленных изгнанников и предложили расквитаться с обидчиками.

– Осторожнее, Хект, – предупредил Грейд Дрокер. – Такое случалось в Святых Землях. Среди этих беженцев наверняка есть вражеские шпионы.

– Я запомню.

– Нет, я не забыл о своем обещании, – ответил Элс Рогозу Саягу.

Они бродили в темноте между дозорным домом и лагерем.

– Я спросил лишь потому, что, по словам Сольни, дону становится все хуже.

– Эта обязанность лежит на мне тяжким грузом. Обязанность есть обязанность.

– Но.

– Вот именно.

– Понимаю. Ты теперь чуть ли не самая важная персона в этом священном походе.

– Не знаю. Я родился не в том месте и не в то время. Несомненно, будь я законченным мерзавцем, способным убить собственного отца и продать сестер в бордель…

Один из древнебротских героев поступил именно таким образом.

– Жители Брота не особенно отличаются от других людей, – зло усмехнулся Рогоз. – Просто известными становятся как раз те, кто совершает самые мерзкие мерзости.

– Видимо.

– Я просто спрашиваю. Дон умирает.

– Кого из Бруглиони дон уважает больше прочих, как думаешь?

– Принципата. Дивино был почти так же близок к Драко, как и Фрейдо.

– Логично. Но сейчас мы на войне.

А значит, потеря важного члена коллегии сыграет на руку врагам Брота.

– Ясно. Я просто проверял, помнишь ли ты про моего отца и дона.

– Не волнуйся. Об их щедрости я не забуду.

Их окликнул часовой, и Элс прокричал в ответ отзыв.

– Эгей! Пайп, ты ли это, старый проныра?

– Привет тебе, Бо Бьогна. Бо, это капитан Саяг из клана Арньена. Бо был вместе со мной и капитаном Гортом в Коннеке. Мы все вместе потащились туда вслед за Грейдом Дрокером. Бо – хороший парень, я даже слыхал, из него временами получается неплохой солдат.

Бо успел возмужать с момента их последней встречи.

– Спасибо, Пайп. В смысле полковник.

Элс уже было собирался вернуться в уютный домик, где раньше располагалась виноградная давильня, а теперь Поло обустроил отличное жилье, но тут на него налетел Бронт Донето с несколькими членами коллегии.

– Принципат, я помню, что премного вам обязан и что вы рьяно отстаиваете интересы нашей веры, но прямо сейчас ничем вам помочь не смогу. Я страшно устал, и мне срочно нужно поспать.

– Прости, – отозвался Донето. – Тут выяснялись новые важные факты. Мы разглядели все лишь час назад. Быть может, здесь и сейчас действуют иные силы – речь идет уже не об извечном противостоянии двух религий.

Элс с трудом сдержался, чтобы не назвать принципата мешком с верблюжьим навозом.

– Вы изъясняетесь чересчур расплывчато.

– Если говорить все как есть, Хект, то на востоке, рядом с императорским лагерем или прямо в нем, скрывается некая могучая сущность. Вполне возможно, это зрелое и самостоятельное Орудие Ночи, и оно живо интересуется нынешними событиями.

– Принципат, я туго соображаю и не понимаю, что вы имеете в виду.

– Помнишь то создание в Оунвидийской теснине? Тогда мы спаслись только потому, что ты вовремя сообразил разбудить меня.

– И что?

– Так вот, сила, притаившаяся поблизости, возможно даже в лагере императора… По сравнению с ней тот богон покажется ручным хорьком.

Элс удивленно уставился на Донето, спрашивая себя, не сошел ли тот с ума?

– В такие времена, полковник, – продолжал Бронт, – проверяется на прочность вера самых преданных последователей господа нашего. То создание примитивные народы сочли бы божеством.

Элс кивнул, пожал плечами и отчего-то поежился.

– И зачем вы говорите мне об этом?

– Затем что, нравится тебе это или нет, нам придется иметь дело с этой сущностью. Тебе и мне. Если она действительно проявляет интерес к этой войне.