Тарнсмен Гора - Джон Норман

– А быть справедливым - это по-человечески? - спросил Мул-Ба-Та.

– Иногда, - ответил я.

– Хорошо, - сказал Мул-Ал-Ка.

– Мы хотим быть людьми, - сказал Мул-Ба-Та.

– Не поучишь ли ты нас как-нибудь быть людьми? - спросил Мул-Ал-Ка.

Транспортный диск летел вперед, некоторое время мы все молчали.

– Не уверен, что я знаю это сам, - сказал наконец я.

– Должно быть, это очень трудно, - заметил Мул-Ал-Ка.

– Да, - подтвердил я, - трудно.

– А царь-жрец должен учиться быть царем-жрецом? - спросил Мул-Ба-Та.

– Да, - сказал я.

– Это, должно быть, еще трудней, - сказал Мул-Ал-Ка.

– Вероятно, - ответил я. - Не знаю.

Я по изящной дуге подвел диск к одной из стен туннеля, чтобы избежать столкновения с крабообразным животным, покрытым множеством перекрывающих друг друга пластин, потом снова свернул, чтобы не столкнуться с прогуливающимся царем-жрецом, который вопросительно поднял антенны, когда мы пронеслись мимо.

– Тот, что не царь-жрец, это мэток, - торопливо заметил Мул-Ал-Ка, - его зовут тус и он питается спорами грибов.

– Мы знаем, что тебя такие вещи интересуют, - добавил Мул-Ба-Та.

– Да, - сказал я. - Спасибо.

– Пожалуйста, - ответил Мул-Ал-Ка.

– Да, - согласился Мул-Ба-Та.

Некоторое время мы двигались молча.

– Но ты ведь поучишь нас быть людьми? - спросил Мул-Ал-Ка.

– Я сам это не очень хорошо знаю.

– Но ведь лучше нас, - сказал Мул-Ба-Та.

Я пожал плечами.

Диск двигался по туннелю.

Я думал, возможен ли тут маневр.

– Держитесь! - сказал я и, поворачиваясь, развернул диск, так что он сделал полный оборот и продолжал двигаться в прежнем направлении.

Мы все с трудом удержались на ногах.

– Замечательно! - воскликнул Мул-Ал-Ка.

– Очень умело, - похвалил Мул-Ба-Та.

– Никогда не видел, чтобы цари-жрецы так делали, - сказал Мул-Ал-Ка с почтительным страхом в голосе.

Я думал, можно ли совершить такой маневр на транспортном диске, и теперь был доволен: можно. В то время мне не пришло в голову, что я чуть не сбросил с диска своих пассажиров, да и сам едва не упал.

– Хотите попробовать управлять диском? - спросил я.

– Да! - сказал Мул-Ал-Ка.

– Да, - подхватил Мул-Ба-Та, - очень хотим!

– Но вначале ты нам покажешь, как быть человеком? - спросил Мул-Ал-Ка.

– Как ты глуп! - насмехался Мул-Ба-Та. - Он нам уже показывает.

– Не понимаю, - сказал Мул-Ал-Ка.

– Значит, не ты синтезирован, - заметил Мул-Ба-Та.

– Может быть, - согласился Мул-Ал-Ка. - Но я все равно не понимаю.

– Как ты думаешь, - свысока спросил Мул-Ба-Та, - может ли царь-жрец поступать так глупо?

– Нет, - ответил Мул-Ал-Ка. Лицо его прояснилось.

– Видишь, - сказал Мул-Ба-Та. - Он учит нас быть людьми.

Я покраснел.

– Поучи нас еще, - сказал Мул-Ал-Ка.

– Говорю вам, я сам много не знаю, - ответил я.

– Если узнаешь, скажи нам, - это Мул-Ал-Ка.

– Да, пожалуйста, - подтвердил Мул-Ба-Та.

– Хорошо.

– Это справедливо, - сказал Мул-Ал-Ка.

– Да, - согласился Мул-Ба-Та.

– А тем временем, - Мул-Ал-Ка с неприкрытым восхищением смотрел на управляющие полосы диска, - поучимся водить этот диск.

– Да, - сказал Мул-Ба-Та, - нас это вполне устраивает, Тарл Кабот.

* * *

Я не возражал против того, чтобы проводить время с Сармом: он мне сообщил о рое гораздо больше, чем я за такое время смог бы узнать сам. С ним я получал доступ в такие районы, куда бы меня одного не пропустили.

Одним из таких мест был энергетический центр, гигантская установка, откуда энергия передавалась на многочисленные механизмы и работы.

– Иногда это называют Домашним Камнем Гора, - сказал Сарм, когда мы шли по длинной извивающейся металлической спирали снаружи одной стены огромного прозрачного голубого купола. Под куполом размещалось сверкающее, испускающее голубоватое свечение большое сетчатое полушарие.

– Конечно, аналогия неточна, - продолжал Сарм, - потому что в рое нет никакого домашнего камня. Домашние камни характерны для варварских городов человеческих обитателей Гора.

Я почувствовал раздражение. В городах Гора к домашним камням относятся очень серьезно. Человек может потерять жизнь, если не встанет почтительно при упоминании о домашнем камне города, а Сарм отзывается о нем так пренебрежительно.

– Тебе трудно понять любовь человека к своему домашнему камню, - сказал я.

– Странный культурный феномен, - заметил Сарм. - Я его прекрасно понимаю, но нахожу нелепым.

– В рое нет ничего подобного домашнему камню? - спросил я.

– Конечно, нет, - ответил Сарм. Я заметил еле заметное подергивание передних конечностей, но роговые лезвия не обнажились.

– Впрочем, у вас есть Мать, - невинно заметил я.

Сарм остановился на узкой металлической спирали, опоясывающей огромный купол, выпрямился и повернулся ко мне. Одним движением передней конечности он мог сбросить меня вниз, на несколько сот футов, к неминуемой гибели. Мгновенно его антенны прижались к голове, выскочили роговые лезвия, но тут же антенны снова поднялись, а лезвия скрылись.

– Это совсем другое дело, - сказал Сарм.

– Да, другое, - согласился я.

Сарм несколько мгновений смотрел на меня, потом повернулся и пошел дальше.

Наконец мы достигли вершины большого голубого купола, и я увидел прямо под собой сверкающее сетчатое полушарие.

Голубой прозрачный купол находился под другим куполом, каменным, и в нем я увидел множество переходов, инструментальных панелей и механизмов. Тут и там расхаживали цари-жрецы, поглядывая на шкалы, время от времени поворачивая ручки своими хватательными крючками.

Я решил, что этот купол - какой-то реактор.

Посмотрел на полушарие под нами.

– Итак, это источник могущества царей-жрецов.

– Нет, - сказал Сарм.

Я посмотрел на него.

Он притронулся своими передними конечностями к трем местам по обе стороны груди и к одному за глазами.

– Здесь, - сказал он, - истинный источник нашего могущества.