Охотники за костями. Том 1 - Стивен Эриксон

– Вы не считаете, – продолжил Быстрый Бен, усаживаясь, – что есть некоторое значение в разнообразии поданного нам угощения? – Он взял белоснежный кубок и налил себе паранского белого. – Или это лишь чисто упадническое стремление к избыточности, в которое нас ткнули носом?

– У меня с носом всё в порядке, – заявил Ураган, склонил голову набок и выплюнул кость. – Ох, боги, я бы вообще всё тут сам мог съесть! Может, даже и съем.

Вздохнув, Калам присоединился к ним за столом:

– Ладно, по крайней мере, теперь у нас есть время, чтобы всё обсудить. – Убийца подметил, что чародей с подозрением покосился на Урагана. – Расслабься, Бен. Сомневаюсь, что Ураган хоть что-то услышит – он же так чавкает!

– Ха! – расхохотался фаларец, так что кусочки мяса полетели через стол, и один из них плюхнулся в кубок мага. – Мне до Худовых носков все ваши заносчивые выходки! Хотите болтать – болтайте до посинения, вас слушать – только время зря терять!

Быстрый Бен нашёл серебряную вилочку для мяса и аккуратно выловил в своём кубке кусочек оленины. Затем чародей осторожно отхлебнул, скривился и вылил вино. Заново наполняя кубок, он сказал:

– Впрочем, я не так уж уверен, что Ураган не важен для нашего разговора.

Рыжебородый солдат поднял взгляд, маленькие глазки сощурились, в них внезапно появилась тревога.

– Да я бы не мог стать неважнее, даже если бы очень старался, – прорычал он и снова потянулся к бутылке красного.

Калам смотрел, как ходит вверх-вниз его кадык, пока вино глоток за глотком лилось в ненасытную утробу.

– Дело в мече, – произнёс Быстрый Бен. – Он принадлежал т'лан имассу. Как же этот клинок оказался у тебя, Ураган?

– О, сантос! В Фаларе только бедняки едят эту мерзкую рыбу, а картульцы её за лакомство почитают! Кретины.

Морпех принялся выковыривать красноватую, маслянистую плоть из глиняной скорлупы.

– Его мне дали, – сказал он, – на хранение.

– Кто-то из т'лан имассов? – уточнил Калам.

– Так точно.

– Значит, он собирается вернуться за своим мечом?

– Да, если сможет.

– Но зачем т'лан имассу отдавать тебе свой меч? Они своими клинками обычно пользуются – и часто.

– Но не там, куда он собрался, убийца. А это что? Птица какая-то?

– Да, – подтвердил Быстрый Бен. – Рябчик. Так куда же собрался этот т'лан имасс?

– Рябчик. Это что вообще – какая-то странная утка? Он поднялся в большую рану на небе, чтобы её запечатать.

Чародей откинулся на спинку стула:

– В таком случае, в ближайшее время его ждать явно не стоит.

– Ну, он взял с собой голову тисте анди, и эта голова была ещё жива – только Истин это заметил, а остальные т'лан имассы прошляпили, даже заклинательница. Крылышки махонькие – удивляюсь, как он вообще летал? Явно не слишком хорошо, раз его поймали!

Ураган допил грисийское и отбросил пустую бутылку в сторону. Она глухо упала в пыль. Затем Ураган потянулся за напанским «Белаком».

– Знаете, в чём с вами беда? С обоими? Я расскажу. Разложу по полочкам. Вы оба слишком много думаете, и думаете, что, думая столько, до чего-то дельного додумаетесь, – да только шиш вам. Смотрите, всё просто. Если вам поперёк дороги встанет что-то гадкое – убивайте, а когда убьёте, можно перестать об этом думать, вот и всё.

– Любопытная философия, Ураган, – проговорил Быстрый Бен. – Но что если это «гадкое» слишком многочисленно, слишком велико или даже пострашней тебя?

– Тогда надо его подрубить под правильный размер, маг.

– А если не выходит?

– Тогда найди кого-то другого, кто сможет. Может, они друг друга убьют да и дело с концом. – Морпех взмахнул полупустой бутылкой «Белака». – Думаете, можно разновсякие планы придумывать? Дураки! В задницу засуньте свои планы!

Калам улыбнулся Быстрому Бену:

– Сдаётся мне, Ураган дело говорит.

Чародей нахмурился:

– Что? Вот прямо так и засунуть?

– Нет. Найти кого-то другого, кто за нас сделает чёрную работу. Мы ведь в этом давно поднаторели, а Бен?

– Только это становится всё труднее, – проворчал Быстрый Бен, поднимая взгляд на небесную цитадель. – Ладно, дайте подумать…

– Ну всё, теперь нам конец!

– Ураган, – сказал Калам, – ты пьян.

– Вовсе и не пьян. От двух-то бутылок вина не опьянеешь. Урагана так просто не возьмёшь!

– Вопрос вот в чём, – проговорил чародей. – Кто в первый раз одолел к'чейн че'маллей? И жива ли по сей день эта сила? Когда мы получим ответы на эти…

– Повторяю, – прорычал фаларец, – вы только болтаете, болтаете, болтаете, а толку никакого.

Быстрый Бен развалился на стуле и потёр глаза:

– Ладно. Хорошо. Давай, Ураган, покажи нам, как надо.

– Первое: вы с чего-то вообразили, что эти ящеры вам враги. Третье: если легенды не врут, эти ящеры сами себя одолели, так какого же Худа вы подняли панику? Второе: адъюнкт хочет знать всё о них, куда они собрались, зачем и всё такое. Так вот, летучие крепости никуда не спешат, и мы уже точно знаем, что у них внутри, так что свою работу мы сделали. Вы, дураки, хотите внутрь вломиться – зачем? Да вы же не представляете даже, зачем. И пятое: ты белое допивать будешь, маг? Потому что я к этой рисовой моче даже не притронусь.

Быстрый Бен медленно сел ровнее, а потом подтолкнул бутылку Урагану. Калам решил, что маг не мог бы более явно признать своё поражение.

– Доедайте, – бросил он, – и выберемся с этого треклятого Пути, вернёмся к Четырнадцатой.

– И ещё кое-что, – сказал Быстрый Бен, – я хотел обсудить.

– Валяй, – великодушно бросил Ураган, взмахнув ножкой рябчика. – Ураган тебе все ответы даст – ещё как!

– Я слыхал… о том, что одна группа сопровождения малазанских суден схлестнулась со странными кораблями около Генийского побережья. Судя по описанию, это были тисте эдуры. Ураган, этот ваш корабль, как он назывался?

– «Силанда». Мёртвые серокожие парни, все порублены на палубе, а капитана в каюте насквозь прошили, прибили гарпуном к его треклятому креслу в каюте, – нижние боги, какой же силы рука его метнула…

– И головы… тисте анди.

– Тела внизу остались, на вёслах.

– Эти «серокожие парни» – тисте эдуры, – сообщил Быстрый Бен. – Не знаю, стоит ли это сводить, но что-то они меня тревожат. Откуда пришёл флот эдуров?

Калам хмыкнул, затем сказал:

– Мир большой, Бен. Откуда угодно они могли явиться, шторм их с курса сбил, или это была какая-то разведывательная экспедиция.