Полночный прилив - Стивен Эриксон

– О чем ты вообще, Странник тебя возьми? – воскликнула Шанд.

– Я хочу сказать, что нельзя без зазрения совести обрушить экономику, пока не станет ясно, как пойдет война.

– Без зазрения совести? Да плевать! Мы хотели мести. Летери вот-вот уничтожат еще один народ, и я намерена их проучить!

– Тисте эдур рано списывать со счетов. Главная задача сегодня – эвакуировать нищих и задолжавших нереков, фараэдов и тартеналов на мои острова. Остальное подождет. Должно подождать, пока я не дам команду.

– Ты нас предаешь!

– Не предаю и не иду на попятную. Я не слеп и понимаю, что моя цивилизация, несмотря на заявления о праведности и неподкупной честности, построена на стремлении к наживе.

– С чего ты взял, что тисте эдур добьются успеха там, где все остальные проиграли?

– Успеха? Не нравится мне это слово. Будут ли они сложным и жестоким противником? Думаю, да. Их цивилизация гораздо старше, ее золотой век остался в далеком прошлом. Сейчас они живут в страхе, воспринимают финансовое влияние и давление Летера как угрозу и скрытую войну культур. С их точки зрения, Летер – развращающий яд, потому они обозлены и непоколебимы. С отвращением взирая в будущее, они решили повернуться к нему спиной и мечтают о давно ушедших днях. Даже если бы летери протянули руку помощи, эдур восприняли бы это как предложение покориться и прямое покушение на все, что им дорого. Гордость никогда не позволила бы им принять помощь. Они отрубили бы дружескую руку и станцевали бы на крови. Самый худший сценарий – если эдур так или иначе войну выиграют и оккупируют Летер.

– Не бывать этому. А если бы и так… Хуже-то уже некуда.

Тегол бросил на Хеджун внимательный взгляд и пожал плечами.

– Поживем – увидим. А пока не расслабляйтесь, дел еще по горло. Как там наша нерек с двумя детьми?

– Переправили на остров, – отозвалась Шанд. – Мелкие лопали столько, что она не успевала готовить. Начали жиреть. Печальная история…

– Что ж, дамы, ночь на дворе, и я тоже голоден, так что с вашего позволения…

– А Ублала? – перебила Риссар.

– Что Ублала?

– Пусть вернется!

– Боюсь, не вернется. Вот она, расплата за легкомыслие!

Тегол поспешно вышел.

Пробираясь домой тихими улочками, он обдумывал собственные слова. Да, беспокоиться определенно стоило. Судя по доходящим до него слухам, предстоящая война будет совершенно не похожа на предыдущие. Столкновение воли и амбиций, темные движения души и скрытые мотивы… В этом, разумеется, все войны одинаковы, однако на сей раз исход непредсказуем, и даже само понятие победы кажется двусмысленным и туманным.

Тегол пересек площадь Берл и вышел к складам, за которыми начиналась его улица. Остановился закатать неровные рукава, подтянул брюки и нахмурился. Неужели похудел? Кто его знает, шерсть ведь растягивается…

Из сумрака возникла фигура.

– Ты опоздал!

Тегол вздрогнул.

– Куда?

Шурк Элаль замерла в двух шагах.

– Я жду-жду… Бугг сварил суп. Где тебя носит?

– Что ты вообще здесь делаешь? Тебе нельзя высовываться…

– Надо потолковать, – перебила она. – Про Харлеста.

– А что такое?

– Дались ему эти острые зубы и когти! Только и слышишь: клыки и когти, клыки и когти… Уже тошнит! Где Селуш? Почему ты с ней не договорился? Обходишься с нами, как с трупами, но даже у мертвецов есть потребности!

– Хм, не знал. В общем, передай, что Селуш этим занимается. Возможно, прямо сейчас. Нужно, так сказать, отточить идею.

– Не смеши меня.

– Извини. Тебе не надо подзаправиться?

– В каком смысле?

– Травы там, бальзам…

– А что, от меня воняет?

– Нет, Шурк. Пахнешь ты исключительно приятно, поверь.

– Верю я тебе все меньше, Тегол Беддикт.

– Как не стыдно! Разве мы хоть раз прокололись?

– Когда возвращается Герун Эберикт?

– Скоро. Тогда станет веселее.

– Веселюсь я только в одном случае, и это никак не связано с Геруном. Но я хочу что-нибудь украсть. Что угодно у кого угодно. Укажи любую цель.

– Биржевой Депозитарий. Естественно, неприступный. Что еще? Ах да, королевская сокровищница. Шансов опять-таки нет.

– Депозитарий… Да, интересно.

– Не выйдет, Шурк. Это еще никому не удалось, включая Зеленого Свина, который по мастерству почти не уступал седе…

– Я его знала. Жуткий задавака.

– И в итоге – расчленен.

– Что тебе там нужно?

– Шурк!

– Что?

Тегол оглянулся вокруг.

– Ладно. Надо выяснить имя крупнейшего королевского кредитора. Наш монарх делает долги направо и налево, и не только ради строительства дворца. Короче, кто и какая сумма. То же касается королевы и ее операций от имени сына.

– И все? Ни золота, ни бриллиантов?

– Совершенно верно. Ни золота, ни бриллиантов, и никаких следов твоего пребывания там.

– Сделаю.

– Тебя поймают и расчленят.

– Ай-ай-ай! Будет больно.

– Может, и нет, но неудобно.

– Меня не поймают, Тегол Беддикт. А что в королевской сокровищнице?

– Общая цифра.

– Хочешь знать, в каком состоянии казна?

– Да.

– Сделаю.

– Не выйдет.

– Почему?

– Тебя к тому моменту уже расчленят.

– Вот и славно – смогу проникать в мелкие отверстия.

– Они и голову отрубают, Шурк.

– Правда? Варвары!.. Что ж, постараюсь действовать осторожно. Но, между прочим, и голова считается.

– Хочешь, чтобы я спустил ее в подземелье на веревочке, а когда ты закончишь, вытянул обратно?

– Чересчур сложно…

– Вот-вот.

– А ничего лучше придумать не можешь? Моя вера в тебя стремительно тает.

– Увы… Кстати, говорят, ты прикупила морское судно?

– Бугг сболтнул?! Он же обещал…

– Нет, у меня свои источники. Тем более что я бывший владелец. Косвенным образом, разумеется.

– Ясно… Мы с Ублалой и Харлестом решили податься в пираты.

– Не смеши!

– Жестоко.

– Прости. Пираты, значит… Ну, вы трое знамениты своей непотопляемостью. Может, что и выйдет.

– Умеешь ты подбодрить.